- Господин Лоусон, как вы относитесь к усилению роли государства в банковской отрасли?
Тенденция увеличения доли больших коммерческих банков, которые работают в частном секторе, очевидна
- Это один из вопросов, на который мне не хотелось бы отвечать прямо. Государство традиционно доминирует в банковском бизнесе, особенно в розничном секторе. Я имею в виду Сбербанк. Но появление за последние 10 лет в России нормального розничного бизнеса уменьшило это доминирование. С каждым годом в России увеличивается количество розничных депозитов, которые переходят из государственного в частный сектор. Таким образом, Сбербанк теряет свою долю на рынке.
Конечно, это не происходит очень быстро. Но тенденция увеличения доли больших коммерческих банков, которые работают в частном секторе, очевидна. Поэтому вместо того, чтобы говорить об участии государства в этом бизнесе, стоит, скорее, поговорить о том, как будет развиваться этот сектор в России. Мне, например, кажется, что такое количество банков в стране, какое есть в России сейчас, – это неестественная ситуация. Система страхования вкладов выдала разрешение 800 банкам. Мне кажется, это слишком много. Я предполагаю, что в течение ближайших трех-четырех лет произойдет массовое сокращение банков.
Это случится по нескольким причинам. Прежде всего, большие банки смогут предложить населению лучшие услуги по меньшей стоимости. Кроме того, Центробанк и другие административные органы станут более строги в вопросах отмывания денег и контроля доходов. Так что количество банков в России сильно уменьшится.
Вместе с тем продолжится процесс слияний и поглощений небольших банков, которые не смогут выдержать конкуренции. В результате в России останутся государственные, большие коммерческие банки, возможно, появятся совместные предприятия, основанные большими российскими и иностранными банками, а также собственно иностранные банки. Останется около 150 банков или немногим меньше. Хотелось бы, чтобы этот процесс не сопровождался никакими экономическими потрясениями, какие мы могли наблюдать в России в 1990-х годах.
С каждым годом в России увеличивается количество розничных депозитов, которые переходят из государственного в частный сектор |
- Процесс консолидации отрасли сейчас активизируется. Будет ли ваш банк принимать в нем участие? Планируете ли вы какие-то приобретения?
- Мне кажется, что большинство российских банков, занимающихся розничными депозитами и имеющих какую-нибудь филиальную сеть, очень непривлекательны сегодня в смысле цены для такого банка, как «Союз», у которого уже есть 50 точек продаж не только в Москве, но и в семи регионах. У нас есть альтернативный путь развития, который заключается в том, чтобы быстро и органично развивать собственную сеть филиалов.
При этом традиционно российские банки создают сеть больших филиалов в регионах. Но банк «Союз» в этом году нацелен на создание так называемых «легких филиалов». Их еще называют кредитно-кассовыми офисами. Они будут заниматься в первую очередь розничными продуктами. Это позволит нам увеличить долю рынка, продвигая свой ключевой продукт. А это, в первую очередь, розница. И я считаю, что основной задачей любого современного банка является такой выбор своего ключевого продукта. Если же у банка нет ни собственной сети филиалов, ни эксклюзивных предложений клиентам, то он как раз и займется поглощением других банков. При этом ясно, что банк «Союз» также не откажется от приобретения чего-то для собственного расширения, но только в том случае, если это будет стоить достаточно дешево.
- Консолидация происходит и в странах с развитой банковской системой. Но российский рынок еще не сформировался. Чего именно не хватает России, чтобы выйти на западный уровень развития?
- Прозрачности. Именно этого сегодня не хватает России. Но изменения в правильном направлении все же происходят. Ведь я был в России в 1995 году, когда все западные банки просто отказались работать с Россией. Я видел, как все выглядело в России десять лет назад, и как это выглядит сейчас. Прогресс есть. И требования относительно отчетности в МСФО от Центрального банка – это, действительно, шаг вперед.
Но одна из главных проблем, с которой сталкиваются банки в России, – это даже не их собственная непрозрачность, а отсутствие прозрачности их клиентов. Все очень просто. Если моя цель – выдать кредит какому-нибудь малому предприятию или фирме среднего размера, то мне нужно, чтобы они имели необходимую отчетность. И я должен быть в состоянии понимать направление их денежных потоков. Если я не понимаю этого, то я просто импортирую в свои активы эту недостаточность прозрачности. Соответственно, для того чтобы прозрачно работала вся банковская система, необходимо, чтобы понятной стала система корпоративная.
Мне, например, кажется, что такое количество банков в стране, какое есть в России сейчас, – это неестественная ситуация |
Крупные компании уже понимают, что если они будут более прозрачными, то увеличится их капитализация. Соответственно, в верхней части российского рынка сегодня уже есть совершенно конкретная выгода от такой прозрачности. Такие компании могут, например, размещать свои акции на бирже. Основная проблема – малые и средние предприятия, владельцы которых пока не видят никакой выгоды от того, чтобы стать прозрачными. И если мы действительно считаем, что малый и средний бизнес – это ядро будущей российской экономики, то на уровне этих предприятий должен быть инициирован некий образовательный процесс, чтобы вся банковская система России имела возможность развиваться по западному образцу.
Кроме того, в течение последних четырех лет в России действительно начал появляться средний класс. Пока что это ощущается лишь в Москве и Санкт-Петербурге, еще в нескольких крупных городах. Но многие банки уже сегодня направились в регионы, рассчитывая на появление этого слоя населения. Само ожидание среднего класса в России, некое воодушевление в банковской среде по этому поводу уже привели к тому, что розничный бизнес в России развивается. Большим положительным моментом в этой связи является то, что во многих местах потребители стали получать «белую» зарплату, соответственно, они начали понимать, что им стали доступны банковские кредиты и так далее. Потребители сами теперь хотят быть более прозрачными. Более того, когда банки начнут делиться информацией друг с другом о своих заемщиках, то каждый потребитель будет хорошо понимать, что любой первый его кредит в любом банке – это начало его кредитной истории. Ведь любой банк сейчас сталкивается с большим количеством невыплат по кредитам. И это происходит в первую очередь потому, что в России не все понимают новые правила отношений с кредитными организациями.
