На этом месте интересная история обычно обрывается, и читателю (слушателю) предоставляется возможность самому додумать, как бы ударно боролись с кризисом «всенародно избранные» и «народно-ответственные» главы.
Если центру и можно предъявлять какие-то претензии, то лишь по поводу его излишней терпимости
Почему надо додумывать? А потому что пикейный товарищ, как бы он ни был «влюблен» в губернаторские выборы и ни жаждал их возвращения, не способен сформулировать, как, каким конкретным образом выборность бы помогла бороться с кризисом. Остается вбрасывать идею как априорную, а точнее, просто морочить людям головы. Вряд ли кто-то надеется, что это на кого-то там как-то повлияет, «просветит», «подвигнет» и т. д. Ну хочется людям «тех самых» выборов, хочется до дрожи в коленках, поэтому они используют любую возможность, чтобы о них хотя б поговорить.
Что бы ни болтали либералы и прочие любители демократии, но выборность глав никогда не создавала их ответственности перед избирателями. Она лишь давала им автономию от федерального центра. «Всенародно избранного» же нельзя было снять. Губернатор или республиканский президент 1990-х и начала 2000-х годов – это региональный князек, имеющий возможность посылать Кремль. Разумеется, везде были свои нюансы, не все реально могли посылать и не все посылали. У Кремля оставалось достаточно ресурсов, чтобы сломать хребет пусть не любому регионалу, но любому «среднестатистическому». Но это не отменяло самого принципа: выборность исключала вертикаль.
Конечно, у электората было теоретическое право на «суверенную» ретроспективную оценку, т. е. право «прокатить» на выборах действующего главу. Проблема только в том, что этим правом избиратели могли пользоваться именно теоретически. На практике комбинация политических технологий и административного ресурса обычно позволяла удерживаться у власти, благополучно переизбираясь, любому деятелю, пусть даже трижды некомпетентному и всем надоевшему. Главное, чтобы у него имелись связи, деньги и воля.
Естественно, бывали случаи, когда кто-то проигрывал выборы, с треском вылетал. Но это происходило не благодаря народному волеизъявлению. Точнее, таковое волеизъявление становилось возможным как раз потому, что, к примеру, у товарища испортились отношения с какими-то «капитанами бизнеса», а потому не было достаточно денег (зато деньги имелись у другого кандидата, представлявшего этих самых «капитанов») и т. д.
И нечего гадать по поводу того, как бы «всенародно избранные» боролись с кризисом. Достаточно вспомнить события 1998 года. Никакой существенной роли в преодолении тогдашние главы не сыграли. Надували щеки в Совете Федерации, обвиняли во всех бедах федеральное руководство и своих приятелей-капиталистов, кто-то дополнительно подпиарился, кто-то пытался, но не смог… Нечего вспомнить, ни одной яркой истории, ни одной вменяемой инициативы.
Нельзя сказать, что нынешние фонтанируют прорывными идеями. Но зато теперь есть вертикаль, теперь все главы несут ответственность перед президентом. И если центру и можно предъявлять какие-то претензии, то лишь по поводу его излишней терпимости.