Заявления от МИД РФ по поводу Украины обычно касаются СВО, переговорной тематики во всем ее многообразии, зерновой сделки (упокой ее Господь). Однако в этот раз Сергей Лавров затронул тему, о которой многие забыли – правах и возможностях русских на Украине.
«Почему бы западным импресарио не попросить его [Зеленского – прим. ВЗГЛЯД] публично предъявить мировой общественности еще одну “формулу" о том, как нынешний Киев видит положение русских и других нацменьшинств в своей стране после “перемоги”».
Сегодня или после «перемоги» – не так уж важно, поскольку париями, людьми вне закона этнические русские люди являются на Украине уже сейчас. Даже если сами не осознают этого, отказываются признавать. Даже если лояльны режиму, служат в рядах ВСУ и идеологически благонадежны.
Тише будь
«У нас не говорят на русском» – такое предупреждение встречает посетителей одного из кафе в Ворохте (горный и горнолыжный курорт в Ивано-Франковской области). Автор русскоязычного паблика, популяризирующего путешествия и отдых на Украине, отмечает, что не стал испытывать судьбу и обращаться к персоналу по-русски. Хотя формально такое право за ним сохраняется: «Если ты украинец, учись разговаривать по-украински», – говорится все в том же объявлении. А если не украинец, можно не учиться? Или тоже нет?
Еще во времена Порошенко русский язык на Украине со скандалом изгнали из сферы обслуживания и бизнеса в целом. Закон прямо запрещает работнику обращаться к клиенту на русском языке. Да, есть нюансы: можно перейти по просьбе клиента, но многие и этого избегают, боясь подстав и штрафов. Ведь вместе с законом учредили и службу так называемого языкового омбудсмена («шпрехенфюрера»). Основная задача которого – следить за соблюдением этого закона и реагировать на все сигналы о его нарушении.
Но тут-то дело другое. Запрещает уже не закон, а владелец кафе. Такому же гражданину Украины, только иноязычному. И случай совсем не одинокий, их все больше.
Помните сакраментальное: «Кто вам не дает говорить по-русски?», родившееся еще на Евромайдане? Эти кривляния, показательные дни русского языка во Львове, медоточивые речи Порошенко и раннего Зеленского во время избирательной кампании («ну вот же, видите, я говорю сейчас на русском»). В целом вся постмайданная риторика сводилась к одному. Да, мы будем насаждать украинский всеми способами, но в быту общайтесь как хотите.
Все, кончилось «как хотите». И десяти лет не прошло.
На этом фоне даже как-то неловко вспоминать о школьном обучении на русском языке. Из кабака выгнать могут за беседу на русском, на рынке продукты продавать отказываются. Какое уж тут обучение?
Но пройдемся пунктиром. 2013/14 учебный год. На Украине еще насчитывается 1275 школ с русским языком (более 703 тыс. учеников). К 1 сентября 2014 года их останется только 621 (356 тыс. учеников). Почему? Школы и ученики остались в Крыму и ЛДНР. А это, в свою очередь, говорит о том, что даже в то время русский язык в школе оставался в основном лишь в нескольких областях Юго-Востока. Это количество сокращалось, но даже в 2019/20 учебном году на русском проходили обучение более 280 тыс. школьников в 125 школах.
Для сравнения: в 2022/23 учебном году (завершился в мае-июне) на Украине насчитывалось 1362 ученика, которых учили на русском. Школы с русским языком преподавания остались только в трех областях (Днепропетровская, Харьковская, Одесская). Чуть больше (3950 учеников в 29 школах) изучали русский язык как отдельный предмет. В ближайшие пару лет преподавание русского и преподавание на русском исчезнут. Это очевидно, а бороться явно бессмысленно.
Ну а если не за госсчет, а частным порядком? Примерно так, как это работает в Грузии, где в частных школах есть русские классы? Нет. Даже за свой счет и в частных школах такой финт на Украине теперь не пройдет.
Культурка и медиаконтент
Еще до начала СВО на Украине действовали квоты на русский язык в теле- и аудиоэфире, постепенно вытеснившие его напрочь. Теперь он присутствует там лишь в одном виде – украинской пропаганды для Крыма и Донбасса. Прокат фильмов, дублированных на русский, запретили еще в конце 2000-х. Концерты артистов и певцов? В последние годы они стали редкостью, многие заявленные концерты срывались. Без проблем мог выступить на русском разве что гражданин Украины. Либо Жванецкий, пока был жив.
