Когда каких-то конкретных вопросов нет, или они уже решены, или их боятся задать – предлагают создать комиссию или комитет по абстрактным вопросам. Комитет по вопросам любви или комиссия по делам согласия.
Господа из Союза кинематографистов, вероятно, давно не смотрели телевизор. Смею их уверить, на российском ТВ сегодня нет ни одного сериала из жизни воров и проституток
Но комиссия по нравственности – вдвойне удивительное явление.
Ей-богу, не вру – я до сих пор не знаю определения нравственности. Есть только что-то внутри – глубоко личное, интимное, едва уловимое, которое не формулируется вслух. Поэтому я посмотрел в поисковую систему, нашел определение. «Нравственность есть принятие на себя ответственности за свои поступки. Поскольку, как следует из определения, нравственность основана на свободной воле, нравственным может быть только свободное существо. В отличие от морали, которая является внешним требованием к поведению индивида, наряду с законом, нравственность есть внутренняя установка индивида действовать согласно своей совести».
То есть, как я и догадывался, нравственность – это нечто сугубо личное, и возникает она и укрепляется от внутренней работы в человеке, а не из-под палки. «Внутренняя установка индивида действовать согласно СВОЕЙ совести».
В этом смысле словосочетание «комитет по нравственности» выглядит довольно комично – это получается «комитет по деланию людей индивидуумами, которые действуют согласно своей совести».
Мой коллега Михаил Бударагин, по поводу разборок прошлым летом с телеканалом «2x2», который тоже обвиняли в безнравственности, сказал как-то: ну, финансовые разборки у вас, имущественные споры, ну политика, наконец, – да ради бога. Только не приплетайте вы по любому поводу нравственность, оставьте вы ее в покое – ввиду многозначности и неуловимости самого понятия. А то от частого повторения – «нравственность, нравственность» – совсем ее смысл потеряется.
Он был прав, Михаил: сегодня слово «безнравственность» – как только оно появляется в качестве обвинения кого-либо или чего-либо – для понимающих людей означает одно: значит, ребят хотят съесть с потрошками и в ход пошла тяжелая артиллерия. Если утром была нравственность, то вечером будет генеральная прокуратура.
Соединение же понятий «телевидение» и «нравственность» – это уже вообще полный абсурд. Это все равно что говорить «туалет должен быть нравственным». Сравнение ничуть не хромает. В туалет ходят все, и телевизор смотрят все. В туалет ходят известно зачем. Телевизор тоже нужен, как знают даже дети, не для того, чтобы людям было хорошо, а чтобы люди смотрели рекламу – иначе они ничего лишнего не будут покупать. А если они не будут совершать лишние траты, рухнет ни много ни мало – экономический фундамент мира.
Господа из СК, вероятно, давно не смотрели телевизор (фото: Сергей Иванов/ВЗГЛЯД) |
Телевизор и критиковать, и порицать, и пугать дубьем закона – нужно и необходимо. Но требовать нравственности от того, что было задумано как туалет, тоже абсурдно. Во-первых, нравственность – как мы уже выяснили – индивидуальная установка. Не может быть коллективной нравственности. И тем более – насильной. Во-вторых, как можно требовать от волка, чтобы он не ел мяса? Стрелять, угрожать, строить заборы и устраивать облавы против волка нужно и можно – но еще никому не приходила в голову мысль заняться нравственным перевоспитанием волка. Это может произойти в единственном случае – если волк сам придет к этой мысли, что он хочет стать нравственным.
Кроме того, к слову нравственность всегда странным образом примешиваются какие-то левые понятия. Например, какая связь может быть между нравственностью и «позитивом на экране» (на отсутствие которого сетовал режиссер Герасимов)? Под словом «позитив» у нас обычно имеют в виду лакировку действительности – какое же, спрашивается, это имеет отношение к нравственности?
Прочтем внимательно текст обращения Союза кинематографистов (СК) к президенту РФ, зачитанный на съезде режиссером Е. Герасимовым.
«Мы убеждены в том, что атмосфера вещания основных программ должна быть на высоком художественном уровне, а герои нашего времени – прежде всего, образцами для подрастающего поколения. (…) В рамках либеральной модели СМИ, доминирующей там, ныне превалирует одуряющая зрителя продукция, низкопробные сериалы и реалити-шоу на грани порнографии. (…) Сегодня на телевидении торжествует корпоративный интерес и по-прежнему правят бал «Дом-2» и телесериалы из жизни воров и проституток».
Господа из СК, вероятно, давно не смотрели телевизор. Во-первых, смею их уверить, на российском телевидении сегодня нет ни одного сериала из жизни воров и проституток. Мало того – сериалов из жизни проституток не было даже в 90-е годы – были только отдельные фильмы, как «Интердевочка». А вот о ворах – правда, были сериалы. Причем делали их те же режиссеры, которые сегодня делают сериалы про спецназ и спецслужбы РФ. С теми же актерами, сценаристами и прочими. Причем многие из этих людей сидели в зале, где проходил нынешний съезд СК. И все знают этих людей в лицо.
Про проституток на телевидении есть только милицейские сводки, почти ежедневно – о том, как очередных украинских, молдавских и прочих девчат отлавливают на различных кольцах и трассах Москвы и сажают в воронок. Во всяком случае, едва ли можно упрекнуть телевизор в пропаганде проституции – скорее, наоборот.
