Иногда упрощению удается вместить всю полноту и многозвучие проблемы. Тогда это афоризм, крылатое выражение. «Хотели как лучше, а получилось как всегда» – шедевр Черномырдина тому лучший пример. Но, кстати, именно Виктор Степанович, человек, безусловно, знавший толк в противоречивости и даже запутанности окружавшей его экономической и прочей действительности, говорил так, что было видно: пока он формулирует про одно, в голову ему приходит другое, не менее очевидное, но никак с первым не срастающееся. И он, повинуясь логике не ораторской, а объективистской, на полуоборванной ноте бросал одно... подхватывал второе... а там и третье, и рождался его фирменный стиль. Вроде «что вижу, то и пою». Но вижу-то во всей полноте и парадоксальности!
Политическая шахматная партия, которая начата этим назначением, ее отдаленные итоги куда интереснее пиар-эффекта, которым у нас зачастую считают возможным ограничиться
На вопрос «Что за человек Тимошенко?» Черномырдин (я был тому свидетелем) вначале издал неподражаемый звук, который у него предшествовал собственно речи, и быстро сформулировал «Дура она!» Она и вправду чего-то сморозила тогда в ходе выборной кампании несуразное. Но, сказавши это, Черномырдин остановился, и его лицо озарилось. Могу лишь предположить, что он представил себе скромную конторку «газовой принцессы», где в единственной комнате сорок бухгалтеров беспрерывно производили нехитрую операцию – удвоение входящей цены на газ, получая исходящую. Наверное, он вспомнил, сколько десятков миллиардов она уже «заработала». Может, еще чего сопоставил. И добавил: «Но баба умная». Однако на этом месте Виктор Степанович, не успокоившись, скроил такую котячью, оренбургско-мелеховскую физиономию и так захехекал, что убейте, но в мозгу у меня немедля всплыли лукавые восточные глаза Юлии Владимировны, роденовские ее стати – и уж совсем некстати шолоховская казачья формулировка «сучка не захочет – кобель не вскочит». Тут же Черномырдин насупил брови и финишировал: «Премьер!» Над образом Тимошенко нимбом неисполнительной монашенки воцарилась ее коса, а блистательный аналитик распрощался и уехал по своим посольским делам.
С тех пор внешняя и внутренняя политика Украины мне стала гораздо яснее.
К чему это я? А к тому, что комментируя, к примеру, назначения в новое правительство или администрацию президента, многие наши эксперты норовят все упростить. Нет в оценках черномырдинской многозначности! А потому не сильно они интересны. И от правды, по-моему, далеки. Некоторые (их уже поправил Дмитрий Песков) решили, что настоящее правительство теперь в Кремле. В Белом доме будет игрушечное «правительство заместителей». А вокруг него начнет роиться уж совершенно анекдотическое «открытое правительство», куда не будет отбоя от разных обустройщиков культурных сред, спецов по внеплановым оттепелям и прочих веселых креативщиков.
Больше того, пока в глубокой тайне шло формирование правительства, некоторые товарищи, кстати, тоже с казачьим кругом в роду, а персонально опальный депутат Константин Затулин, прямо предлагали это узаконить. По его мнению, Владимир Путин потянул бы и премьерство. Дело было за малым: изменить немножко Конституцию и объяснить Дмитрию Медведеву, что уговор-то в силе, да концепция поменялась. Понятное дело, Затулина не послушались, потому что... Потому что, как формулирует Андрей Колесников, пацан сказал – пацан сделал. Но не только в этом дело: не согласившись четыре года назад на рузвельтовскую концепцию третьего срока подряд, Владимир Путин фактически уже тогда отрезал себе простые пути в политике.
Кто создал тандем и выдержал четырехлетнее испытание тандемом, тому не надо примитивной рузвельтовщины. То есть оно бы, конечно, и неплохо, но проехали. Тут у нас нерушимая Конституция, тут нерушимые понятия. Тут у нас советский гимн играет, тут яхта Абрамовича причаливает. Тут казино строим, тут об аскезе православия грезим. Жизнь, словом. Вошли во вкус работы со сложной, многослойной средой. Сами ее создали, сами теперь и управляемся.
Это, кстати, верно и для случая с Болотной. Оставим госдепу госдепово: конечно, там не без его козней. Но именно Владимир Путин за годы своего президентства вырастил слой, который может себе позволить от него, Путина, не зависеть. Ну, или позволить себе полагать, что может. И даже позволить себе попробовать: а, может, и вправду можем? Это не одни неблагодарные нефтяные, металлические и прочие принцы, которых он не только забыл отправить вслед за Ходорковским, а, напротив, спас их производства на пике кризиса, заплатив долги. Но и «креативный класс», он же офисный планктон, он же «хомячки». Парадокс, но их богемные выразители ночевали у Чистых прудов на том же нефтегазовом тюфяке, что и стерегшая их милиция, возмущавшиеся окрестные жители и обитатели Рублевки, не говоря уж о Найтсбридже.
