Кандидатуры засекреченного списка начинали рассматривать с февраля, лонг-лист обычно составляет несколько сотен имен, из которых к лету остается два десятка. К сентябрю список сокращается до пяти, голосование проходит в несколько раундов и обычно проходит не единогласно. В голосовании участвуют 18 человек, но в этом году число академиков сократилось до 15, один скончался, а двое бойкотируют процедуру.
Тайны шведского двора
Редкий случай – отечественный читатель отчасти знаком с творчеством нового нобелевского лауреата
Критики гадают, кому выпадет благосклонность Шведской академии, а букмекеры принимают ставки. Вычисляются даже совпадения и как бы намёки. Так, считается, что следует обращать внимание на писателей, получивших в этом году премию Кафки.
Это подтверждается лауреатами 2004 и 2005 годов (соответственно Эльфрида Елинек и Гарольд Пинтер), но «система» засбоила уже в прошлом году, когда премия Кафки досталась Харуки Мураками, а «Нобеля» получил Орхан Памук.
В этом году лауреатом премии Кафки стал французский поэт Ив Бонфуа, а высшая награда досталась английской писательнице Дорис Лессинг. Недаром постоянный секретарь Шведской королевской академии Хорас Энгдаль заметил, когда его просили прокомментировать «список журналистов»: «Эти предположения вызывают у меня улыбку, они всегда попадают пальцем в небо».
Итак, премию (золотую медаль, диплом и 10 млн шведских крон (где-то полтора миллиона долларов) получила Дорис Лессинг. Ей 88 лет и это самый пожилой лауреат, когда-либо получавший Нобелевскую премию по литературе (до нее таковым считался историк Теодор Моммзен).
Традиционная формулировка Шведской академии отмечает в творчестве Лессинг как его основной элемент «женский опыт с его скептицизмом, воодушевлением и изобразительной силой, который подверг исследованию разделенную цивилизацию».
Редкий случай – отечественный читатель отчасти знаком с творчеством нового нобелевского лауреата. В 1957 году в СССР вышла ее книга «Марта Квест», в 1958 году – сборник из пяти повестей.
Потом были переводы в «Иностранной литературе», длительный перерыв, и лишь в прошлом году издательство «Эксмо» выпустило ее дилогию «Пятый ребенок. Бен среди людей» – о странном ребенке благополучных родителей, с трудом ориентирующемся в нашей реальности; книгу о Другом, через которого поверяется на прочность наша система социальной и метафизической аксиоматики.
В ее творчестве весьма значителен элемент фантастики, что в сочетании с присущим ей феминизмом производит очень сильное впечатление. Шведская академия едва ли не впервые присуждает премию писателю, которого многие числят по разряду фантастики, даже при самом расширительном толковании этого термина.
Это философская фантастика, в центре которой, хотя бы в серии романов «Канопус в Аргосе» (которые Лессинг считает своим главным произведением), судьба человечества в условиях противостояния более могущественных цивилизаций. Да-да, там есть и про нуминозных пришельцев.
От коммунизма к суфийской фантастике
Дорис Лессинг родилась в Персии 22 октября 1919 года. В 1925 году ее семья переехала в Южную Родезию, бывшую тогда английской колонией, с намерением вести простую жизнь и выращивать кукурузу, впрочем безуспешно.
Лессинг воспитывалась в римско-католической женской школе (хотя семейство не было католическим). Нелегкое детство воспитало в ней сострадательность и к нуждам коренного населения Родезии. Ее первый роман «Трава сияет» был опубликован в Лондоне в 1949 году, и вскоре она переезжает в Европу, где живет и сейчас.
Критики традиционно делят творчество Лессинг на три периода. Первый (1944–1956) связан с ее коммунистическими симпатиями (вспомним два советских издания в 50-е годы и отметим, что второй муж Дорис Лессинг был послом ГДР в Уганде).
Второй (1956–1969) можно охарактеризовать как психологическую прозу, творчество третьего периода имеет сильное влияние суфийской тематики в ее преломлении в области научной философской фантастики.
Не требуется сильно ломать голову, чтобы обнаружить источник влияния, – говорим «суфизм в Европе», подразумеваем Идриса Шаха. Именно этот неистовый пропагандист суфийских идей, автор десятков книг на эту тему (весьма популярных в России) оказал влияние на философские и социальные концепции Лессинг, выраженные в этом корпусе текстов, прежде всего – идею форсированной эволюции.
Опять же не надо долго думать, откуда взялась эта идея, – конечно, от Гурджиева и Успенского. И отражение этой едва ли не основной метафизической концепции современности в творчестве такого крупного прозаика, как Дорис Лессинг, не может не радовать.
Хотя все эти зигзаги творческой биографии смущали многих критиков. Так, например, роман «Золотой блокнот» считается классическим феминистским произведением, хотя сама Лессинг не любит, когда ее называют феминистским автором. А отвечая на упреки критики за ее фантастические опусы, Лессинг неоднозначно высказалась, что считает фантастику лучшим образцом социальной литературы нашего времени.
Попытка сплава прозы в ее обычном понимании с фантастикой присутствует в ее книге «Воспоминания выжившего», которую она назвала попыткой автобиографии. Лессинг прочно входит в сообщество фантастов, она присутствовала в 1987 году в качестве почетного автора на World Science Fiction Convention, где выступала с докладом.
Остается удивляться неожиданному выбору Шведской академии, который как бы легитимизирует фантастику среди высоких жанров, и ждать переводов произведений Дорис Лессинг, в первую очередь романов серии «Канопус в Аргосе».