Три парламентские партии из четырех – ЛДПР, КПРФ и «Справедливая Россия» – приказали долго жить, пав в неравном бою с собственной тенью. Эта тень – «Единая Россия», которая не вполне уже партия, а, как и любой «бог из машины», скорее, вещь-сама-по-себе, существующая не по политическим, а по бюрократическим законам.
Когда оппозиционеры выходили из зала, они вряд ли подозревали о том, что чаемая встреча с Дмитрием Медведевым отложится на неопределенный срок
Когда оппозиционеры выходили из зала, они вряд ли подозревали о том, что чаемая встреча с Дмитрием Медведевым отложится на неопределенный срок. А если и подозревали, то, наверное, в глубине души верили в то, что президент откликнется на их крик о помощи. Из Китая сначала откликнулся премьер, поставивший на место и самих оппозиционеров, и власть. Затем пресс-служба главы государства осторожно обозначила неблизкие сроки скорой встречи.
Время было упущено, игра была проиграна.
Если партийные функционеры всерьез рассчитывали на то, что Медведев, бросив все, призовет их пред царские очи, то они слишком наивны для политиков. Если же они на это и не надеялись, то слишком для политиков глупы. И напрасно Владимир Чуров обиженно восклицал после демарша, что это все, мол, «политика»: политики здесь нет, есть странная попытка сыграть в какую-то аппаратную игру, то ли заставив Медведева раскритиковать «Единую Россию», то ли вынудив президента вмешаться в работу Избиркома.
Если бы КПРФ вывела по всей стране хотя бы тысяч 50 человек, вот это была бы политика: коммунисты этого не смогли, а жириновцы и мироновцы не сумели бы и подавно.
Громко хлопнуть дверью – большого ума не надо, но возвращаться с пустыми руками – на самом деле ни одна претензия оппозиционных партий так и не была удовлетворена (и теперь уже вряд ли будет) – верх безумия, политическое самоубийство в чистом виде.
КПРФ, чей электорат прозрачен и относительно стабилен, пока может за свое будущее не переживать: партия не первый раз теряет лицо, но «других маршалов у них для нас нет». Впрочем, низведение когда-то действительно самой сильной оппозиционной партии до уровня мешающихся под ногами мальчиков для битья – само по себе хороший симптом.
«Единая Россия» давно осталась в гордом одиночестве (фото: Дмитрий Копылов/ВЗГЛЯД) |
У ЛДПР, и особенно у эсеров, будущего нет вообще. Партия Жириновского всегда держалась на нем одном: вернувшись на Охотный Ряд, Владимир Вольфович расписался в собственном бессилии и недвусмысленно дал понять, что к его словам нельзя относиться серьезно. За такого Жириновского проголосуют и впрямь процента 2–3.
«Справедливая Россия» вбила последний гвоздь в крышку собственного гроба: партия чиновников второго ряда и региональных бизнесменов теперь обречена. Часть элит когда-то поверила Миронову и встала под его знамена, чтобы урвать у «Единой России» десять процентов лояльного власти электората, а у коммунистов – процентов пятнадцать электората «левого». Этот проект провалился с треском, а теперь с отказом от борьбы за собственный результат эсеры «сдали» всех, кто умудрился им поверить. Представить же, что граждане всерьез будут голосовать за «Справедливую Россию», чья программа не отличается от тезисов КПРФ и «ЕР», вообще невозможно. Лишившись поддержки чиновников «на местах», партия Миронова до 2011 года не дотянет.
«Единая Россия» давно осталась в гордом одиночестве, но только сейчас стало понятно, что нарушить это молчание не удастся никому. И хорошо, если кризис все-таки закончится: в противном случае партия власти, а вовсе не Медведев, и не Путин, ответит за все. Понятно, что реальных рычагов для влияния на Кабинет министров, который и осуществляет антикризисную стратегию, у «Единой России» нет и не будет, Борис Грызлов Алексею Кудрину не указ, но у Кудрина есть существенное преимущество – он назначенный чиновник, а не представитель партии, которая должна раз в четыре года проходить через выборы.
И в этом смысле мы вернулись в ситуацию «второго срока», когда необходимо было создать альтернативную «Единой России» партию: тогда и появилась «Справедливая Россия», из которой Сергей Миронов так и не смог сделать что-то нестыдное.
Резоны сегодня все те же: «ЕР» физически не может вобрать в себя все элиты – чем больше становится партия, тем более вероятны в ней расколы и борьба за власть внутри формально единой структуры. Все попытки «Единой России» избавиться от «балласта» обречены на неудачу вовсе не потому, что борьба бюрократии с бюрократией сама по себе выглядит странно, а потому, что «единороссовскому балласту» больше некуда податься. До 2011 года «ЕР», боюсь, разрастется настолько, что обратный раскол – на новые «Отечество» и «Единство» – будет вполне возможен.
Чтобы его избежать, «Единая Россия» должна ощутить серьезное противодействие, которое позволит партии власти сплотиться перед лицом реальной опасности. На местах это противодействие оказывает бизнес: не случайно «ЕР» проиграла промышленные города Волжский (Волгоградская область) и Клинцы (Брянская область), а в Дербенте (Дагестан) борьба велась такими методами, что о победе говорить как-то неприлично.
На федеральном уровне бизнес пока предпочитает работать напрямую с «Единой Россией», но многих предпринимателей социально ориентированная партия власти не устраивает категорически, и как только появится настоящая альтернатива (а не беззубое «Правое дело»), они могут начать работать с ней.
«Вторая партия», которая должна появиться на месте умерших ЛДПР и «Справедливой России» и дышащей на ладан КПРФ, может стать оппонентом «ЕР», но не по политическим или лоббистским причинам (хотя последние, несомненно, станут стержнем противостояния). А потому, что несмотря на униженное возвращение бунтарей в Госдуму, очень многие мои знакомые, даже далекие от политики, услышав резкую отповедь Жириновского, на миг вздохнули – «ну, наконец-то».
Так что победителей в этой истории пока нет.