24 сентября 2024 года Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону приговорил к 24 и 25 годам колонии членов банды Басаева Нажмудина Дудиева и Ибрагима Донашева по уголовному делу о теракте в Чечне в 2005 году, в котором 15 человек погибли и 36 пострадали.
Суды над бывшими членами банды Басаева проходят в Ростове постоянно. Преступления эти не имеют срока давности, а подавляющему большинству граждан России не нужно объяснять, кто такой был Шамиль Басаев. Хотя бы из-за Беслана, хотя по совокупности «заслуг» этот персонаж был одним из главных личных врагов России за последние 30 лет, наряду с другими террористами – Дудаевым, Масхадовым, Хаттабом и Ачемезом Гочияевым (организатор и исполнитель взрывов домов в Москве). И уж точно самым из них кровавым.
На этом фоне знаковым выглядит скандал, возникший в Абхазии. В Государственном музее страны в Сухуме обнаружен стенд-экспозиция с фотографиями пяти лиц, удостоенных звания Героя Абхазии. Всего высшей награды Республики Абхазия с момента ее учреждения в декабре 1992 года было удостоено более 360 человек, многие посмертно. Но на стенд музея, который активно посещают российские туристы, попали только Мухаммед Килба, Джамал Чирикбая, Ибрагим Яганов*, Хамзат Ханкаров и – на почетном месте в центре – Шамиль Басаев.
Комбат Джамал (Джума) Чирикбая – один из героев Отечественной войны в Абхазии 1992-1993 годов, командовал 1-м батальоном и трагически погиб в 1999 году. Уроженец Карачаево-Черкессии Мухаммед Килба – кадровый советский офицер, получивший в Афганистане два ордена Красной Звезды. В 1992-1993 годах он командовал гумистинским фронтом и служил заместителем министра обороны Абхазии. После войны был советником главы КЧР и некоторое время главой Совета безопасности Абхазии. А вот к остальным троим есть, мягко говоря, вопросы.
Проще всего с Хамзатом Ханкаровым. Этот деятель был одним из главных активистов чеченского сепаратизма в начале 1990-х годов. Пользовался особым доверием Джохара Дудаева. Когда клика Дудаева воспользовалась кризисом в Абхазии для обкатки в реальной войне своей сепаратистской «армии», именно Ханкаров был назначен командиром чеченского отряда сил Конфедерации горских народов Кавказа (КГНК). Так тогда называли отряды добровольцев с Северного Кавказа, которые прибывали помочь абхазам.
В массе своей это движение было стихийным и благородным, но именно в Грозном тогда решили использовать ситуацию в собственных целях. Задачей Дудаева было показать войну как можно большему числу чеченцев, чтобы они получили боевой опыт за счет страданий малочисленных абхазов. Чеченцы приезжали в отряд на два-три месяца, после чего их сменяла следующая партия. Командовал отрядом Хамзат Ханкаров. Через год, в 1994 году, он был убит в Грозном в ходе межчеченских разборок.
Уроженец Кабардино-Балкарии Ибрагим Яганов после войны в Абхазии сперва занялся разведением лошадей. Но его не отпускала идея создания «Черкесского государства». В результате Яганов быстро превратился в русофоба, стал популяризировать идеи «геноцида черкесов» Российской империей, суда над русскими и тому подобное.
Весной 2022 года он принялся призывать адыгов и черкесов отказываться участвовать в СВО и стал выступать с провокационными заявлениями в западных СМИ. В результате в январе 2023 года был признан иноагентом, а МВД КБР объявило Яганова в розыск. Правда, к этому времени он уже покинул территорию России. Кстати, именно Яганов до сих пор публично гордится своим близким знакомством с Шамилем Басаевым и считает его «героем борьбы с Россией».
Сам Басаев в особых представлениях не нуждается. Единственное, что в данном случае можно добавить – его роль в войне в Абхазии сильно преувеличена им самим же.
Щуплый чеченский мальчик был назначен замкомандира силами КГНК, а затем и замминистра обороны Абхазии, но выполнял он в основном функции коммерсанта и снабженца. Дудаев поставил его координировать поставки оружия.
В тех же случаях, когда Басаев и его люди непосредственно участвовали в боях, к ним возникало много претензий. Они опаздывали на точки сбора или просто отказывались идти на те участки, где было опасно. «Я своих людей на убой не пошлю», – говорил Басаев, и в результате гибли абхазы, осетины, кабардинцы и русские.
Все это вызвало неприязнь к Басаеву со стороны рядовых бойцов абхазской армии и их командиров. Но он раньше многих понял важность пиара и постепенно перетянул на себя медийные лавры. В целом же чеченские отряды – и Ханкарова, и Басаева – какой-то особо важной роли в реальной войне не играли.
Появление в Госмузее в Сухуме такого стенда закономерно вызвало оторопь. Особенно российские комментаторы подчеркивают, что здание Госмузея на улице Леона было целиком восстановлено за счет Российской Федерации. А помимо денег в работе музея активно принимали участие российские специалисты. И все это еще в контексте ряда сложностей и недопонимания, которые сложились вокруг российско-абхазских отношений в последние месяцы.
Проще всего сейчас обвинить абхазов в неуважении к России. Но это означает игнорировать некоторые абхазские реалии.
В сухумском Госмузее (бывшем краеведческом) нет постоянной экспозиции, посвященной войне 1992-1993 годов. Для этого в Гудауте есть специальный Государственный музей отечественной войны народа Абхазии имени генерала Сергея Дбара. Там нет ни малейшего упоминания о Басаеве, как и о прочих сомнительных личностях (на архивных фотографиях есть Яганов, но тут уже из песни слов не выкинешь). Еще в Сухуме есть Музей боевой славы имени Владислава Ардзинбы, открытый в 2014 году, но с весьма специфической экспозицией.
Госмузей – это классический историко-краеведческий музей. Его директор Аркадий Джопуа – интеллигент советской закалки, ученый-археолог. Остается гадать, как он мог пропустить такую эмоциональную и политическую бестактность по отношению к России. По словам представителей музея, фото Басаева висит в зале современной истории с момента его открытия после ремонта, с 2012 года.
Главная проблема здесь не в российско-абхазских отношениях, а в некоторых элементах внутриабхазского самосознания.
Значительная часть абхазского общества в контексте постсоветских событий помнит только саму войну 1992-1993 годов, да и то порой в мифологизированном виде. Дальнейшая жизнь и деятельность ее участников для них не существует. В силу замкнутости республики на собственных проблемах многим даже образованным представителям местной элиты сложно видеть мир за пределами узких интересов их страны, истории и культуры. Мир начинается на Псоу и заканчивается на Ингури.
Так устроено самосознание изолированного военизированного патриархального общества, которым до сих пор является Абхазия. Это, кстати, основная причина и большинства бесконечных внутренних конфликтов, которые тормозят и экономическое, и социально-политическое развитие этой страны.
Судя по всему, те, кто готовил этот стенд, просто представить себе не могли, что фотография Басаева и других деятелей подобного рода может кого-то в России оскорбить и возмутить. Скорее, перед нами наивность, можно сказать, даже детская – но потому в какой-то мере простительная. Тут их скорее пожалеть стоит, а не обижаться.
И справедливости ради – уже во вторник выставка была закрыта для посещения. Это произошло после вмешательства российского посольства, будем надеяться, что организаторы теперь в полной мере поняли всю чудовищность присутствия портрета Басаева на выставке героев Абхазии.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом