Сегодня Африка – это 30% мировых запасов различных видов полезных ископаемых, 8% запасов газа и 12% запасов нефти, а также 40% золота и до 90% хрома и платины. Крупнейшие запасы марганца, бокситов, кобальта, циркония, алмазов, урана, титана, никеля и вольфрама тоже сосредоточены в Африке.
Кроме того, Африка – это стратегически важные торговые маршруты, связывающие Европу и Азию. Особую ценность здесь представляет Баб-ль-Мандебский пролив (второй по объему трафика мореходный участок на планете), мыс Доброй Надежды (интересен экспортерам и транзитерам нефти), различные острова и архипелаги, а также Суэцкий канал.
Все большее значение в регионе приобретает климатическая повестка и морально-этические вопросы, связанные с деколонизацией и борьбой с расизмом. Иными словами, Африка – это гигантская площадка противостояния великих держав. И хотя Россия здесь придерживается принципа «африканским проблемам – африканские решения», действия других внешних акторов по-прежнему подрывают субъектность местных государств.
США и Британия
В XXI веке США изменили свой военный подход к Африке. Если в предыдущем столетии страны региона входили в зоны ответственности нескольких военных командований, то с 2008 года в Вашингтоне приняли решение создать Африканское командование вооруженных сил США (USAFRICOM или AFRICOM).
Крупнейшей базой США в регионе является Кэмп-Лемонье в Джибути (эта страна – рай для шпионов, где переплетаются интересы десятка держав; на ее территории расположены военные объекты и базы США, Франции, Китая, Японии и даже Италии с Саудовской Аравией). Джибути – наиболее удобный плацдарм для контроля ситуации в упомянутом выше Баб-эль-Мандебском проливе, а также для борьбы с пиратами.
Помимо этого, США располагают военными объектами в Буркина-Фасо (в интересах ВВС США), Камеруне (резервная база), Кении (подготовка военные медиков), Нигере (плацдарм для контроля ситуации в странах южнее Сахары, также используется в интересах ВВС США), на Сейшелах (контроль силами ВВС США акватории от Восточной Африки вплоть до Индостана), в Сомали (в интересах ССО США) и Чаде (база авиаразведки). Еще в 19 странах Африки США хранят запасы топлива и обсуживают авиацию.
На этом фоне присутствие Британии выглядит более скромным. Так, в Кении у Лондона есть учебный военный центр, который позволяет Минобороны готовить солдат и тестировать технику в условиях экваториального климата. Также Британия располагает авиаобъектами в Кении и постепенно модернизирует интересующую ее инфраструктуру.
Франция
Если для Вашингтона и Лондона Африка не является сверхприоритетным направлением работы, то для Парижа ситуация выглядит иначе. Некогда Франция владела гигантскими колониями в Африке, но во второй половине ХХ века «все нажитое непосильным трудом» было утрачено в ходе борьбы местных народов за независимость.
Несмотря на это, Париж до сих пор пытается реализовать свою африканскую политику с позиции силы. Франция постоянно участвует в различных антитеррористических операциях («Бархан», «Серваль), координирует военные и гражданские миссии ЕС, хотя их эффективность с каждым годом снижается. По этой причине ряд стран Центральной и Западной Африки все чаще обращается за помощью к России, тем самым унижая Францию. Самые яркие примеры – Мали и ЦАР.
Китай
Пекин является ключевым торговым партнером для африканских стран. Так, торговый оборот в 2021 году составил 254 млрд долларов (вдвое больше, чем десятилетием ранее), а инвестиции Китая составляют примерно 50 млрд долларов. Китай регулярно проводит саммиты с африканскими странами, где подписываются многомиллиардные экономические соглашения.
Помимо этого, Китай реализует массу гуманитарных проектов, обучает студентов в институтах Конфуция (61 учебное заведение на 54 страны) и решает множество вопросов в области инфраструктуры, медицины и продовольствия. Наращивает Китай и силовое присутствие – причем не только с целью защиты своих инвестиций и персонала (по разным данным, в Африке работают от 1 до 2 млн китайцев).
Например, первая зарубежная военная база у КНР появилась именно в Африке, в Джибути. Также Пекин концентрирует свои усилия по линии миротворческих миссий ООН. И как правило, районы проведения операций совпадают с районами китайских бизнес-интересов. Сюда же можно отнести растущую роль китайских ЧВК (например, DeWe Security Service Group) и бурный рост присутствия Пекина на африканском оружейном рынке (доля – около 20%). В дальнейшем все эти тренды – военные, политические, культурные – будут лишь усиливаться.
Россия
Военно-техническое сотрудничество – одна из базовых составляющих взаимодействия России со странами Африки. В настоящее время различные соглашения по этому профилю действуют с более 30 государствами, причем они касаются даже таких вопросов, как сеть сервисно-технических центров, которые развернуты в регионе силами Рособоронэкспорта.
Однако военное и военно-техническое сотрудничество Москва рассматривает не как основной инструмент своей политики в Африке (в отличие от Парижа, сделавшего ставку на силу), а как предпосылку для расширения экономических, научных и культурных связей.
Если говорить о торговом обороте между Россией и странами Африки, то он демонстрирует устойчивый рост.
«Хотел бы с удовлетворением отметить, что товарооборот России со странами Африки в 2022 году увеличился и достиг почти 18 млрд долларов. Однако все мы хорошо понимаем, что потенциал нашего торгово-экономического партнерства гораздо выше», – отмечал в этой связи президент Владимир Путин в своей недавней статье, приуроченной к саммиту в Петербурге.
