Эта вводка, разумеется, написана для привлечения гневного внимания читателя. И сейчас, когда вы уже открыли эту колонку, я попробую пояснить свою мысль.
Мы ведем себя как паразиты на собственном теле. Нас убивают – а мы снимаем это на видео
Около полудня понедельника, когда весь центр Москвы был забит спецтехникой, когда раненых уже развезли по больницам, погибших разложили по пластиковым пакетам, а красивый маленький вертолет с Лубянской площади уже улетел, в «Живом журнале» поднялась интересная тема. То тот, то другой блогер, которые до этого годами не включали телевизор, вдруг включали его и видели страшное. Они увидели Геннадия Петровича Малахова с его мочой, кинофильм «Сыщики», документальный фильм «Подводные сокровища» и, что самое чудовищное, много рекламы. «А CNN в это время показывает картинку прямо с места трагедии!» – восклицали блогеры, и с ними очень хотелось согласиться. Ну правда – ведущие средства массовой информации никак не реагируют на главное новостное событие дня. Непрофессионализм да и только.
То ли дело – радио и Интернет. Там весь эфир был в самых сочных подробностях. Я слушал все это, и что-то в рассказываемом мне не давало покоя.
Смотрите сами. Теракты произошли в метро. Но при этом – на станциях. «Почему? – думал я. – Ведь это же нелогично!» Мы помним, как распространялась взрывная волна во время взрыва в тоннеле возле «Автозаводской». Взрыв в замкнутом пространстве тоннеля сначала перемолол всех, кто ехал в одном вагоне с террористом, после чего волна, отразившись от стенок тоннеля, ударила по следующему вагону, который в это время как раз подъехал на место взрыва (поезд-то ехал!). Очень эффективно с точки зрения многочисленных жертв. Достаточно даже небольшого заряда, причем без всяких гаек и болтов – основным поражающим фактором в таких условиях является именно взрывная волна.
Так почему же террористы на этот раз отказались от столь эффективного способа? Ведь в метро-то они уже прошли! Что могло их остановить от взрыва в едущем поезде? Ответ на первый взгляд кажется очевидным: мобильная связь. Которая уверенно работает только на станциях, а в тоннелях работает ненадежно или вообще не работает. Зачем террористам мобильная связь? Понятно, зачем: чтобы взорвать бомбу.
Это вообще очень интересный момент. Дело в том, что в подготовке подобного рода терактов технические вопросы (как то: доставка террористов на место, изготовление бомбы, добыча взрывчатки и поражающих элементов) суть полная ерунда. Бытовые мелочи, с которыми может справиться любой московский школьник (чему мы с вами имели немало разнообразных доказательств). И если бы все упиралось в эти гвозди, провода и селитру – теракты в Москве бы не прекращались. Но все упирается в смертника. И самое сложное в подготовке такого теракта – подготовить смертника. То есть человека, который готов пожертвовать собой, но при этом должен быть совершенно адекватен окружающей действительности и готов, когда надо, замкнуть провода на батарейке. Таких людей готовят месяцы, если не годы. И именно поэтому связывать нынешние теракты в Москве с недавними смертями Саида Бурятского и Анзора Астемирова могут только недалекие люди – теракты не готовятся за несколько дней. Так не бывает.
И сама собой возникает мысль, что если самое сложное в теракте – это подготовка смертников, то не являются ли взрывы на станциях (в зоне действия сотовой связи) явным признаком того, что на сей раз обошлось без смертников? И что бомбы были или оставлены в вагонах, а потом взорваны дистанционно, или были в руках у людей, которые не подозревали о том, что они перевозят.
Теракты произошли в метро. Но при этом – на станциях. Почему? (фото: Михаил Стецовский/ВЗГЛЯД) |
Но эта красивая мысль была вскоре опровергнута следователями. Которые заявили, что нашли невзорвавшийся пояс шахида, что видели на камерах наблюдения террористов, причем смертниц сопровождали какие-то женщины. Ну то есть, видимо, это были все-таки подготовленные смертницы.
Но почему, почему же тогда на станциях, а не в тоннеле? Объяснения у меня не было до того самого момента, когда блогеры стали возмущаться Геннадием Петровичем Малаховым и его уринотерапией. Ну конечно! Взрывы были совершены на станциях именно потому, что там светло и там камеры! Когда взорвался поезд в тоннеле возле «Автозаводской», что видела публика? Ничего. Она видела окровавленных людей, которые выходили из метро. И всё.
