«Со всех концов нашей обширной страны взывают о помощи. Мы должны протянуть руку помощи, и мы ее протянем. Одни из вас служат и едят хлеб с маслом, другие занимаются отхожим промыслом и едят бутерброды с икрой. И те, и другие спят в своих постелях и укрываются теплыми одеялами. Одни лишь маленькие дети, беспризорные, находятся без призора. Эти цветы улицы, или, как выражаются пролетарии умственного труда, цветы на асфальте, заслуживают лучшей участи. Мы, господа присяжные заседатели, должны им помочь. И мы, господа присяжные заседатели, им поможем».
Нет, чисто технологически создатели петиции поступили очень разумно. Даже, можно сказать, гениально
Ну до чего же точно эта цитата из великой книги описывает происходящее, а? И пролетарии умственного труда, и бутерброды с икрой, вот это вот всё – как же точно!
А ведь еще несколько дней назад всё было иначе. Еще несколько дней назад мы видели настоящее, извините за выражение, гражданское общество. Общество, объединенное по критерию гражданства. Объединенное против закона, ограничивающего шансы детей на семью.
Что же изменилось за эти несколько дней?
Появилась Петиция.
Обращение граждан России к администрации США с просьбой наказать свой, российский парламент. Все сравнения, которые в этой связи могут прийти в голову, пошлы и избиты. И генерал Власов, и пятая колонна генерала Эмилио Мола – да любое предательство выберите, по желанию. Составители и подписанты этой петиции за несколько часов разрушили гражданское единение. Раскололи его по линии совести. Потому что, как бы цинично это ни звучало, у детей, лишенных шанса на усыновление в США, остаются шансы на усыновление в другие страны мира. Да и в Россию, честно говоря, тоже.
А вот у тех, кто жалуется на свои власти властям другой страны, никаких шансов на понимание со стороны нормальных граждан, кажется, не остается.
Нет, чисто технологически создатели петиции поступили очень разумно. Даже, можно сказать, гениально. Вдруг на ровном месте возникла мощная протестная волна, к которой лидеры уличного протеста не имели ни малейшего отношения. Координационный совет, конечно, попытался оседлать эту волну, даже выпустил Заявление – но безуспешно. Волна была упущена, энергия перехвачена другими подписными кампаниями. И перед Координационным советом вдруг ясно встала перспектива забвения. Ну сами судите – тут дети, а там – какие-то «политзаключенные», какой-то пересмотр результатов выборов. А тут дети! А там...
Ну вспомните дальше из «Двенадцати стульев»:
«Владелец «Быстроупака» был чрезвычайно доволен.
«Красиво составлено, – решил он, – под таким соусом и деньги дать можно. В случае удачи – почет! Не вышло – мое дело шестнадцатое. Помогал детям, и дело с концом».
А как вернуть в стойло если не всю волну, то хотя бы свою, белоленточную часть? Да очень просто – расколоть волну по линии, простите, патриотических чувств. А для этого надо, прикрываясь детьми, совершить маленькое предательство.
Не знаю, кто именно придумал этот элегантный ход – но он голова. И я ему палец в рот не положил бы.
Потому что задача была решена сверхуспешно! Волна действительно раскололась. Я, вместо того, чтобы снова писать о лишении детей шанса, вынужден писать вот эту колонку. Борис Немцов объявляет Марш в защиту детей (ведь он наверняка соберет больше, чем унылый Марш миллионов с непонятными целями). А большинство из тех, кто выступали против поправки об усыновлении, теперь в растерянности, ведь солидаризироваться с предателями как-то не хочется. Какими бы святыми ни были цели.
И власти сейчас находятся в довольно затруднительном положении. С одной стороны, неприятие поправки действительно очень сильно. Замечу – именно поправки об усыновлении детей американцами. Поскольку на сам «антимагнитский закон» (включая пункты об НКО) всем, разумеется, наплевать – он практически никого не касается.
С другой стороны, через год после первых стотысячных митингов власти дали второе дыхание угасшей было активности «пролетариев умственного труда». Не будь петиции, мы бы могли увидеть политическую смерть Координационного совета, поскольку волна протеста против поправки об усыновлении могла создать новый протестный центр, в котором (surprise!) заправлять могли бы вполне лояльные люди. Я вполне допускаю, что истинной целью железобетонного продавливания этой поправки была именно подобная комбинация – но петиция не дала этой комбинации завершиться.
Однако ответный ход у властей есть, и я бы на их месте использовал именно такой ход. А именно – раскалить ситуацию добела. Совет Федерации принимает закон, закон уходит к президенту. Президент тянет время и продолжает везде говорить, что он понимает депутатов и всё такое. Координационный совет оппозиции воодушевленно собирает колонны. Граждане, которые хотели бы решать проблемы своей страны без участия администрации США, вполне возможно, тоже создают некий центр. Гражданский центр, без всей этой лабуды с «политзаключенными» и «нелигитимностью власти». Вполне возможно, что с этим центром будут сотрудничать те люди во власти, которые тоже против поправки (а их, как мы знаем, немало).
И вот когда уже, кажется, всё, президент отправляет закон обратно в Госдуму. Придираясь к какой-нибудь ерунде в тексте и процедуре. А уж сделать так, чтобы эта победа гражданского общества была отдана не Координационному совету, а другому центру – это вопрос чисто технологический и довольно простой.
И тогда Марш в защиту детей теряет смысл. Координационный совет теряет смысл. Предателей презирают. Гражданское общество довольно. Сироты спасены, а президент не только сохраняет лицо, но еще и усиливает свой рейтинг за счет граждан, добившихся от него ответа на свои требования.
Новый год шагает по стране.