Что ж, иногда истина глаголет устами новичков.
Все начинается с искусства
В 2000 году объем операций китайских аукционных домов не превышал 800 миллионов юаней |
Давно уже в мире искусства распространяются слухи о том, что на рынок вскоре придут нувориши с востока. Восток – самый быстроразвивающийся географический сегмент экономики, аристократично-тонкокостная Европа уступает пришельцам по всем параметрам. И это касается не только волн, социальных льгот или темпов экономического и демографического роста. Пришельцы – азиаты, арабы и неизвестно по каким причинам относимые в ту же категорию русские – громко заявляют о своем присутствии во всех отраслях рынка. Включая и искусство.
В 2000 году объем операций китайских аукционных домов не превышал 800 миллионов юаней. По словам Вагна Фенгхая, замдиректора Китайской ассоциации аукционеров, в 2005 году общий объем продаж составлял уже 10 миллиардов юаней (1,2 миллиарда долларов).
Неудивительно – учитывая, по каким ценам китайское классическое искусства находит покупателя. Сине-белые вазы эпохи Минь были проданы этой весной за 10 миллионов долларов на аукционе Christie’s. «Рай попугаев», картина Ву Гуанджонга в традиционном китайском стиле, принесла 30 миллионов юаней (около 4 миллионов долларов) в ноябре на аукционе, устроенном в Пекине China Poly Group.
Филипп Хоффман, исполнительный директор лондонского Fine Art Fund LP, заявил, что рассматривает создание отдельного фонда по приобретению современного азиатского искусства. По крайней мере, с этим предложением к нему обращался ряд локальных банков.
Если западноевропейское искусство приносит прибыль в 25-35%, то современное китайское искусство вполне может принести 10-15%. Фонд будет располагать общим капиталом в 25-50 миллионов долларов. А там – чем черт не шутит.
Гадания на китайском печенье
Еще лет десять назад за картины или статуи, созданные позже 70-х, невозможно было выручить более тысячи долларов |
Китайский рынок набирает в весе, не только на своей родной территории, но и в Европе. Китайские инвесторы начали собирать современное китайское искусство всего несколько лет назад, с тех пор, как в стране появились свободные частные капиталы. В 2005 году в Китае официально было 320 тысяч миллионеров (миллионеров в долларах, конечно), что на 7% больше, нежели в 2004-м.
Движение капиталов на рынке классического искусства обусловлено тем, что ограниченное число работ предлагается неограниченному числу покупателей. То есть какие бы вы деньги не предлагали за, скажем, Рембрандта, если все его картины запрятаны по музеям и частным коллекциям, приобрести его вы не можете.
Совсем по-другому обстоит дело с современным искусством. Неограниченное число работ предлагается ограниченному числу покупателей – не каждый рискнет своими капиталами ради произведения автора, еще не приобретшего вес в мировом арт-сообществе.
Еще лет десять назад за картины или статуи, созданные позже 70-х, невозможно было выручить более тысячи долларов. Сейчас – вполне можно приобрести картину и за полмиллиона, и выше. При этом средняя цена на современное и авангардное искусство все-таки не поднимается выше 100 тысяч долларов, что позволяет надеяться на высокую прибыль в дальнейшем.
Рост национального интереса к собственному искусству неизменно привлекает и зарубежных покупателей. Так, Ричард Борн, купивший на последнем аукционе некоторое количество картин, считает свою коллекцию «долгосрочным капиталовложением».
Именно поэтому западные аукционные дома в срочном порядке расширяют штаты «азиатских отделений». Так, аукционный дом Bonhams с весны этого года нанял двух новых специалистов по Китаю: Джулиана Кинга, выпускника Оксфорда и курсов Sotheby’s, и Джиллиан Лу, студентку Лондонского университета.
Рано или поздно цены на китайское искусство подскочат вверх, поэтому главное – не опоздать к разделу пирога.
Ода китайской вазе
Китайский фарфор в истории любви Европы и Китая стоит особняком |
Судя по итогам недели азиатского искусства в Гонконге этой весной и недели азиатского искусства Christie’s и Sotheby’s в Лондоне в середине июля и аукционам китайского фарфора, устроенным Bonhams, делить его начали уже сейчас.
Если гонконгские торги были ориентированы на предметы старины и современное искусство, то лондонская программа включала в себя вещи вполне приземленные – текстиль и керамику.
