А все потому, что моей приятельнице Екатерине вздумалось развестись. Точнее, развестись решил ее муж. Еще точнее, муж гражданский. Сожитель, короче. Нашел он себе студентку и был таков. «Ну и вали! – в сердцах крикнула Катерина. – У меня тоже, между прочим, кавалер есть. Давно». Сожитель так расстроился из-за этой новости, что чуть не остался. Но потом взял себя в руки: «Да кому ты нужна».
В общем, через месяц после расставания Катерину пригласили на вечеринку, где должен был присутствовать ее бывший со своей студенткой. «А я не могу одна прийти, – объяснила она. – Мне срочно нужен какой-нибудь красавец. Чтобы влюблен он был в меня, чтобы глаз с меня не сводил. Чтобы все, а особенно мой эксик, поняли, что я ему нужна».
Хоть раз в жизни, но такой лжевлюбленный необходим каждой девушке
Хоть раз в жизни, но такой лжевлюбленный необходим каждой девушке. Еще в фильме «Самая обаятельная и привлекательная», помнится, имидж Нади Клюевой улучшал таким образом Аркадий, муж Сусанны. На «жигулях» ее после работы встречал, ручки целовал. «Мне можно и без «жигулей», – сказала Катерина. – У тебя есть кто-нибудь на примете?»
Кто у меня мог быть на примете в Киеве? «В Интернете поищи, – предложила я. – Наверняка найдется какой-нибудь сайт, предлагающий услуги мужского эскорта». И точно: «Уважаемые дамы, предлагаем вашему вниманию лучших мужчин, мальчиков и парней проститутов. Экземпляры на любой, самый изысканный вкус. Любители и профессионалы готовы 24 часа в сутки исполнять любые ваши желания и прохоти».
– У тебя есть прохоти, Катька?
– Еще какие!
Мы стали разглядывать анкеты. Изучили разделы «премиум», «элит» и «эконом» – ничего подходящего. Все мужчины были слишком молоды, дай бог, чтобы самый старший был совершеннолетним.
Тогда Катерина нашла газету с объявлениями – «Взрослые мужчины для сопровождения». Тут же позвонила по телефону и договорилась о встрече. «В публичный дом поедем, – объяснила. – На месте выберем кого-нибудь». Я не возражала. Таких приключений у меня еще не было.
Публичный дом оказался обычной трехкомнатной квартирой. В гостиной стоял большой кожаный диван и телевизор. На стенах были развешены картины с изображением геометрических фигур всех цветов и размеров. Похоже, беспредметную живопись здесь очень уважали.
– Как тебе этот Малевич? – нервно хихикнула Катька.
– Ладно, ладно, – сказала я. – Успокойся.
Владелица салона, тетка килограммов на двести, вывела к нам двух мальчиков с конфетно-сладкими мордашками. Они тут же плюхнулись на диван и затеяли тихую возню из-за пульта.
– Ну вот, выбирайте, – тетка сделала широкий жест, будто предлагала нам выбрать арбуз на огромной бахче. – Есть фотографии еще пятерых. Если надо – подъедут в течение часа.
Но мальчики, включая даже запечатленных на фото, были так откровенно гомосексуальны, что мы с Катькой расстроились:
– Скажите, а для женщин кто-нибудь у вас есть?
– А чем вам эти не подходят? – искренне возмутилась тетка, ничуть не смущаясь присутствия парней.
– Если надо, они и с женщиной отработают. Вам, собственно, какая разница?
– Так у них же ориентация на мордах написана! – воскликнула Катька, тоже входя в раж.
Мальчики безучастно смотрели телевизор. К подобным разговорам они, видимо, уже привыкли.
– Ориентация у них гибкая, – объяснила тетка.
– Сделают, что надо. Вы ж их все равно для личного пользования берете, не на люди ж их выводить...
Стриптизер, кстати, вполне миленьким оказался |
Мы не сговариваясь направились к выходу. Тетка заволновалась.
– Эх вы! – сказала она с глубокой обидой в голосе. – Это такие ребята! Такие таланты!.. Берите, не пожалеете.
– Нет-нет, спасибо, – отнекивались мы, одновременно пытаясь вытащить из шкафа свои куртки.
