Об этих тенденциях, нелегальном алкоголе, акцизах, иностранных инвестициях в Россию рассказал газете ВЗГЛЯД исполнительный секретарь экспертного совета при Совете Федерации, президент Национальной алкогольной ассоциации Павел Шапкин.
За каждой мерой госрегулирования скрываются определенные коммерческие интересы и интересы чиновников
– Центр исследований федерального и регионального рынков алкоголя (ЦИФРРА) опубликовал статистику, согласно которой объемы производства легального сырья для алкогольной продукции падают. Чем можно объяснить подобную ситуацию?
– Снизилось только производство водки и спирта, который является сырьем для изготовления водки. Несложно заметить, что здесь прямая математическая зависимость.
Рынок алкогольных суррогатов сильно прижали, в первую очередь акцизами, поэтому снижается легальное производство. Большинство заводов ликеро-водочной отрасли находится в сложном состоянии. Они не видят перспектив, уходят с рынка, не заключают длительных контрактов, не приобретают спиртовые предприятия. В результате спрос на спирт падает. Если говорить о производителях водки, общее потребление продукта стало снижаться.
По итогам 2007 года объемы рыночных продаж упали на 10%. Это объясняется не только осложнениями в работе, но и резким ростом потребления пива. После кризиса 2006 года потребление пива выросло на 10%, по итогам 2007 – на 15 % по сравнению с 2006 годом. Только увеличение объема потребления пива перекрыло весь рынок. Пивовары отыграли у алкогольной отрасли очень серьезный сегмент и дальше продолжают отыгрывать. На каждую бутылку водки уже приходится 10 бутылок пива.
– С чем связан такой рост производства?
– У людей вкусы меняются. Они переключаются на слабоалкогольную продукцию. Это европейский тип потребления. К тому же реклама. Плюс – пивовары отняли очень большую часть аудитории у производителей вина в 2006 году. После того, как из-за кризиса исчезло вино, появилось вино худшего качества и по высокой цене.
До сих пор у нас продается вино, которое было завезено во время кризиса. А потребителя ведь трудно обмануть. Поэтому сейчас это вино не востребовано, следовательно, потенциал рынка полностью ушел в пиво. С другой стороны – рынок слабоалкогольных напитков, в 2006 году получивший серьезный удар в связи с повышением ставок акцизов.
За счет трудностей, которые были на рынке импорта натуральных вин и в производстве слабоалкогольной продукции, пивовары отвоевали рынок по этим позициям. Что касается рынка водки, то он достиг своего максимума в 2005 году, а сейчас будет снижаться. И производители водки будут предлагать более дорогие бренды, чтобы удержать маржу прибыли на том уровне, на котором это было. Однако вернуть утраченные позиции им вряд ли удастся.
– Что будет происходить со слабоалкогольными коктейлями в дальнейшем?
– Сложно сказать. Нормативная база для них очень неустойчива. К тому же непонятно, как будет развиваться налоговое администрирование в этой сфере. Я не вижу особых перспектив в производстве слабоалкогольной продукции. К тому же растет альтернативный рынок – рынок производства напитков на основе пива. Они не попадают под все механизмы регулирования: под счетчики, ЕГАИС, лицензирование…
– Вы сказали, что многие производители алкоголя уходят с рынка, потому что не видят перспектив. Почему?
– Тут два фактора. Во-первых, тяжелее стало работать на алкогольном рынке, поскольку объем всего алкогольного рынка снизился. Во-вторых, сейчас бизнес очень пассивен. Это такая общая тенденция по стране. Особенно малый и средний бизнес чувствуют себя очень неуверенно. Налоговая нагрузка выросла, цены растут… Получается, на тот же объем выручки, который был, скажем, в прошлом году, цена денег упала почти в два раза. И к этому мало кто может быть адаптирован.
– Производство нелегального спирта тормозит развитие легальных производителей. Что будет с рынком в дальнейшем?
– Весь вопрос в экономической целесообразности. Пока есть налоги, естественно, есть желающие их не платить. До тех пор, пока будет выгодно не платить, нелегальное производство будет привлекательным.
Теневой рынок будет продолжать существовать хотя бы потому, что это выгодно чиновникам, которые курируют эту тему. Ведь с легальных предприятий ничего получить невозможно, кроме проблем с судами. Поэтому чиновники предпочитают общаться с предприятиями, когда они что-то нарушают. С них хотя бы можно что-то получить. Это ненормальная ситуация, с которой борется в том числе и президент. Многие производители хотят от этой ситуации уйти. Они готовы работать честно при условии, что им создадут условия для этого.
– Каким образом можно создать эти условия?
– Перейти на вмененный акциз производственных мощностей. То есть когда предприятие будет платить фиксированную сумму, начисляемую от производственных мощностей, которая будет рассчитываться по определенному коэффициенту.
В этом случае вся необходимость администрирования сводится к тому, чтобы вовремя получать фактическую рентную плату за использование производственных мощностей. Но еще следует учитывать важную проблему. Водка не может продаваться очень дешево, потому что это социально опасный продукт. На нее должна быть установлена минимальная цена. И если ввести минимальный критерий по цене, то уже можно вводить вмененный налог на производственные мощности.
– Получается, это абсолютно реально?
– Получается, да. Но смотрите. Если введут вмененный акциз на производственные мощности, то не нужно будет ни приборов учета, ни акцизных марок, ни ЕГАИСа. Не секрет, что за каждым из этих пунктов стоят коммерческие структуры, которым выгодно существование сегодняшней ситуации. За каждой мерой госрегулирования скрываются определенные коммерческие интересы и интересы чиновников, которые в той или иной мере регулируют этот рынок. Если всё упростить, то им просто нечего будет делать.
– Не так давно Зубков предложил Путину создать Федеральную службу по регулированию алкогольного рынка (Росалкоголь). Насколько это реально?
– Идея замечательная. Но всё это может вылиться только в одно: не в сосредоточение в одном органе всех функций, которые имеет государство по контролю за отраслью, а в сосредоточение функций по реформированию нормативно-правовой базы. Это правильно.
Невозможно представить, что все функции по выдаче лицензий, контролю за счетчиками, выдаче марок и т. д. будут сосредоточены в едином органе. Это нереально хотя бы потому, что есть российский алкоголь, а есть ввозной, курируемый ФТС. И уже сложно сосредоточить функции ФТС и налоговой службы в одном органе. Чтобы это осуществить, нужно переписывать всю нормативно-правовую базу.
– Насколько российский рынок алкогольной продукции привлекателен для иностранцев?
– Он не привлекателен. Иначе бы давно уже все здесь были. Здесь очень тяжело работать. Иностранные компании испытывают все те же сложности, только в гораздо большем объеме. Здесь сама система вынуждает работать на нелегальном поле. Иностранные инвесторы не понимают, как можно строить долгосрочную политику через инвестиции на нашем рынке.