Китайский фарфор в истории любви Европы и Китая стоит особняком. Кто из нас не мечтал, разглядывая непременные китайские вазочки на маминой полке, что хоть одна из них окажется настоящей – передающимся по наследству китайским сокровищем стоимостью многие миллионы?
Такая вот сказочная история произошла с наследниками лондонской уборщицы. Эксперт Bonhams, тот самый Джулиан Кинг, установил, что китайская ваза, подаренная добрыми хозяевами своей прислуге в честь ухода на пенсию 60 лет назад, – утерянное сокровище XVIII века, эпохи династии Цин.
В ноябре 2005 года внук уборщицы увидел в одной из газет фотографию похожей вазы, проданной с аукциона за 240 800 тысяч фунтов, и решил показать свой фарфор оценщикам.
В результате ваза, пылившаяся за телевизором, с торжеством возвращается на родину – за 92 тысячи фунтов ее купил китайский коллекционер, пожелавший остаться неизвестным.
Кстати, стоимость вазы могла достигнуть и миллиона, не чисть бывшая уборщица свой подарок столь тщательно, в ущерб позолоте. Неизвестно, кому еще больше повезло – внуку, обнаружившему нежданно ценное наследство, или гонконгскому дельцу, купившему шедевр по цене ниже, чем мог бы.
Впрочем, в последнее время на Bonhams действительно можно найти китайский фарфор по более низким ценам, чем привык мировой рынок. На торгах 10-го (Fine Asian Art) и 19-го (Asian Art, European Ceramics and Glass) июля вполне можно было приобрести интересные артефакты, не лишившись состояния при этом.
Отдельно следует отметить китайский фарфор, который создавался по заказу западных богачей, а потому расписывался гербами нескромной аристократии.
Именно этот китайский фарфор, по словам специалистов аукционного дома Bonhams, является отражением той социальной революции, которая произошла в Англии в 1720-1830 годах.
Кстати, фарфор этот перевозился той самой Ист-Индской компанией, которая играет столь некрасивую роль в деле Дэви Джонса, по крайней мере, как рисуют его в нашумевшей второй части «Пиратов Карибского моря».
Бог маленьких вещей
Из маленьких бытовых предметов складывается неспешная и по-своему прекрасная, как фильм «Клятва», китайская жизнь |
Про китайские вазы, представленные на торгах Christie’s и Sotheby’s, продлившихся с 11 по 13 июля, можно было бы написать целый трактат. Однако кто о них не писал – о сине-белых вазах стоимостью несколько миллионов?
Гораздо больше о взаимоотношениях замкнутой на себя китайской цивилизации с окружающим миром и иностранными державами говорят не столь громоздкие, но не менее чудные китайские безделушки.
Любопытно, как в недорогих и изящных вещицах – веерах, бутылочках, чашах – китайские мастера передают свое восприятие «иного», с которым они сталкиваются в лице европейцев.
Занимательны розовые фарфоровые бутылочки для нюхательных солей, имеющие форму карманных часов, с выгравированными сзади римскими цифрами – наверняка подсмотрены у какого-нибудь европейского дипломата (лот 1, ушел за 4,3 тыс. долларов).
Из маленьких бытовых предметов складывается неспешная и по-своему прекрасная, как фильм «Клятва», китайская жизнь. Вот веер из слоновой кости: с одной стороны две девицы плывут на лодке, с другой – два всадника наблюдают за ними с берега.
Бело-голубая фляжка, скопированная с исламских металлических, с одной стороны – герб гордой Испании, возможно, скопированный с монеты, – ушла за 220,8 тысяч фунтов (эстимейт 40-60 тысяч).
Судя по деталям герба, он принадлежал Филиппу II (1527-1598), королю Испании, а с 1580 – и королю Филиппу I Португальскому. Скорее всего, эти фляжки были королевским заказом. В конце концов, Филипп II славился своей коллекцией китайского фарфора, содержавшей более 3 тысяч экспонатов. По другой версии, их заказал рыцарь Авизского ордена во время испанской оккупации Португалии в 1610-1620 годах.
С европейской историей связана и панель из слоновой кости времен династии Цинь (все на том же аукционе Sotheby’s она была оценена в 60-80 тыс. фунтов, а ушла за 332,8 тыс.) Слоновая кость была дорогим импортируемым материалом, а обрабатывающие ее мастера совмещали традиционные методы резьбы с европейскими нововведениями.