Но тетка нам мешала. Она махала руками словно крыльями, закатывала глаза и причмокивала губами, намекая на особые достоинства своих подопечных. На секунду мне показалось, что так просто она нас отсюда не выпустит.
– А ну-ка, – решительно навалилась я на сутенершу. – Поберегись!
Сутенерша скривилась, будто собиралась заплакать. Мы тем временем схватили свою одежду и выскочили за дверь.
– А Вадик вообще художник, – скорбно заявила тетка нам вслед. И вздохнула. – Может, хоть картину купите?..
– Ну я не знаю! – психанула Катька, когда мы оказались в лифте. – На улице, что ли, к людям приставать?
Я долго думала. Минут пять. Потом предложила сходить в стриптиз-клуб. Для женщин.
– Тарзана видела? Этот, который с Наташей Королевой. Ничего мужик? А ведь стриптизер...
– Да? – Катька засомневалась. – А у него с ориентацией как? Тебе не кажется, что и он малость... того...
– Ну знаешь! Тебе, дорогая моя, уже во всех мужиках голубые видятся. Могу предложить нашего сантехника – вонючего, мощного и запойного. Как раз то, что тебе надо, – стопроцентный мачо.
Короче, убедила я Катерину зайти в стриптиз-клуб.
Убедить убедила, но клуб мы не нашли. В Интернете киевские парни предлагали нам стриптиз исключительно с выездом на дом. Пришлось заказывать. Я даже согласилась оплатить половину стоимости, до того мне хотелось помочь подруге: «Только, чур, я изображаю именинницу!»
Стриптизер, кстати, вполне миленьким оказался. В полицейской форме, с магнитофоном каким-то. В меру молод, в меру красив. Если бы до стрингов своих смешных не разделся, вообще цены ему не было б. Я так хохотала, что охрипла.
Катька стала договариваться. Роман, так звали этого полицейского в стрингах, согласился подзаработать, тем более что до следующий среды он был совершенно свободен – мужской стриптиз не пользуется в столице Украины бешеным спросом. Но все очарование Ромчика рассеялось, как только он стал рассуждать вслух:
– Кажися, надо подмозговать над таким вашим предложением, кажися...
– Погоди, Ромчик, – сказала я и уволокла Катьку в сторону.
– Он же разговаривает на какой-то тарабарщине. На вечеринке все лягут, как только он рот откроет. Мы добьемся прямо противоположного результата.
– Ничего, – сказала Катька. – Он мне нравится. Да и выбора у нас нет. Остался один день, а у меня еще ничего не приготовлено. Берем этого и никаких разговоров.
– Я извиняюся, – встрял в наш разговор Ромчик. – Я тут пораздумал... Надо бы добавить...
– Чего добавить?
– Деньжат. За вредность…
– Да какая вредность? – возмутилась я. – Знай себе жри и на Катьку влюбленно поглядывай. Это не вредность, а курорт какой-то.
Ромчик хмыкнул:
– А ежли ваш муж мне рожу набьет? Кто за это будет отвечать материально?
– Вот когда набьет, тогда и заплатим, – сказала я.
– Э-э нет, я так не согласновый. Доплачивайте двести баксов за вредность.
Катерина наконец тоже разозлилась:
– Двести баксов? Да я себе за эти деньги такое платье куплю, что мне никакой Тарзан для украшения не понадобится. Или вообще в Египет поеду. Буду на пирамиды любоваться, и пошли вы все вместе со своими студентками!
Короче, Ромчику не повезло. Он пытался демпинговать: «Сто пятьдесят накиньте! Сто!», пока мы его выталкивали за дверь, но Катерина была непреклонна. За эти несколько минут она вдруг осознала, как нелепы и смешны эти ее попытки произвести впечатление на бывшего. И бывший смешон. И вечеринка дурацкая. И жить надо дальше, а не оглядываться все время назад, стараясь понравиться тому, кто тебе самой уже давно разонравился.
«Зря я все это затеяла, – вздохнула она, очистив помещение от алчного стриптизера. – Где мои мозги были?» А мне понравилось. Как ни крути, но выбирать мужчину для эскорта гораздо интереснее, чем выбирать сало на Бессарабском.