После многочисленных неупорядоченных изданий, вышедших в перестроечные годы, издательство «Панорама» взяло на себя труд последовательного выпуска избранных произведений нобелевских лауреатов.
Строгое серийное оформление – черная обложка с золотым тиснением, занесен, дескать, в скрижали навечно, пожизненно и посмертно – выглядело столь же солидно, сколь и старомодно.
Панорама «Панорамы»
Порнография, масса неструктурированного текста без художественного оформления» – таковы были мотивы решения академика
Первые десятки книг были изданы на должном уровне, хотя и в спешке, а вот дальше – пошла писать губерния. Собственно, с самого начала было ясно, что творчество нобелевских лауреатов не может быть представлено читателю в надлежащем объеме, так как пришлось бы срочно арендовать переводчиков. А быстро хорошо не бывает.
Действительно, добрая половина авторов оказалась неизвестна отечественному читателю. А половина этой половины – уже попросту неактуальна.
И «Панорама» решила делать сборники, сначала более-менее оправданные, хотя бы географической близостью авторов (Бьёрнсон и Силланпяя, Хейзе и Шпиттелер), потом уже совсем непонятно по каким причинам объединяя прозаиков (Астуриас и Моррисон). Затем пошли уже «братские могилы»: том драматургов и том поэтов. Сегодня эта серия буксует.
Зато более бойкие издательства уже выстраивают мини-собрания сочинений недавних нобелевских лауреатов, спешно знакомя читателей с их творчеством.
Поскольку каждый новый нобелевский лауреат – как снег на голову, приходится спешно переводить и издавать, оказывается, важные и хорошие книги, которые давным-давно числятся на Западе в бестселлерах, а у нас пока читатель имеет о них весьма приблизительное представление.
2004, Эльфрида Елинек
Эльфрида Елинек |
После объявления Нобелевского лауреата за 2004 год за издание книг Елинек активно взялись издательства «Симпозиум» и «Амфора». Романы выходили в одинаковом серийном оформлении, представляя своего рода собрания сочинений без нумерации томов.
Первой в этой обойме вышло переиздание «Пианистки». Российский читатель, впрочем, имел возможность познакомиться с этим романом еще в конце 90-х. А также с книгой Елинек «Любовницы», вышедшей в 1996 году в серии «Австрийская библиотека в Санкт-Петербурге», были публикации и в периодике (и неопубликованные переводы еще нескольких романов), так что говорить о том, что Елинек была неизвестна отечественному читателю, некорректно.
Конечно, следует отметить роль фильма Михаэля Ханеке – экранизацию «Пианистки» с Анни Жирардо и Изабель Юппер в главных ролях. Лента завоевала Большой приз жюри Каннского фестиваля и подхлестнула интерес к прозе Елинек как в Европе, так и в России.
Основные прозаические произведения Елинек («Алчность», «Похоть», «Михаэль», «Дети мертвых») вышли в России в течение двух-трех лет после присуждения ей Нобелевской премии, теперь потихоньку начинает издаваться ее драматургия, и это логично, поскольку пьесы Елинек на Западе едва ли не более популярны (читай «актуальны и скандальны»), нежели ее проза.
Книга пьес «Клара Ш», недавно изданная «Митиным Журналом» и «KOLONNA publications» очень адекватно вписалась в издательскую серию «Creme de le creme» наряду с произведениями Арто, Роб-Грийе, Давенпорта и Боулза.
Присуждение Нобелевской премии Елинек тоже не обошлось без скандала. Весьма социально активная писательница (членство в Компартии, запрет на постановку своих пьес в Австрии после победы на выборах ультраправой Партии свободы, ярлык диссидентки) является убежденной феминисткой и во всех своих произведениях предельно обнаженно разрабатывает традиционную для этого дискурса тему власти и подчинения, прежде всего сексуального в его социальном аспекте.
Нобелевская премия традиционно считается довольно консервативной, и выбор Елинек в качестве лауреата заставил одного из членов Шведской Академии покинуть это собрание в знак протеста. «Порнография, масса неструктурированного текста без его художественного оформления» – таковы были мотивы решения академика.
Как бы там ни было, массированное издание корпуса текстов Эльфриды Елинек весьма полезно не только для просвещения читающей публики, но имеет и явный социальный аспект.