А в понедельник публика видела всё, что хотела. Трупы, лежащие на перроне. Станцию, всю в пыли. Видеозаписи с камер наблюдения и, внимание, с мобильных телефонов пассажиров! И все сразу же на YouTube.
Сейчас мы сделаем небольшое отступление для большего понимания. На днях одно издание опубликовало материал, в котором рассказывалось о суде над двумя родителями-педофилами, которые на протяжении нескольких лет насиловали свою дочь. В числе прочего в материале была следующая фраза: «По многочисленным просьбам читателей издание даже публикует фотографию, служащую доказательством изложенных в материале фактов». Да-да, именно так – по многочисленным просьбам читателей. На фотографии изображены обнаженная несовершеннолетняя девочка и сожитель ее матери. «Какая гадость! – немедленно начала шуметь публика. – Какие мрази все это публикуют!» И исправно кликала на ссылку – чтобы посмотреть фотографию. «Какая гадость! – продолжала другая часть публики. – Вот все эти читатели с их многочисленными просьбами!» После чего другая часть публики так же исправно кликала на ссылку, чтобы посмотреть фотографию. Вот и вы сами наверняка прямо сейчас бросили читать эту колонку и пошли искать фотографию – она там еще висит. Возвращайтесь потом.
Вернулись? Теперь понимаете? Блогеры возмущались отсутствием картинки на федеральных телеканалах не потому, что им не хватало информации. Информация у них была – они же блогеры. Им просто хотелось увидеть ту самую фотографию с обнаженной девочкой в объятиях педофила. Ну или, на худой конец, хотя бы парочку трупов.
А террористам именно это и было необходимо. Чтобы ужасную картину ползущих по мраморному перрону раненых снимало и транслировало в эфир как можно больше камер. Террористы наконец стали понимать русских. Откуда все эти многочисленные «кадры любительской съемки» на YouTube? Ведь это люди, на глазах которых только что произошел взрыв, доставали из кармана мобильные телефоны и начинали снимать. А потом ехать к быстрому Интернету – и немедленно выкладывать все это, выкладывать. Потому что сотни тысяч просмотров, рейтинг, слава и все такое. Я очевидец! Я был там! Я видел! И вот вам мое супервидео в качестве доказательства.
Второй пример лицемерия после теракта – публичное возмущение блогеров и средств массовой информации высокими ценами на услуги частных таксистов. «Вы подумайте, – пишет девушка, которая работает на «Красных воротах», – от «Комсомольской» у меня запросили три тысячи рублей! И это когда такая беда! Да 11 сентября в Нью-Йорке таксисты бесплатно развозили людей из зоны теракта!»
Это, напомню, пишет девушка, которая просто опаздывала на работу. Которую высадили на «Комсомольской», которая не была ни в каком теракте, не видела никакого теракта. Просто обычная москвичка, которой зарядили несусветную цену. Какая у нее беда-то? Какая была беда у всех тех, кто собирал номера таксистов, зарядивших цены, кто писал об этом возмущенные материалы? Никакой. Средства массовой информации, которые раскрутили тему таксистов, поднявших цены, вообще постыдились бы – ведь они поднимали эту тему именно из-за собственных тиражей и рейтингов. То есть поступали именно так, как те самые таксисты.
Еще в одном посте я прочитал, как в очереди в кассу в супермаркете обсуждение произошедшего между покупателями было прервано возгласом человека азиатской внешности: «Сами виноваты!» Блогер (девушка, кстати) с каким-то упоением представляла себе в ЖЖ, что именно сделали стоящие в очереди с тем самым человеком азиатской внешности. Девушка, которая стояла в той самой очереди! Не в очереди в институт скорой помощи, чтобы сдавать кровь. Не возле места терактов, раздавая воду и чистые тряпки. Она стояла в очереди в супермаркете, покупая себе какие-нибудь продукты, прокладки, презервативы и пиво, и обсуждала с другими: ахкакойужас!
Но ведь азиат-то был прав!
Мы сами виноваты в том, что нас убивают. Потому что мы ведем себя даже не как безмозглое стадо, нет. Мы ведем себя как паразиты на собственном теле. Нас убивают – а мы снимаем это на видео.
Мы не сопротивляемся. Мы снимаем и выкладываем. Устраиваем дурацкие акции со свечками, не нужные никому, кроме их устроителей и участников. Обсуждаем в эфире радиостанций, рейтинг которых от этих обсуждений повышается. Требуем от телеканалов картинку, которая повысит рейтинг телеканалов. Мы питаемся этими терактами.
То есть мы такие же террористы, как и они. Только они убивают чужих и умирают за идею. А мы убиваем себя и умираем для рейтинга.