Государство, прежде советскому человеку безальтернативно нужное, теперь воспринимается некоторыми особями, далеко оторвавшимися в своем общечеловеческом эволюционном развитии, просто гирей. Тюрьмой народов. Оплотом тоталитаризма. И все такое прочее. Тут мы снова сталкиваемся с тлетворным упрощенчеством, которое ни к чему хорошему не ведет.
Эти граждане и назначение полпредом на Урал Игоря Рюриковича Холманских прочитали примитивно – правда, каждый на свой лад. Мужик лизнул – мужика назначили. Издевательский ответ Путина псевдоинтеллектуалам с Болотной. Кимирсеновщина. Самодурство: завтра Кони пойдет на повышение. На другом фланге – какая-то забытая радость: наша берет, рабочих назначают!
#{image=630116}Ну, во-первых, не рабочих, а начальников цехов. А во-вторых, и всех последующих: это стереофоническое и даже квадрофоническое назначение. Тот факт, что «болотниковцы» ущучили его классовый подтекст, хорошо. Самопровозглашенной «соли земли», «передовому отряду» хороший щелчок по носу просто необходим – даже нужнее омоновой дубины. Тем 63 процентам россиян, что голосовали за Путина на выборах, тоже послан ясный сигнал: опираюсь на вас. Даже былинное отчество персонажа – и то, уверен, сыграло свою роль.
Но все это, думаю, гарнир. А вот около 12 часов бесед, которые президент, говорят, провел с будущим полпредом – существенное. От Холманских Путин наверняка узнал много нового. (А уж Холманских от Путина!) Политическая шахматная партия, которая начата этим назначением, ее отдаленные итоги куда интереснее пиар-эффекта, которым у нас зачастую считают возможным ограничиться. И неслучайно зашевелились профсоюзники, пошли разговоры о создании партии труда и т.д.
Поскольку повестка дня Болотной катастрофически не совпадает с повесткой дня страны (а в стране грандиозное количество реальных проблем), для власти было бы недальновидно ждать, пока «контрольные гуляющие» завяжут обзывать всех, кто не с ними, быдлом, а параллельно выдавать личное-столичное томление за боль народа. И начнут хотя бы в риторике позиционировать себя Ильичами, радетелями за народное счастье – и пытаться лидировать там, где лидировать надо Рюриковичам.
В свете этих обстоятельств упрощенные трактовки явления Холманских не просто предвзяты. Хуже: они скучны. Они выдают дарвинистскую ограниченность там, где декларируется едва ли не божественная креативность. На худой конец, Игорь Рюрикович может обнаружить и озвучить президенту немало интересного про будни и подлинный вес полпредов, тоже хлеб.
Возвращаясь к правительству и связанным с ним назначениям, замечу еще вот что. Конечно, число помощников и советников у президента не поменялось. Но вот качество... Я тут по журналистской принадлежности принимал участие в расширенной коллегии Минкомсвязи. И доклад, который сделал там уже будучи и.о. Игорь Щеголев, изумил не меня одного. Впечатлительные интернетчики в лице Сергея Плуготаренко, главы Российской ассоциации электронных коммуникаций, даже назвали эту презентацию отрасли «космической». Ну да, Щеголев, аки Джобс, почти два часа расхаживал по сцене с гарнитурой за ухом, без галстука – а за его спиной загорались многочисленные валтасаровские «мене, текел, упарсин» вверенной отрасли. Но суть в другом: сделано очень много, мы просто в текучке не замечаем подчас этих тектонических перемен. А перед нами, несомненно, выступал человек, который знает отрасль как свои пять пальцев, умеет ею управлять и пользуется авторитетом. Игорь Левитин про дороги тоже на сегодня знает лучше всех. И даже Андрей Фурсенко, в чей адрес раздаются, возможно, самые отчетливые проклятья, несомненно, очень точно представляет себе подлинную картину и нашего образования, и нерадостного его будущего в глобальной мировой перспективе. Если не прекратим бесплодно стенать и вспоминать действительно неплохие и моему сердцу ностальгически дорогие советские времена. А параллельно плодить ненужных специалистов, игнорируя потребности страны.
Даже в заблуждениях своих, а ЕГЭ как фетиш – главное заблуждение бывшего министра, новоявленные помощники Путина вполне основательны. И считать их появление в администрации президента просто способом «пристроить» верных ему людей или аппаратно пересидеть – все то же упрощение. Как и конспирологический вывод о новом центре принятия решений вокруг Путина, без которого правительственный детсад и шагу не ступит: там амбициозных людей в достатке, замы – они народ непростой, и что у них в ранцах, мы еще увидим. По-разному будет, в разных конфигурациях. Надо признать, что и на маловероятный случай гипотетического провала правительства у президента готов пул специалистов, которые борозды точно не испортят. Верных специалистов. Поди плохо?
Что получается? Путин, которому «креативщики» предписывали стать новым Брежневым, предлагает многоходовую и, на мой вкус, даже переусложненную модель управления развивающейся страной, в которой есть место самым разным людям, классам, течениям, группам влияния, а его оппоненты – все упрощают и упрощают. Все нудят и нудят: уйди. И для достижения данной цели возят по бульварам на тележках каких-то сношающихся рыб.
Умные ведь люди, как сказал бы Черномырдин.