Вопрос с книгами неоднозначен. Формально русских книг нет. Те немногие украинские издательства, что печатали на русском, перестали это делать после начала СВО. Импорт жестко сократили при Порошенко, введя свой аналог Codex librorum prohibitorum. При Зеленском (2021) легального импорта не стало в принципе, но еще была контрабанда. Теперь нет и ее.
Могут сказать: «Да и ладно, сейчас ведь есть интернет. Не можешь купить – скачай». Интернет есть, но есть и блокировка российских ресурсов. В особенности если они созданы как проект Минкульта РФ.
Короче говоря, путь русского на Украине – это путь пиратства. А если он к тому же намерен еще и реализовывать свое право доступа в интернет (ООН в 2011 году признала его одним из базовых прав человека), то ему придется еще и освоить VPN.
Несвобода вероисповедания
Вопросы религии и веры могут быть близки или нет. Но право на свободу вероисповедания – одно из прав человека. И с этим на Украине есть проблемы.
Несмотря на то, что церковь отделена от государства, последнее (в лице тогдашнего президента Украины Порошенко) инициировало и реализовало процесс подчинения УПЦ Вселенскому патриархату. С последующим слиянием с раскольничьей и не признанной остальным православным миром «УПЦ КП». Для несведущих в церковных вопросах. Это примерно как если бы глава управляющей компании подселила вам в квартиру своего сына-наркомана. Попутно переоформив вашу квартиру на него.
До этого момента украинское государство наблюдало и молчаливо одобряло захваты храмов. Затем Порошенко решил этот процесс ускорить и возглавить. Ну а продолжил его дело Зеленский, при котором УПЦ, вероятнее всего, потеряет обе своих главных святыни – Киево-Печерскую и Почаевскую лавры. А также сотни менее известных, но не менее значимых для верующих церквей.
Одновременно с этим развернуты репрессии как против рядовых верующих, участвовавших в крестных ходах и молитвенных стояниях, так и против высшего духовенства. Настоятель Киево-Печерской лавры Павел с середины июля находится в СИЗО. Официально – по подозрению в подрывной деятельности против Украины. Неофициально – за отказ перейти и содействовать переходу под начало ПЦУ братии монастыря. Такой переход значительно упростил бы Зеленскому разгром УПЦ.
Не все русские верующие и не все из верующих православные. Тем не менее фраза «русская вера» (как синоним православия) возникла не на пустом месте. Поэтому попытки уничтожить УПЦ – это ущемление религиозных прав русских на Украине.
Между ассимиляцией и геноцидом
Подводя итог. Сегодня русские на Украине поражены практически во всех базовых правах человека. Им все сложнее исповедовать свою веру в соответствии с ее канонами. Они не могут учить своих детей на родном языке – что формально гарантирует не только конституция Украины, но и ратифицированная Украиной Европейская языковая хартия. Нельзя даже самоорганизоваться для такого обучения.
Подозрение в нелояльности режиму или донос могут лишить русских работы, свободы, здоровья и жизни – СБУ штампует дела сотнями. Даже личное общение на русском оборачивается проблемами. Вернее, так было всегда, даже в советское время. Но тогда и вплоть до последнего времени никто это не декларировал открыто. Теперь декларируют, ведь государство никак этому не препятствует. А негласно – поощряет.
В таких тяжелых условиях людей всегда выручали культура и вера. О вере сказано выше, а русскоязычное культурное пространство на Украине перестало существовать еще до СВО. Библиотеки утилизируют книги на русском, а на школах висят плакаты «Роcійську культуру – на макулатуру» – это ведь не российская пропаганда их туда повесила?
Впрочем, взамен всего этого Украина милостиво предоставляет русским право на ассимиляцию. Или обязанность?
Поэтому глава МИД России сто раз прав, поднимая вопрос гарантий базовых прав русских на Украине. Украина, разумеется, подсуетится и снимет десяток роликов из русской Одессы, русского Днепропетровска, русского Харькова о том, что никто здесь права русских не ущемляет, защищать их не нужно, мы вас не звали. Но правоты Лаврова эти ролики не перебьют. Русские на Украине, по сути, уже низведены до положения евреев в Германии во второй четверти XX века. Спорить можно лишь о том, какой год там у них на календаре: 1928-й, 1933-й?
Что-то уже закреплено в законе. Что-то пока существует на уровне общественного консенсуса. Кто-то из русских понимает, к чему все идет. Кто-то считает, что можно быть «полезным русским» – и удастся пропетлять.
Однако перед нами, по сути, одна из основных причин начала спецоперации на Украине. Геноцид киевским режимом русского населения. Оставить его, как оказалось, в итоге можно только прямыми военными методами.