Российские компании постепенно наращивают свое влияние в Африке. Их можно разделить на три группы. Первая – это экспортеры удобрений, зерна, металлургии и оружия. Вторая – инвесторы, которые активно вкладываются в геологическую разработку и добычу нефти, газа, урана, бокситов, алмазов, железной руды и других минералов. Третья – высокотехнологичные, финансово-технические и медицинские компании. При этом Африка является растущим рынком ввиду быстрых темпов прироста населения, что важно для интересов Москвы.
Кроме того, Россия продолжает советскую традицию подготовки кадров. На сегодняшний день в нашей стране учится порядка 35 тыс. студентов с континента. Что касается вопросов культуры, то в прошлом году были открыты новые Русские дома в Судане, Мали, Египте и Алжире. Также к открытию готовится Русский дом в Анголе.
Создание оазисов
Однако, как считают эксперты, в условиях глобального противостояния великих держав потенциал России в сотрудничестве с Африкой требует скорейшей реализации. Для этого необходимо активнее наращивать торгово-экономические и гуманитарные связи. Отдельного внимания заслуживает и подготовка в России кадров, занимающихся работой с континентом.
Важно повышать информированность российских бизнесменов о странах, где они собираются заниматься предпринимательской деятельностью. Владение законодательной базой, а также политическими и этно-религиозными особенностями (вплоть до уровня традиций местных общин) значительно упростит ведение бизнеса в любой африканской стране.
Еще одной визитной карточкой российского бизнеса может стать развитие социальной инфраструктуры вокруг предприятий и превращение их в некие оазисы.
Сюда можно отнести создание рабочих мест в смежных отраслях экономики, содействие строительству дорог, школ (с обязательным изучением русского языка и литературы), больниц и внедрение российских цифровых сервисов.
«Россия в Африке имеет достаточно большие перспективы в области образования. Мы ведем подготовку иностранных студентов, в том числе в двух ведущих государственных вузах – МГУ и РУДН. Также ведутся переговоры с университетами стран континента о реализации наших учебных программ», – сказал директор Института стран Азии и Африки МГУ имени М. В. Ломоносова Алексей Маслов.
«Кроме того, мы предлагаем африканцам постколониальную повестку. Россия пытается содействовать тому, чтобы страны Африки стали полноценными политическими акторами, а не просто реципиентами помощи. В это же время наши конкуренты в лице США, Китая и ЕС стремятся эксплуатировать ресурсы стран континента», – отмечает он.
«В экономическом аспекте России нужно сосредоточиться на поставках сельскохозяйственной продукции и техники в регион. Континентальные страны являются крупнейшими импортерами товаров данного сектора экономики. Также нам следует развивать сотрудничество в сфере энергетики, в частности строить ГЭС и АЭС», – подчеркивает эксперт.
«В военной сфере мы стремимся к созданию военных баз в Африканском регионе, например, в районе Красного моря. Также Россия активно сотрудничает со странами континента в области кибербезопасности», – акцентирует собеседник.
«На континенте у нас есть три основных конкурента – США, Китай и ЕС.
КНР, например, сейчас активно инвестирует в государства Африки, в их порты и прилегающую инфраструктуру, а также наращивает торговый оборот. Зачастую сферы наших интересов разделены, но есть и страны, где мы соприкасаемся между собой», – поясняет собеседник.
«России важно не пытаться обогнать Китай и США. Сейчас это фактически невозможно. Однако нам нужно прочнее закрепляться на континенте. Мы должны продвигать постколониальную повестку как альтернативу нашим конкурентам. Кроме того, необходимо вводить на рынки региона новые компании, в частности средний бизнес», – полагает Маслов.
«Да, Россия сейчас активно сотрудничает со странами Африки в военно-технической сфере, например, с Мали и Центральноафриканской Республикой. Мы помогаем государствам, где правительства столкнулись с проблемами безопасности. В деле обеспечения порядка наши специалисты показали себя достаточно эффективно», – сказал военный переводчик, африканист Андрей Есипов.
«Наша страна может помочь Африке решить продовольственный кризис, обеспечив поставки сельскохозяйственной продукции на их рынки, а также нарастить поставки техники, включая КАМАЗы, которые хорошо подходят для местных природных условий», – добавил собеседник. «Но у других держав тоже сильные позиции в регионе. Китай активно инвестирует в Африку, строит там промышленные объекты.
Несмотря на то что Москва и Пекин не соперничают между собой, экономическая конкуренция на рынках континента возможна»,
– подчеркнул собеседник. «Особые позиции в своей бывшей колониальной империи занимает Франция. Язык экс-метрополии по-прежнему остается государственным во многих странах региона, существуют тесные экономические связи, есть даже валютная зависимость. На это накладывается и силовой фактор», – акцентирует эксперт.
«Поэтому России, чтобы увеличить свое влияние в Африке, необходимо следующее. Во-первых, нужно расширять программы обучения кадров из стран региона и сделать все для того, чтобы подготовленные в нашей стране кадры по возращении домой оставались лояльными России. Во-вторых, нужно активнее инвестировать в страны континента, потому что совместные проекты не только приносят прибыль, но и улучшают отношения между странами. И саммит в Петербурге должен интенсифицировать эту работу», – добавил Есипов.