Министерство обороны подтвердило, что часть контрактов в рамках гособоронзаказа на 2011 год до сих пор не подписана. Под ударом оказались контракты «Объединенной судостроительной корпорации». В частности, речь идет о заказах на строительство атомных подводных лодок типа «Борей» (проект 955) и «Ясень» (проект 885). Причем большая часть денег на производство была уже потрачена. Неподписанными остаются контракты на десятки миллиардов рублей.

Это приводит к существенным последствиям для устойчивости отрасли, часть из которых мы будем потом расхлебывать годами

Однако под угрозой находятся не только поставки в срок новейших вооружений российской армии, но и будущее военного судостроения. Компании, работающие над военными заказами, уже находятся на грани банкротства. Сложившаяся ситуация может сыграть злую шутку со всем оборонно-промышленным комплексом.

О том, что предпримет ОСК в случае, если Минобороны не подпишет контракты, газете ВЗГЛЯД рассказал президент ОАО «ОСК» Роман Троценко.

ВЗГЛЯД: Минобороны до сих пор не подписало ряд контрактов на 2011 год с ОСК. Как идет процесс обсуждения вопроса цены? Насколько тупиковая ситуация?

Роман Троценко: Большинство контрактов с Министерством обороны мы подписали. Неподписанными остаются самые сложные и самые объемные по деньгам контракты на строительство атомных подводных лодок.

Суть проблемы состоит в том, что мы не можем менять поставщиков, поскольку контракт уже включает требование Минобороны по составу системы вооружения. Другими словами, мы имеем облик корабля с уже законтрактованными поставщиками. Сами поставщики устанавливают цены на свою продукцию. Когда мы получаем пожелания субподрядчиков первого и второго уровней, то понимаем, что объем судостроительных работ в стоимости заказов составляет всего лишь 30–35%. Причем наша рентабельность составляет 6–7% от общей стоимости контракта.

Минобороны просит нас снизить цену контракта на 30%, но мы физически не можем пойти на это, поскольку это означает, что мы обязаны выполнить заказ с рентабельностью минус 24% от стоимости контракта.

ВЗГЛЯД: Какие вы видите выходы из этой ситуации?

Р.Т.: Решение данного вопроса может быть только в двух плоскостях. Во-первых, если Минобороны выбрало субподрядчиков, то пусть оно самостоятельно их и воспитывает, снижает цены в два раза, либо соглашается на ту цену, которую указали субподрядчики. Есть второе решение – Минобороны может поручить нам, как профессионалам, построить корабль с заданными тактико-техническими характеристиками и с нашим правом поменять любого субподрядчика. В этом случае мы сами будем формировать цену и облик корабля. У нас появилась бы возможность менять подрядчиков в случае завышения цен.

ВЗГЛЯД: На сегодняшний день о какой сумме идет речь? На какую стоимость не подписаны контракты?

Р.Т.: Речь идет о большой сумме.

ВЗГЛЯД: Как вообще срыв контрактов повлияет на отрасль военного судостроения?

Р.Т.: Если говорить об экономической ситуации в ОПК, то это рождает колоссальные проблемы внутри судостроительного комплекса. Посмотрите, сейчас у нас середина октября. Контракты уже 9,5 месяцев не подписываются. Это приводит к тому, что масса субподрядчиков второго уровня уходят из отрасли, они переключатся на другую продукцию. Когда мы начнем в будущем обращаться к подрядчикам за какой-нибудь запорной арматурой, выяснится, что они ее уже не производят. То есть это приводит к существенным последствиям для устойчивости отрасли, часть из которых мы будем потом расхлебывать годами.

ВЗГЛЯД: Ранее говорилось о том, что некоторые заводы ОСК могут закрыться из-за срывов контрактов Министерством обороны. Насколько критична ситуация?

Р.Т.: У меня есть такое ощущение, что будет перепрофилировано около 50–60 предприятий субподрядчиков первого и второго уровней. В ОСК мы справимся с этой проблемой и перепрофилируем наши предприятия, в том числе и на гражданскую продукцию. Но мы видим, что для многих средних машиностроительных предприятий это будет катастрофа.

ВЗГЛЯД: Обсуждаются ли контракты на 2012 год?

Р.Т.: Эту тему мы даже не трогали.  Пока даже не приступали к обсуждению с Минобороны.

ВЗГЛЯД: Для ОСК сейчас одним из успешных направлений в сфере гражданского судостроения является строительство нефтедобывающих платформ для Арктического шельфа. Недавно была пущена в эксплуатацию платформа «Приразломная». Во сколько обошлось строительство этой платформы заказчику?

Р.Т.: Платформа «Приразломная» обошлась заказчику в общей сложности в 62 млрд рублей. Но это не все деньги судостроителей. Она включает и затраты на оборудование, транспортировку,  подготовку площадки месторождения на месте. Платформа входит в десятку самых крупных платформ мира и является одной из самых северных установленных платформ в мире. То есть установка этой платформы считается знаковым событием в мире.

ВЗГЛЯД: Ожидаются ли подобные заказы в будущем?

Р.Т.: Мы ожидаем самое крупное событие в шельфовых проектах в России – это  принятие инвестиционного решения по Штокману. Штокман предусматривает строительство четырех крупных добычных судов. Для нас это будет самый серьезный проект в области шельфовой техники.

ВЗГЛЯД: «Приразломная» строилась 16 лет, а сколько тогда будут строиться подобные суда?

Р.Т.: Есть такая шутка: «Вы делаете вид, что вы нам платите, а мы делаем вид, что мы строим». Если платить по 2% в год, то даже школьник может подсчитать, что потребуется 50 лет на строительство судна. Газпром активно финансировал строительство платформы последние три года. Активно работы велись последние 2,5 года. Над платформой постоянно работали до 4 тысяч человек. Вообще такие платформы строятся 4 года по контракту.