И «правят бал» на экране давно уже не телесериалы «из жизни воров», а, напротив, телесериалы из жизни доблестных борцов с ними – работников силовых структур. В этом смысле на телевидении как раз все тип-топ: на всех каналах сплошные курсанты ходят строем, и жены провожают куда-то своих мужей на борьбу со злом, и сплошные силовики ловят, раскрывают, «ныряют, прыгают – с ума сойти», как пел В. Высоцкий. То есть в смысле «положительных героев» на телевидении у нас опять все в порядке. Очень позитивно, почти как 25 лет назад. И на все это боголепие приходится всего один «Дом-2» – вещица, конечно, отвратительная, но запретят его – и тогда никаких половых отношений на экране не останется вовсе, а останутся только отношения силовые и уставные.
Впрочем, более всего меня взволновала другая фраза из обращения кинематографистов. О том, что «ошибки, обусловленные политикой нашего телевидения, уже можно наблюдать в жизни – это и пивной алкоголизм, и стремление значительной части молодежи, особенно в провинции, делать жизнь проститутки или бармена».
То, что некоторые девушки желают «делать жизнь проститутки», – это и вправду заслуживает порицания. Но вот по поводу бармена – это вы меня извините.
Члены СК плохо разбираются, оказывается, в жизни провинции. Во-первых, если в провинции есть бармен – значит, есть и бар. А бар – это признак цивилизации. Это значит, по крайней мере, что люди не на улице бухают или в подворотне. А еще – это важный социальный показатель: если есть бар, значит жизнь в провинции струк-ту-ри-ро-ва-на. Надо ли говорить, что при наших российских расстояниях бар вместе с заправкой и автостоянкой порой являются единственными очагами культуры в радиусе 700 километров? И в этом смысле, кстати, сериал о бармене в провинции – который спасает людей и поддерживает хрупкую гармонию мира – был бы на порядок правдивее, чем сериал о честном милиционере в исполнении Сергея Безрукова. Жаль только – нет таких сериалов.
И потом: с каких это пор профессия бармена опять стала «плохим примером»? Если кто не в курсе: бармен – этот тот, кто наливает и делает это вовремя и без обмана. Другое дело – хорошего бармена даже и в Москве трудно сыскать – но, в принципе, это очень нужная и важная профессия. «Бармен – это гуманизм», сказал бы я, перефразируя название программной статьи Сартра. Бармен – это единственная порой преграда между твоим собственным адом, внутренним – и внешним, адом действительности. Чтобы не произошло разрушительной реакции – чтобы эти два ада не соединились, – и нужен порой бармен, ох как нужен, и я завидую тем, кто этого не знает.
И только по поводу пропаганды «пивного алкоголизма» можно было бы согласиться с членами СК – но почему-то они в своем обращении к президенту не призывают отменить рекламу алкоголя на ТВ. Вот бы члены СК в трудный для страны час попросили государство убрать пивную рекламу из телевизора – я бы тогда аплодировал им стоя! Но все мы прекрасно понимаем, что этого не случится никогда – потому что за этим стоят такие люди… такие деньги… ой, я лучше не буду дальше.
Вот комитет по нравственности – другое дело. Это безобидно и современно. Его на деньги от рекламы пива в том числе и создадут – они же там, комитетчики, должны будут заседать, а значит, им постоянно нужны будут чай, кофе, вода, а значит – понадобятся машины, кондиционеры, грузчики, официантки, бармены, опять же…
И только в одном можно согласиться с инициаторами обращения: с тем, что на ТВ «ныне превалирует одуряющая зрителя продукция (…) на грани порнографии». Это верно сказано. Многое из того, что мы видим в последнее время по телевизору, сделанное руками в том числе и самих членов СК (актеров, режиссеров, сценаристов), в художественном смысле иначе как порнографией не назовешь. Но для борьбы с низким художественным уровнем нашего кино, как мы понимаем, и собирался на днях съезд кинематографистов в Москве? Именно ведь для этого он и собирался, как мы догадываемся, а не для чего-либо другого, ведь так?.. И надеемся, что судьбоносные решения этого съезда – они существенно повысят общий уровень нашей кинопродукции. Он, этот уровень, и сегодня уже достаточно высок – высок настолько, что у делегатов даже есть время и возможность обсуждать на съезде кинематографистов проблемы нравственности… на телевидении!!! (Вот она, причина плохого качества нашего кино – телевизор виноват!) Причем они не сами хотят в этом разбираться – а хотят ПОПРОСИТЬ об этом президента!
Вдумайтесь: «Участники очередного, чрезвычайного съезда Союза кинематографистов намерены обратиться к президенту РФ Дмитрию Медведеву с просьбой принять меры по улучшению качества телевизионных программ в стране».
…А к самим себе вы не пробовали обратиться с такой просьбой? Для начала?
Словом, он не зря собирался, этот съезд, ох, не зря. Председатель остался прежний, с одна тысяча девятьсот девяносто седьмого года. Важные задачи поставлены Союзом кинематографистов перед обществом, телевидением, страной, президентом. Все за работу, товарищи.