- Есть ли в планах самого банка «Союз» размещение на западных биржах? Олег Дерипаска выводит на западные площадки все свои активы.
- На данный момент у нас нет таких планов. Я не считаю, что для банка «Союз» выход на западные биржи должен стать самоцелью. Деятельность банка сегодня в первую очередь ориентирована на то, чтобы поддерживать уже имеющуюся базу клиентов. Улучшать продукты, которые мы предлагаем.
В сфере корпоративного бизнеса мы выступаем одним из ведущих банков, которые осуществляют выпуск облигационных займов. Но сражаться с тем же Альфа-Банком или МДМ-Банком нам не хотелось бы, потому что мы прекрасно понимаем, что они выиграют. В этом смысле нужно вести умную и вместе с тем агрессивную политику в корпоративном секторе. Для этого нам требуется фондирование, для чего, в свою очередь, нам необходим лучший рейтинг.
Наш сегодняшний рейтинг, который был присвоен агентством Standard & Poors, – «ССС+ позитивный». Недавно мы снова встречались с ними, что позволяет нам надеяться на то, что уже летом у нас снова могут быть какие-то хорошие новости на этот счет. Одна из причин, почему я считаю так: банк «Союз» стал первым, осуществившим секъюритизацию автокредитов. Но перед этим нас проверяли из PricewaterнouseCoopers, к нам приезжали из Moody’s. Они хотели убедиться, что все те кредиты, которые мы выдали, действительно могут получить какой-то инвестиционный рейтинг. В ближайшем будущем нас ожидает развитие синдицированных кредитов, выпуск большего числа рублевых облигаций. Нам не нужно идти на биржу за теми же результатами.
«Союзnick» – это дебетная карточка, с которой 100 долларов на карте – это всегда больше, чем 100 долларов наличными |
- Как складываются отношения между собственниками банка «Союз» и менеджментом? Участвуют ли владельцы банка в непосредственном управлении?
- Это очень хороший вопрос, потому что многие сегодня думают, что любой банк, которым владеет физическое лицо, в той или иной степени управляется собственником. Вы наверняка хотите знать, звонит ли Олег Дерипаска Стюарту Лоусону и говорит ли он, что нужно делать? И я рад сообщить, что в течение последних двух лет, после назначения Александра Лившица председателем нашего наблюдательного совета, была сформирована целая группа финансовых институтов, которую возглавляет Билл Поллард, отвечающий за сам банк, Ингосстрах, лизинг, пенсионные фонды. Господин Поллард привлек в эту систему Георгия Кравченко, который сегодня является управляющим директором внутри «Базового элемента».
Я же сегодня являюсь председателем правления банка. Я подчиняюсь наблюдательному совету, в который входят очень умные люди, хорошо разбирающиеся в банковском бизнесе. Так что банк «Союз» является полностью независимым банком. И с тех пор как я являюсь председателем правления банка, ни разу не возникало ситуации, когда я не мог бы сказать «нет» или когда у меня не было возможности следовать своей собственной стратегии при условии, что эта стратегия была одобрена наблюдательным советом. Конечно, первые несколько лет я привыкал к банку, а банк привыкал ко мне. Но в течение последующих нескольких лет вы увидите дополнительные изменения в банке «Союз». И это будет очень интересный процесс, потому что до сих пор на рынке есть некоторые неосвоенные ниши, но их количество сейчас резко сокращается. В течение следующих двух-трех лет будет вестись игра, в которой будут и выигравшие и проигравшие, и очевидно, что мы не собираемся оказаться во второй категории.
- Какие слои населения стали целевой аудиторией банка «Союз»?
- Наш ключевой продукт – это автокредит. Это – обеспеченный продукт. Ведь автомобиль – это второй из наиболее ценных предметов, которые обычно есть у семьи, после дома или квартиры. Кроме того, у банка есть возможность контролировать этот актив. То есть выдавать потребителю кредит на автомобиль достаточно безопасно для банка, в отличие, например, от кредитов по картам или необеспеченных кредитов. На самом деле сегодня практически ни у одного российского банка (может быть, за исключением «Русского стандарта», который уже давно занимается этим) нет достаточного опыта работы с мелкими кредитами. Он есть лишь у иностранных банков.
В дополнение к этому мы создаем объемную базу вкладов. Сегодня мы уже имеем 200 млн. долларов в розничных депозитах, на что, кстати, очень положительно повлияло недавнее изменение нашего внешнего имиджа. Ведь еще три года назад мало кто слышал о банке «Союз», потому что, по большому счету, он даже не существовал. Было три маленьких банка. И в течение последних двух лет мы инвестировали серьезные средства, чтобы создать новый бренд. Сейчас мы наконец чувствуем отдачу от этого.
Еще одной ключевой аудиторией для нас является молодежь в возрасте от 17 до 25 лет. На них рассчитана наша специальная программа «Союзnick». До сегодняшнего дня в России не было ни одного банка, который воспринимал бы молодежь серьезно. Но мы не ждем, пока они случайно окажутся нашими клиентами. Пытаемся донести банк до них. Разговариваем с ними на их же сленге. Помимо банковского счета мы предлагаем им массу забавных вещей – прыжок с парашютом, урок танцев, различные скидки и так далее. Эта программа уже популярна в российских вузах, притом что мы не вкладывали ни копейки в ее рекламу.