Особенно созвучным прогулке оказался проект Лизы Селин «В поисках Али Булалы».
«Фотоцентр» Союза журналистов
Молодежная субкультура скейтборда показана в энергичных, жизнеутверждающих, онтологически беззаботных снимках |
Молодежная субкультура скейтборда показана в энергичных, жизнеутверждающих, онтологически беззаботных снимках. В них как будто отсутствует претензия на уловимость мгновения. Вот оно существует – а вот оно ухнуло куда-то, но опасайтесь подумать, будто Вечность – это емкость для накопления мгновений. Невозможно достичь Вечности и невозможно поймать текучий миг. Даже фотоаппаратом. Суть мгновения в том, что оно стремительно проскакивает, а ты просто живешь и наполняешь его собой. Странное до парадокса впечатление от фотографий, но разве само искусство не парадокс?
Желая запечатлеть себя и мир, человек вдруг запечатлевает какую-то истину или инсайт. Или не запечатлевает. От чего это зависит? Милейший Д. А. Пригов полагает, что зрение, соблазненное прозрачной материальностью, слишком старается обнять и объять ее и лишь случайно наталкивается на непрозрачное и запредельное нечто, которое, по-видимому, и есть ОНО. Инсайт. Или, может быть, истина. Шесть фотографий на тему «Прозрачность – соблазн», как и все у Д. А. Пригова, требуют сверхинтерпретации, являясь при этом интерпретацией интерпретации. В этом слишком легко запутаться, не так ли? Метатекст, как бормотание, бесконечное и отказывающееся от смысла, иногда выглядит немного нелепо. А на улице между тем дует свежий ветерок…
В. Лебедько, автор «Хроник российской саньясы», считает, что современному человеку достичь просветления гораздо труднее, чем средневековому. Причина заключается в толщине культурного слоя, который нужно переработать, чтобы достичь непосредственного общения с бытием. Прежде чем Зевс воцарился на Олимпе, ему пришлось убить своего отца. Прежде чем создать что-то свое, нужно скушать все предыдущее. А с набитым желудком много не создашь. Значит, надо очистить желудок. Над унитазом. И спустить туда все, что было образцом, вершиной и шедевром. Похоже, участники группы «Синие носы» подразумевали именно это в проекте «Кухонный супрематизм»: куски колбасы и хлеба, увеличенные до формата А3, выглядят тошнотворно. Между тем фотографии представляют собой копии «Последней кубофутуристической выставки картин 0,10», организованной Малевичем в 1915 году.
Признаться, поначалу мне совсем не хотелось писать об этом проекте. Какой-то он скучный, глупый и совсем не вяжется с приподнятым и интеллектуально-ветреным настроением моей прогулки. Ну какой интеллектуализм в этом скатологическом карнавале? Ан есть. Ведь это попытка причастия. Ниспровержение богов как возможность причаститься божественного. Внутри-то все дрожит от страсти, от дерзости, от самовлюбленного уничижения! «Я червь, я Бог…»
Музей архитектуры им. А. В. Щусева
Здесь, как и положено, господствует урбанизм. Огромные многоэтажки Стефана Кутюрье, на одно лицо в Пекине, Сеуле, Париже и Москве |
Случайно или нет, но тема memento mori поджидает и в следующем зале: проект В. Мишукова «Шарлеруа, Туркуан» посвящен заброшенным фабрикам на границе Франции и Бельгии. Здесь все узнаваемо, понятно и предсказуемо: плесень, мох, паутина, пыль и птичий помет. Бурые, грязные листки с распоряжениями несуществующей дирекции, приколотые к стене, – сентиментальный облик апокалипсиса. Впрочем, эффектно.
Шедевр экспозиции – это проект «Интервалы» М. Бернара-Реймона. Сделано предельно просто: панорамные пейзажи (дикие пляжи, парки, городские площади), которые на первый взгляд заполнены людьми. Присмотревшись, понимаешь, что на самом деле на каждой фотографии – два-три человека, снятых несколько раз в разных стадиях движения. О, этот мир симулякров, эта тяга к Воображаемому! Заполняя мир собой, мы тщимся присвоить его, а мир-то пуст и по-прежнему необжит.
«Встречи с Азией» В. Греви – Таиланд и Камбоджа. Красочно, рельефно, фактурно: мощные световые блики на статуях, резкие перепады светотени в храмовых колоннадах, рекламная яркость торговых лотков. Особенно хороши хибары: кое-как подпертые кольями – в чем душа держится – качаются в водной глади…
Передача экзотики, восточной ли, западной, – отдельная эстетическая проблема. Экзотично то, что совершенно чуждо, абсолютно непохоже, чрезвычайно далеко и предельно непривычно. Экзотическое воспринимается как игра фантазии, как декорация, но не как нечто живое и подлинное. Совершенно недостаточно съездить в Таиланд и пощелкать тамошние виды, чтобы твой друг поверил в достоверность изображенного на снимке. В смысле Станиславского поверил бы – как в настоящее переживание, наличное бытие, а не как в виртуальную реальность. Но задача искусства – всегда на пределе возможного. Следует убедить зрителя. Вопрос как.
Произведение искусства порой обретает смысл лишь в некоем контексте, в который оно встроено и в котором может быть адекватно прочитано. Во флигеле Музея архитектуры идет реставрация: окна выставлены, полы и стены разобраны, перекрытия сняты, штукатурка ободрана, из балок торчат устрашающие гвозди. Ходить можно только по временному дощатому настилу. Между опорных столбов натянута сетка-рабица, и на ней – фотографии в лакированных, нарочито цивильных рамках. Проект называется «Русский взгляд на Европу». На снимках – европейское житье-бытье. Нет, рассматривать их не обязательно. Верю, верю, убедили! Европа существует. Раз возможно такое, возможна и Европа, отчего нет? Безусловный шедевр Фотобиеннале-2006.
Выставочный зал «Новый Манеж»
Здесь представлены всего два проекта, и оба концептуальны.
Подборка из наследия Брассая – это безусловное великолепие прошлого. Гений проявляется как способность угадывать подоплеку эпохи. Грифон, шут, черт, маска из персонажей серии «Граффити» – поразительный прорыв коллективного бессознательного! Надо было обладать очень тонким чутьем, чтобы понять значительность этих примитивов.
Проект «Конфликты» поражает мощью идеологической программы и редкостным отсутствием интересных идей. Чтобы передать трагедию, совершенно не обязательно снимать ее тотально, фронтально и документально. Попытки сфотографировать энергетику противостояния и войны возвращают к жанру фоторепортажа. С другой стороны, эстетико-философское осмысление, заявленное как цель проекта, порой уводит в абстракцию. Как ни странно, наиболее удачным решением оказался проект К. Дитивона – постановочная фотография, театрализованные сцены, изображающие студенческие беспорядки в Париже (май 1968 года). Похоже на спонтанно выхваченные кадры фильма, эмоционально яркие и динамичные. Подлинность психологическая оказалась достоверней, чем подлинность документальная.
Попробуйте сфотографировать удовольствие от прогулки по фотобиеннале!