Публичные призывы иностранных спецслужб к гражданам России к предательству – нечто ранее невиданное. Скорее всего эта вакханалия стала результатом очередного неверного понимания Западом происходящего в российском обществе.
Расчет на «пятую колонну»
В западных разведках действительно считают, что «пятая колонна» в российском обществе сейчас как-то особенно сильна и только и ждет каким-то способом помочь коллективному Западу. Причем по идеологическим причинам. Почему у них сложилось такое впечатление – тоже понятно. Это результат упрощения работы западных экспертов и чрезмерной индоктринации аналитической работы. В ЦРУ и МИ6 искренне полагают, что все прогрессивное человечество стремится к либеральной системе ценностей, и подгоняют фактуру под эту позицию вне зависимости от реалий конкретной страны.
Западные разведки много лет считают важными экспертами по России беженцев и словесно агрессивных эмигрантов из РФ, которые сильно преувеличивают свою роль и влияние в российском обществе. А если долго слушать каких-нибудь участников сборищ в Вильнюсе и Варшаве, то можно и поверить в то, что достаточно записать колоритный ролик – и предатели валом повалят на связь с ЦРУ и МИ6.
Предатели всех времен всегда трепетно относятся к тому, как называется то, что они предали. На уровне бытовой психологии это звучит так: ни один предатель никогда публично не признавался в каких-либо обыкновенных (низменных) причинах работы в пользу чужих спецслужб. Что ему просто хотелось денег, славы или что его просто шантажировали. В советское время все до единого публично утверждали, что боролись с тоталитарным режимом. Вот и сейчас западная пропаганда оформляет призывы к предательству в обертку «борьбы за правильную Россию».
Но это – идеология. Практическая же составляющая всех этих обращений к российским гражданам ничтожна. Дело в том, что главы ЦРУ и МИ6 Бернс и Мур – хорошие профессионалы. Они понимают, что: 1) информации мало не бывает; 2) необходима информация высшего приоритета, а не мусор. Призывы западных разведок к предательству обращены не к дяде Васе и тете Поле, а к носителям важной информации и потенциальным агентам влияния.
В частных разговорах люди, знакомые, например, с Бернсом, рассказывают, что в ЦРУ сильно сокрушаются по поводу того, что у США практически отсутствуют перебежчики высокого ранга или просто представители знаковых позиций в российском истеблишменте.
Это предмет постоянных обсуждений внутри западных разведслужб. При этом ролик ЦРУ был ориентирован на сотрудников российских спецслужб среднего командного звена, а обращение Мура ориентировано (читается между строк) на российских дипломатов.
Могут возразить – а как же многочисленные случаи задержаний в России диверсантов, явных агентов иностранных спецслужб. Например, поджигателей военкоматов или релейных шкафов на железной дороге?
Однако массовое использование украинскими спецслужбами интернет-вербовки подростков, женщин и пенсионеров – это совсем не то, о чем говорят Бернс и Мур. Идиотские попытки поджога военкоматов и получение политической или военной информации стратегического характера из высших эшелонов власти – принципиально разные сюжеты и методы. Призывы ЦРУ и МИ6 обращены к другой аудитории, нежели субъекты украинской интернет-вербовки. И в общении с этой аудиторией используются другие методы и схемы. И они в 99% случаев «дедовские», проверенные десятилетиями.
Контрразведка создала заслон
ЦРУ и МИ6 давно объявили о введении так называемых московских правил для пока еще оставшихся в российской столице западных дипломатов и аффилированных с ними сотрудников разведки. Сокращение резидентур до минимума привело западные разведки к потере контроля над уже существовавшей агентурной сетью, а вербовка кого-то нового стала просто невозможной.
В таких условиях одной из возможностей для западных разведок в России стала работа с потенциальными «инициативниками».
Это те люди, которые точно знают, на что идут (на длительный срок заключения) и обладают достаточными умениями, чтобы создать в современной Москве систему агентурной связи. Возможно, были попытки переориентироваться на контакты в Подмосковье или в соседних областях, что вызвало зеркальный ответ: недавнее ограничение для британских и американских дипломатов передвигаться за пределы МКАД без предварительного уведомления.
Грубо говоря, благодаря российской контрразведке ЦРУ и МИ6 потеряли возможность находить себе в России источники информации (агентуру, информаторов, предателей, называйте как хотите) по своему выбору. А для такого поиска информаторов всегда требуется работа целой команды, которая изучает и потенциальный объект вербовки, его окружение, прошлое и настоящее. В результате и появились обращения западных разведок к потенциальным российским «инициативникам», которые по этой логике должны сами выйти на западную разведку, а уж дальше как звезды сложатся. Иначе говоря, сам факт этих обращений означает, что западные разведки в работе против России дошли до последних резервов, до крайностей.
Как работать с нашими информаторами на Западе
Может ли эта схема быть отзеркалена? Что если Россия сама начнет такую вербовку агентов на Западе, в том числе подобными способами?
В западных обществах безусловно есть социальный и\или идеологический слой, сочувствующий России. Многие из таких сочувствующих России чувствуют себя потерянными и одинокими, а взгляды других считаются в западном мире маргинальными. Им нужна наша поддержка. Но с такими людьми требуется работа не столько разведслужб, сколько дипломатов – на уровне пропаганды «Русского мира» и достижений России.
Насколько эти люди важны именно как инструмент разведки – вопрос спорный. Массовость – не главное достижение разведывательной деятельности, а скорее ее негативная сторона. Требуются слишком большие ресурсы, чтобы устраивать какие-то массовые акты вербовки всех, кто в интернете выступает против известных перекосов развития западного общества. Можно утонуть в потоке мусорной информации. Делом же первостепенной важности было и остается получение стратегически важных данных классическими методами вербовки, используя проверенные десятилетиями способы.
И еще один «зеркальный» момент. Если ЦРУ и МИ6 полагают, что в результате своих обращений к ним придут российские «инициативники», то кто гарантирует, что они настоящие? Каждого из них придется проверять сильнее, чем это было ранее, и это займет колоссальное количество времени и ресурсов. Есть ли смысл в подобной стратегии? Можно и дезинформацию получить, можно закопаться в выяснениях и разрушить собственные сети и методы. А можно и реального «инициативника» профукать. Разведка – игра всегда многоуровневая.