В общем и целом дела в дельте обстоят следующим образом: днем егеря возят «туристов» (так называют там людей типа меня), береговая охрана и сотрудники Росрыболовства контролируют этих «туристов», проверяют документы и разрешения на ловлю. Всё происходит чинно и благородно: «туристы» ловят рыбу только разрешенными методами, отпускают ее обратно и, вздыхая, обводят слегка пьяным взглядом бескрайние просторы раскатов со словами: «Эх, до чего же Россия-матушка хороша!» Егерь с хитрым прищуром курит и согласно кивает.
Лучше жиреть и умереть от инсульта, чем скакать по лужам под полицейскими палками, а потом ночевать в ОВД, описывая все это в «Твиттере»!
Ночью «туристы», напившись водки, спят крепким сном. А егеря снова отправляются на реку – ловить осетровых запрещенными методами. Береговая охрана и сотрудники Росрыболовства, разумеется, тоже контролируют этот процесс. Они получают свою долю, сводят егерей с барыгами, которые будут перепродавать рыбу в Москву. Полиция держит руку на пульсе. Все друг другом довольны.
Иногда вдруг налетает начальство – ну, тогда приходится одного-другого браконьера поймать. С извинениями: прости, мол, братан, сам понимаешь – служба. Никто не в обиде – сесть за браконьерство тут трудно, обычно всё заканчивается штрафом. А если кто из погранцов или полицейских будет наглеть по беспределу – тут уж рыболовы подставят его. Ну или просто грохнут где-нибудь в узкой протоке, закинут тело в камыш – и его там никогда и никто, кроме орлов, не найдет.
А потом встает солнце, и егеря после пары часов сна отправляются возить по ерикам и протокам выспавшихся «туристов». Которые, разумеется, всё делают по закону и имеют все документы для рыбоохраны.
В романах Сергея Лукьяненко про дозоры, если кто не читал, существует два вида сил: силы зла и силы добра. Силы зла действуют ночью, а силы добра – днем. Но чтобы контролировать силы зла, силы добра учредили «ночной дозор» – он следит за тем, чтобы вампиры и вурдалаки соблюдали закон. А вампиры и вурдалаки, в свою очередь, с помощью «дневного дозора» контролируют силы добра. Эта модель кажется довольно устойчивой и сильно напоминает так называемую «развитую демократию» – то есть систему из двух политических сил, которые контролируют друг друга, периодически приходя к власти и не подпуская к ней остальных участников политического процесса. Так устроено в США, например. И в Великобритании тоже.
Мне же гораздо более устойчивой кажется именно описанная выше волжская модель. То есть дозор существует один, но в зависимости от времени суток его функциональность меняется. Днем он контролирует дневной закон, а ночью – ночной закон. При этом не происходит периодического перетекания полномочий, а сами стороны процесса гораздо лучше приспосабливаются к обстоятельствам и значительно профессиональнее действуют в условиях полной определенности.
Так же устроена и современная русская политическая система – одна сила, которая занимается всеми аспектами жизнедеятельности, как дневными, так и ночными. Будущее этой силы определено – она знает, что ее власть сохранится. И поэтому она может строить долгосрочные планы.
Вот чем, например, занимается президент США на исходе своего срока? Он торгует эксклюзивными правами на мемуары. Чем занимается наш президент на исходе своего срока? Он формирует большое правительство.
Потому что его будущее, в отличие от «хромой утки» из США, определено. Он знает, что будет.
Конечно, у подобной системы есть и недостатки – ибо системы без недостатков не существует. И главный из таких недостатков – гиподинамия и следующее за ней ожирение.
Системе не надо дергаться. Она как царь или как патриарх – уверена в будущем. А раз дергаться не надо, то пропадает и тонус. Система постепенно начинает жиреть, теряет подвижность и подвергается риску инсульта.
Но лучше жиреть и умереть от инсульта, чем скакать по лужам под полицейскими палками, а потом ночевать в ОВД, описывая все это в «Твиттере»! Потому что сидящий в кресле жиреющий ученый тратит свою жизнь на познание, а скачущий под палками оппозиционер тратит свою жизнь на скакание под палками. Да, он проживет дольше, потому что он здоровее. Но его жизнь будет бессмысленной и пустой. Она ничего не принесет миру. И самое яркое тому доказательство – современное положение дел в Европе и США. Растерянность, отчаяние и кризис среднего возраста. No fate.
– Постойте! – скажет в этом месте внимательный читатель, – а как же осетровые-то? Ведь вы, по сути, оправдываете браконьерство!
С этим, к сожалению, ничего не поделаешь.
Осетровым просто не повезло.