По крайней мере, так деятельность исполнительной власти выглядит в телевизоре. Прошедшая неделя предоставила тому массу примеров. Совершенно невозможно продолжать молчать по данному поводу!
«Парламентский час» неделю назад демонстрирует сюжет о том, что выплаты отдельным группам врачей создают социальную напряженность в медицинской среде. Вот только этого не хватало, вдобавок ко всем прочим проблемам здравоохранения. Этак скоро хирурги будут отправлять человека с приступом аппендицита к терапевтам – потому что тем доплачивают. А в ПЧ – интервью с Олегом Морозовым (депутатом, не министром), который доходчиво объяснил, что нацпроекты рассчитаны не на один год, что остальным медикам тоже зарплату повысят, но не в варианте доплат, а тарифами, еще как-то. И вообще, цитируя: «Хотя сейчас это не видно нашим гражданам, они не для того, чтобы решить частную задачу, – повысить зарплату медикам или учителям». А затем, чтобы серьезно и основательно реформировать отрасли.
То есть выяснилось, в чем специализация российского народа: он лучше всех на свете делает нефть, газ и уголь!
Вот почему о том, что решается не частная задача, а какая-то иная, узнать можно было, лишь случайно увидев в воскресенье «Парламентский час» с О. Морозовым? Речь же о том самом населении, для которого все делается, отдельные группы которого уже заводят разговор о социальном неравенстве. Оно что, население, смотрит по субботам в 13.15 «Парламентский час»? Причем ведь речь о проекте, связанном с г-ном Зурабовым. Зурабову что же, истории с монетизацией было мало? Она же и возникла оттого, что никто не мог понять, что, собственно, предполагается делать…
На следующий день в «Клубе сенаторов» обсуждается энергетическая стратегия страны и выясняется вообще сенсационная штука. Согласно словам сенатора М. Одинцова (председатель, между прочим, Комиссии по естественным монополиям) только теперь в нашей экономике все пойдет путем. Вот почему: «Мы отказались наконец-то от того, чтобы удивить весь мир новым автомобилем и телевизором. Надо заниматься тем делом, которое мы делаем лучше всех». То есть выяснилось, в чем специализация российского народа: он лучше всех на свете делает нефть, газ и уголь! Весьма интересно, распространено ли это мнение только среди сенаторов или же к нему склоняется и исполнительная власть? А как узнать?
Позавчера был еще один «Клуб сенаторов». Там уже сенатор Германенко рассуждал о блистательном будущем ЕврАзЭС, жалуясь на то, что в исполнительной власти нет решительно никакой «поддержки укреплению межгосударственных связей». Ибо МЭРТ думает только о том, как вступить в ВТО, и никто не озабочен тем, чтобы укреплять сотрудничество на постсоветском пространстве. А ВТО – что ВТО? Сплошное разорение, там уже повсюду китайцы. И не оправдаться тут ни МЭРТу, ни кабмину в целом. Потому что отсутствует, у исполнительной власти совершенно отсутствует инструмент, который дал бы ей возможность излагать свои идеи и мнения.
Вопрос публичного взаимодействия ветвей власти тоже любопытен. Скучный он, но интересный. Там бывают даже высокохудожественные варианты. Например, неделю назад «Россия» в вечернем выпуске Вестей» дважды дала один и тот же диалог Фурсенко и Путина – про то, кто именно урезал доплаты некоторым группам учителей. Реально, на бис: в общеполитическом блоке и в самом конце выпуска, на десерт. Видимо, только так можно было хоть отчасти обратить внимание на деятельность отдельных министерств. Там, к слову, было неясно, кто именно срезал доплаты: Дума, Министерство образования? Вот Фурсенко дважды и мыкался, совершенно не вселяя в телезрителей оптимизм по части вменяемости исполнительной власти.
И только позже, и только в газетах можно было узнать, в чем же там было дело (причем расследованием озаботились думцы, не министерские). Выяснилось, что все это урезание провел вовсе не Фурсенко, а Минфин в лице милейшей Т. Голиковой. Опять интрига: Фурсенко был не в курсе? Или он принципиально вел себя, как партизан на допросе?
Министр Яковлев |
В среду Госдума изучала проблему жилья, с приглашением министров. Как водится, молодые люди, отчего-то оказавшиеся на галерке (типа на экскурсию пришли), спрашивают, пользуясь случаем, как там дела с доступностью жилья для молодежи. Министр Яковлев тут же рапортует, что для них в проекте по жилью предусмотрена куча всего, так что государство заплатит за них 40% от первого взноса. Прелестно, но, видимо, в проекте все это уже было нарисовано, только за все предыдущее время об этом факте никто не узнал. И только когда в Думе одновременно оказались министр Яковлев, группа молодежи и телеоператор – наступила ясность по данному пункту. Да еще и при монтаже сюжета этот кусок не выкинули. Редчайшее стечение обстоятельств.
В эту же среду, в том же выпуске «Времени» – сюжет о том, что на общероссийском форуме обсуждался вопрос об участии благотворительных организаций в реализации нацпроектов. Синхрон Д. Медведева, говорящего о том, что в России живут щедрые люди, – все это славно, но речь не о щедрых людях, а о сюжете. Сюжет короткий и смысл его оказывается ровно таким, что благотворительность совершенно необходима для реализации нацпроектов. Как это понимать? Дела с нацпроектами настолько плохи, что без благотворительности ничего не выйдет? Какой еще вывод может быть сделан из данного сюжета? Опять же, следует ли из этого факта некомпетентность кабмина? Там же проекты обсчитывались, что же, в них эта благотворительность закладывалась изначально? Причем Медведев курирует нацпроекты в правительстве, а тут – как бы в обход исполнительной власти – обращается к имущим слоям населения. Что такое?
Вообще-то излагать свои идеи министрам действительно негде. У Совфеда есть «Клуб сенаторов», у Думы – «Парламентский час». Что они со всем этим делают – другая история, но что есть у кабинета министров? Минимум протокольных сюжетов в новостях и редкие обсуждения во «Временах» – вчера, например, про доступное жилье перетерли. С В. Яковлевым, которого конкретно заклевали, не прилагая к тому особых усилий. Совершенно некуда им, министрам, выйти, чтобы спокойно поговорить. Может, кабмину нужна телепрограмма, как у думцев и сенаторов? Хотя... если представить себе, что они из такой программы сделают – при их-то открытости и общительности, – то, может, лучше и не надо. Уж так, как-нибудь. Как всегда.