20 января баррель нефти марки Brent упал до 28,2 доллара. С этого момента взяло свое начало зимнее «чудо» на рынке углеводородов. Уже 29 января бочка нефти подкатилась к отметке в 36 долларов.

Производителям углеводородов предстоит противодействовать угрозе снижения цен под влиянием азиатской статистики и больших запасов нефти в США

Произошел этот стремительный рост на ожидании решения стран ОПЕК, России и других самостоятельных производителей о выработке некой общей линии, а возможно – решения о сокращении добычи нефти.

Черное золото поднялось тогда в цене на волне ослабления доллара к другим мировым валютам. Событие это заставило многих экспертов засомневаться в хороших перспективах американской экономики, а также готовности Федеральной резервной системы далее повышать ключевую ставку – делать дороже кредит для банков, а значит, менее выгодными их спекуляции.

Россияне бросились продавать доллары, вновь воспылав страстью к национальной валюте. Однако 9 февраля нефть опять оказалась в нижней позиции. Баррель подешевел до 30,88 доллара. К этому времени уже произошло несколько рывков цен вниз, но этот оказался наиболее значительным.

Однако подлинное чудо «месяца колебаний» случилось 17 февраля, когда баррель нефти поднялся снова. Его цена составила 34,28 доллара. И это чудо состояло не в новом пике, а в том, на фоне чего он был зафиксирован.

С одной стороны, к этому времени вышла статистика Китая по внешней торговле. Вывоз в годовом исчислении в январе упал на 18,8%, а ввоз – на 11,2%. Следом вышли плохие данные по Японии, Австралии и другим странам Азиатско-Тихоокеанского региона. Рынок их не заметил. Сыграли совсем иные факты. Сыграли инициативы производителей.

В середине февраля страны – производители нефти сумели найти общий язык. Более того: они сумели оказать влияние на рынок, чего не удалось добиться во второй половине 2015 года. Тогда все угрозы соглашения между поставщиками рынок игнорировал.

«Этого не может быть. Это ничего не даст». На таких настроениях цены на нефть падали много месяцев. Пока наконец они не достигли в январе локального дна, поскольку спекулянты и покупатели вдруг поверили в способность производителей дать ответ.

И страны-производители этот ответ дали. Начались консультации, посыпались заявления и предупреждения. На этом цены всякий раз отскакивали вверх, после очередного – уже небольшого – снижения. Несмотря на то, что пики каждого отскока вверх в феврале оказывались ниже прошлого, рынок явно воспринимал позицию поставщиков серьезно.

И они все же достигли соглашения о заморозке добычи на уровне 11 января. Здесь смогли договориться Россия и Саудовская Аравия, а также другие страны ОПЕК. Ирак инициативу одобрил, но так к ней и не присоединился.

Фактическим результатом этого стала остановка падения цен на нефть и даже их повышение. Интересно и то, что спекулянты (особенно банки в США) начали играть на повышение. Они не были наказаны странами с большим экспортом углеводородов, что было попросту невозможно, а просто увидели возможности игры на повышение.

С открытием биржи в США цена бочки начинала быстро возрастать. Она катилась все выше, пока не достигала уровня временного равновесия. А игры на понижение тех же спекулянтов оказались в середине февраля менее активными.

В итоге нефть поднялась в цене, отскочив от январского дна. Она не ушла и, вероятнее всего, не уйдет сильно вверх. Препятствие тому – кризис во многих «развивающихся экономиках», включая Китай.

Здесь создается новое давление на сырьевые рынки. Его силы хватит, чтобы в какой-то момент цены на сырье ушли вниз. Этому будет сложно противостоять с помощью словесных интервенций или заморозки уровня добычи. Избыток нефти будет создаваться уже не производством, а возникать в результате сжатия потребления.

Когда это может случиться, сказать сложно. Сложно также угадать, когда вторая волна кризиса приведет к новому, более устойчивому ослаблению американской валюты. По крайней мере это тоже не поднимет цены на нефть в долларах, так как ее потребление в США и других странах центра глобального капитализма должно будет упасть.

Но это задача для производителей углеводородов на будущее, пусть даже не слишком отдаленное. Сейчас им предстоит противодействовать угрозе снижения цен под влиянием азиатской статистики и больших запасов нефти в США. Как это сделать? Обычных заявлений мало. Консультации уже идут. Решению задачи и будет посвящено заседание ОПЕК, которое назначено на 1 марта.

Запасы нефти в США значительны. На 18 февраля они достигли 504,1 млн баррелей. Это рекорд с 1982 года. Данные министерства энергетики США (DОE) также указывают: за год рост запасов составил 18,4%. Это будет давить на цены, противопоставить чему в долгосрочной перспективе Россия может только переработку своего сырья и реиндустриализацию, а менее развитые страны-экспортеры не могут ничего.

В краткосрочной и среднесрочной перспективе им сообща предстоит бороться с новыми факторами, которые уже почти убедили спекулянтов в больших выгодах игры на понижение. А других принципов они не придерживаются.

В сложный коктейль факторов стоит добавить вероятную девальвацию юаня. Она все более напрашивается, исходя из провала во внешней торговле КНР. На этом американские спекулянты хотели бы сыграть.

По оценке специалистов кафедры политической экономии РЭУ им. Г. В. Плеханова, юань может опуститься на 30–40%. В этом случае экспорт из Поднебесной будет поддержан, зато понизится импорт, поскольку упадет внутренний спрос. Нефти Китаю потребуется меньше.

22 февраля цены вновь подросли. На этот раз их толкает вверх разорение американских сланцевых добытчиков. Однако в день торгов бочка так и не пробилась к 35 долларам. Не закрепилась она и на пиках.

Но в целом можно заключить, что старания производителей позволили в феврале поднять точку минимума.

Нефть в 30 долларов за баррель была лишь 9–11 числа, после чего минимумы поднялись. Похоже, из опасной для стран-экспортеров зоны, откуда было бы возможно падение к 25 долларам за баррель, цены ушли. И это заметная победа.