Задуматься о том, существует ли русское современное искусство, заставила Мизина и Шабурова – слава. Их начали приглашать с выставками по всему свету.
Как ворочаются Ленин с Мизиано?
Марат Гельман сам удивляется множеством подделок |
Только за последний год они побывали в Нью-Йорке, Париже, Берлине, Лондоне и прочих мировых столицах. И всюду, гуляя по музеям и выставкам современного искусства, обнаруживали аналоги произведений, созданных их российскими коллегами. Причем созданных, как правило, позже оригиналов. Сначала это их забавляло, но когда совпадения начали исчисляться десятками, – напугало. Может, никакого российского contemporary art не существует? Так возникла коллекция «двойников», которые им попадались под руку. Набралось их изрядно. Сначала на выставку, которую они хотели назвать «Вон из искусства-2», да потом передумали. А затем – на сайт www.guelman.ru/plagiarism. Он начал работать параллельно с выставкой, а закончит намного позже, став памятником тотальному воровству идей, сюжетов и композиций.
Во-первых, «Синие носы» выяснили, что на Западе давно знают, что никакого российского contemporary art не существует, а есть мелкое воровство и цыганщина с чужих аналогов. Во-вторых, выходцы из Екатеринбурга, Мизин и Шабуров прекрасно отдают себе отчет, какими методами провинциальные художники хотят влиться в «мировой контекст» искусства, быть современными и со столицей наравне. В провинции штудируют московские художественные журналы, подражая им точно так же, как в столице подражают западным картинкам. В то время как на самом Западе всем этим занимаются маргиналы, которые никому не нужны и, поскольку им там уже подражать некому, мечтают убежать на какой-нибудь необитаемый остров и дожить там остаток жизни.
На самом деле проект «Синих носов» более чем серьезен, хотя и сделан в игровой и предельно иронической манере: они собственные «ремейки» приводят в общем ряду, показывают первоисточник картины Репина «Не ждали» (иллюстрация из раннего немецкого издания о Шерлоке Холмсе), тычут носом в удивительное сходство иллюстрации Кукрыниксов с рисунком Павла Федотова…
На самом деле речь идет о главном тренде нашего общества, – выбиться из грязи в князи, любой ценой стать богатым, известным, быть «как люди». В искусстве можно воровать точно так же, как в политике и бизнесе. В провинции художник считает, что все это как бы предварительная жизнь, где обычные нормы не действуют. Вот вырвется из болота в столицу и заживет там по-настоящему. Но и из столицы тоже надо вырваться – в «мировой контекст», который при этом еще презирается и оплевывается. Комплекс неполноценности граничит с ненавистью к тем, кого обокрал. Когда Мизина и Шабурова спросили, а не обидятся ли художники, которых они, что называется, схватили за руку, уличив в плагиате, они ответили, что те и сами знают, что воруют, и их нравственная деградация такова, что им «хоть ссы в глаза, для них это божья роса».
Галерист Марат Гельман видит немалый смысл выставки в том, что критики, коллекционеры и функционеры отечественного contemporary art’а должны хотя бы знать, что происходит в мире. Иначе бы премии «Арт-Москвы», «Черного квадрата», «Инновации» не вручались плагиаторам, чьи работы откровенно содраны один в один с западных аналогов.
«Синие носы» обещают к весне представить продолжение проекта. Если уж у них Ленин ворочался в картонной коробке, то заставить делать то же самое своих коллег по contemporary art во главе с Мизиано, Бажановым, Деготь и прочей компанией им раз плюнуть.
Параджанов и другие
Макет армянской церкви в музее архитектуры |
Между тем художественная жизнь в Москве кипит на самых разных уровнях, только успевай поворачиваться, чтобы всюду успеть. В кинотеатре «Ролан» на Чистых прудах посольство Армении устроило трехдневный фестиваль «Неизвестный Параджанов», посвященный знаменитому режиссеру, художнику, «человеку-оркестру». Под угощение гранатовым вином «Параджанов» демонстрировали его короткометражные фильмы, наиболее адекватно выражающие замыслы режиссера. А в фойе висели десятки библейских рисунков, сделанных шариковой ручкой в лагере, где Параджанов отбывал заключение. Коллажи, фотографии, письма, рисунки, подарки друзьям – Андрею Тарковскому, Тонино Гуэрра, Лиле Брик.
К слову, нельзя не вспомнить и выставку «Церкви Армении», которая открылась в Аптекарском приказе Музея архитектуры. Большие цветные фотографии, макеты, фрагменты древних армянских церквей, привезенные из национального музея-института архитектуры Армении, где собрано 130 тысяч единиц хранения.
Тут же вспоминаешь об открывшейся одновременно с ней в анфиладе Музея архитектуры выставке современных художников, которых итальянская фирма Targetti, занимающаяся освещением интерьеров и зданий, подвигла на создание световых произведений искусства. Назвать то, что сделала интернациональная команда художников, светильниками, – язык не повернется. Настоящее современное искусство заключается в том, чтобы не ставить границ в радикальности. Можно соединить свечу с лампой, женщину с пятиконечной звездой, кирпичи, которые остались с предыдущей выставки, посвященной уничтоженному Дрездену, – с чем-то светящимся. А в соседнем зале так и вовсе «цилиндрические фотографии» Андрея Топунова, в которые можно войти ненароком, да так в них и остаться.
Доски Игоря Орлова |
Но тут ноги несут в галерею М’АРС, где наша бывшая соотечественница Евгения Горчакова, ныне являющаяся членом Союза художников Бремена, вместе со своими коллегами Мариккой Хайнц-Хок и Изольдой Лок представляют выставку «Переводы с русского». Переводят по-разному. Евгения Горчакова (сестра-близнец московской писательницы Ольги Новиковой) все больше арт-толмач классических книг, переводя их текст в цветовые аналоги и композиции, максимально приближенные то к статистически-компьютерным, то к ритмически-стохастическим визуальным закономерностям. Ее коллеги – переводят старые русские фотографии в большой формат, а то чеховский рассказ «О вреде табака» заставят разглядывать по движениям немецких губ на видео. Тоже интересно. Во всяком случае, не содрано с русских оригиналов (см. выставку «Синих носов»), а является их претворением до полной неузнаваемости.
А тут же рядом – выставка питерца Игоря Орлова «Доски». Неструганные, раскрашенные, сбитые вместе по две-три штуки. Но поскольку теперь не знаешь, кому верить, то просто смотришь на них, ожидая подвоха. Неужели и доски сперли из-за границы? А все эти выставки, как и многие иные, проходят в один и тот же летний день. Идешь из метро «Кропоткинская», а на фоне памятника царю-освободителю Александру II на крыше Дома на набережной гигантский знак «Мерседеса», а от храма Христа Спасителя разносится колокольный звон в честь праздника Вознесения, и все это как ремейк книги Аксенова «Остров Крым».
Да, милые «Синие носы», мы все уже давно стоим по горло в этой контрафактной продукции. Не гоните волну!
* Признан(а) в РФ иностранным агентом