Был такой английский писатель Диккенс. Теперь его мало читают, как и других классиков XIX века. В романах Диккенса (я, конечно, не имею в виду чудесный «Пиквикский клуб») общество устроено очень просто. Отрицательных персонажей много, и все они бедные или нищие. Положительных персонажей существенно меньше. Как правило, они богаты.
Советские комментаторы Диккенса этого детерминизма старались не замечать, обращая внимание читателя на то, как автор раскрывал язвы буржуазного общества. Современный читатель должен признать, что «язвы буржуазного общества», конечно, легко обнаружимы, но англичанин позапрошлого века прав: более всего заражены бедные кварталы.
Вот простая и совершенно диккенсовская история. Пара, возвращаясь из отпуска на собственном авто, замечает в кювете пострадавших в аварии, у одного парня сильное кровотечение. Они останавливаются, пытаются помочь, вызывают скорую и милицию. В это время «мимо едут, и едут, и едут машины. Те, что победнее, газуют и сматываются побыстрей. Те, что от 300 тыс. рублей, машины подороже, останавливаются. Люди спрашивают: чем помочь? Вы сами не пострадали?»
Принцип благотворительности, да и вообще приличного поведения, гласит: «От меня не убудет
Еще раз, по пунктам, медленно. Это очень важно понять и усвоить. Те, что победнее, не останавливаются и помощи не предлагают. Они стремятся убежать с места, где у них могли бы попросить помощи. Предлагают помощь, и без просьбы, те, кто побогаче.
Иначе говоря, те, у кого есть такая возможность.
Традиция предписывает восхищаться теми, кто перед лицом чужой беды делится последним. Традиция совершенно права – доброта таких людей в таких условиях заслуживает восхищения. Одна беда: неизвестно, что оно такое, «доброта», и откуда берется. Это очень важное человеческое качество совершенно не алгоритмизуется.
В отличие от социальных условий, которые дают возможность быть добрым и щедрым. Чтоб быть добрым – не разово, не истерично, не «совершая поступок», а регулярно, – нужно быть богатым. Ну или по крайней мере обеспеченным, надежно устроенным в жизни. Чтобы доктор Осипов занялся подвижнической работой в тарусской больнице – простите меня, доктор – он должен иметь для этого достаточно ресурсов. Тем более необходимы ресурсы, прежде всего свободное время, тем, кто основал благотворительный фонд помощи этой больнице или любой другой. А от бедных, занятых «выживанием», помощи не дождаться, что, кстати, показывает и тарусская история, и наблюдения самого Осипова.
Где-то на свете есть люди, способные отдать страждущему последнюю рубаху (фото: sxc.hu) |
«Когда у человека имеется сад, он даже может позволить себе быть добрым и щедрым». А неимущий не может себе этого позволить, вот и вся социология. Он, кстати, потому и неимущий: капиталистическое общество – это общество жестокой справедливости. Лучшие оказываются наверху, располагают большими возможностями. В том числе чтобы творить добро. Худшие остаются внизу.
Исключения из правил бывают. Они всегда бывают, и в этом случае тоже. Где-то на свете есть люди, способные отдать страждущему последнюю рубаху. Даже не обязательно святые, я сам знаю нескольких. Но надежно рассчитывать на достойное поведение можно, только если человек жертвует не последнюю рубаху. Одну из многих рубах. К тому же сколько может дать несчастному тот, у кого только и есть, что последняя рубаха?
Принцип благотворительности, да и вообще приличного поведения, гласит: «От меня не убудет». Если все работники моей организации перечислят в фонд помощи пострадавшим в Южной Осетии заработок за один день – получится приличная сумма. Действенная помощь. При этом каждый отдаст чуть-чуть, немного, не столько, чтобы ухудшить жизнь своей семьи в ближайший месяц. И потому соглашаются все.