Феминизм в России нельзя еще назвать крупным общественным движением, но даже в сугубо культурном пространстве романы Елинек окажут ему существенное подспорье.
2005, Гарольд Пинтер
Пинтера у нас издавали еще до его нобелевских чествований, в 1988 году издательство «Радуга» выпустило сборник пьес «Сторож». После присуждения ему премии та же «Амфора» откликнулась на это событие объемным сборником пьес «Коллекция» и романом «Карлики».
Собственно, Пинтер был хорошо знаком нашему театральному зрителю, его пьесы довольно часто ставились, в том числе Владимиром Мирзоевым.
Присуждение ему премии, по словам одного из критиков, запоздало лет на тридцать. Действительно, свои главные пьесы Пинтер создал в первой половине 60-х, и его «позавчерашний авангард» актуален уже именно как классика.
Хотя, с другой стороны, это вполне в духе премии – проверить новатора временем, а потом его увенчать. Пинтер давным-давно живой классик и создалось впечатление, что Нобеля ему дали то ли «по совокупности заслуг», то ли за «вклад в литературу» (как дают почетные премии на фестивалях почтенным кинорежиссерам), то ли за бешеную политическую активность, которая с годами только набирала силу.
Ситуацию усугубил тот факт, что в феврале 2005 года (а премии традиционно присуждаются в октябре) Пинтер заявил, что бросает драматургию и видит себя теперь как политического активиста и поэта.
Собственно, он и начинал как поэт еще в начале 50-х и в последнее время действительно пишет стихи, преимущественно осуждающие войну в Ираке и американский империализм.
Вот, говорят о феномене российской интеллигенции, забывая о том, что «интеллигент» как его принято представлять – фигура типичная именно для западной культуры.
Пинтер – яркий тому пример. Его политическая ангажированность, резкая позиция по отношению к американской политике широко известны и пользуются большим вниманием.
К его голосу прислушиваются, его мнению доверяют. Надо ли столько взваливать на себя писателю, литератору вообще – каждый решает сам.
Как бы там ни было, с его пьесами и прозой мы теперь можем довольно подробно познакомиться, а там, глядишь, и до стихов дело дойдет.
2006, Орхан Памук
В случае с Орханом Памуком труд издания его книг взяло на себя издательство «Амфора».
До 2006 года был издан только один роман Памука, хотя едва ли не самый интересный – «Черная книга». Логично рассудив, что надо издавать недавние книги лауреата, «Амфора» быстро выпустила «Белую крепость», «Снег» и «Меня зовут красный», выстроив малое собрание сочинений.
Ранние книги было решено оставить «на потом», и это логично, так как первые два романа были лишь подступами к той загадочной и витиеватой прозе, которая теперь ассоциируется у нас с именем Памука.
Сначала – издать главное, убедиться, что книги хорошо расходятся, а там можно уже и пополнять «собрание сочинений». Так, в этом году в той же «Амфоре» вышли второй роман Памука «Молчаливый дом» (написан в 1983) и своего рода кинопереложение его «Черной книги», роман «Новая жизнь», и неплохими тиражами, ведь книги Памука стабильно пользуются спросом.
Еще одна книга Памука «Стамбул, город воспоминаний», роман-биография города, тоже вышла очень оперативно, в 2006 году, в издательстве Ольги Морозовой, послужив хорошим паровозом к достойной серии «Биография города» (нельзя не упомянуть изданный там же «Лондон» Питера Акройда).
Это особый текст, тягучий и пронзительный, внутренний путеводитель по реальным кварталам, проложенным сквозь историю.
Недаром в формулировке Нобелевского комитета были такие строки о Памуке: «В поисках меланхоличной души родного города нашел новые символы для столкновения и переплетения культур».
Масла в огонь подлил скандал с уголовным преследованием писателя на родине, в Турции, за его неоднократные выступления на больную для турецких властей тему – о правах курдов и геноциде армян.
Размах как заявлений Памука, так и неадекватных для мирового сообщества действий турецкой администрации привлекли к этой проблеме и к личности писателя пристальное внимание правозащитных организаций, а вопрос о вступлении Турции в Европейский союз стал более проблематичным.
Но проза Памука не стала от этого лучше или хуже. Главное, что его книги вовремя появились на русском языке в течение 2006–2007 годов и были приняты у нас очень хорошо.