21 июня стало известно, что все 27 стран ЕС согласились с предложением предоставить Украине статус кандидата на членство в ЕС. По информации Bloomberg, официально о соответствующем решении будет объявлено уже на текущей неделе.
При этом в ЕС не оговаривали условий, соблюдение которых Украиной позволит ей получить такой статус. Оно и понятно: политически и символически его нужно дать в формате «быстрей-быстрей, всё потом». Однако при этом в ЕС намекнули, что этот аванс может быть отозван. Украине придется выполнять требования европейских кураторов в отношении антикоррупционного законодательства, деолигархизации, судебной реформы и защиты прав меньшинств.
Поэтому неудивительно, что как раз накануне анонса кандидатства Верховная рада (ВР) Украины проголосовала за ратификацию Стамбульской конвенции. А 21 июня Владимир Зеленский оперативно подписал соответствующий закон.
Что за конвенция такая?
«Подписан. Закон о ратификации Стамбульской конвенции. Ее главный смысл прост, но чрезвычайно важен. Это обязательство защищать женщин от насилия и различных форм дискриминации», – говорится в инстаграм-аккаунте Зеленского. Стамбульская конвенция действительно в основном посвящена предупреждению случаев насилия над женщинами, в том числе бытового. Ее ратификация означает, что подписавшая страна обязывается криминализировать ряд преступлений (если до этого за них не было предусмотрено уголовного наказания): психологическое насилие, преследование, физическое и сексуальное насилие, принудительный брак, так называемое женское обрезание и т. п.
Несомненно, уголовное наказание за эти вещи выглядит само собой разумеющимся. Однако даже в ЕС есть страны, которые саботируют ратификацию Стамбульской конвенции. А Турция, которая первой ее подписала и ратифицировала, позднее изменила решение и вышла из конвенции. То же самое готовится сделать Польша.
Причина во всех случаях одна. Помимо защиты женщин от насилия, конвенция обязывает страну-подписанта через систему среднего образования прививать молодому поколению толерантность к нетождественности пола и гендера. Что противоречит традиционному представлению о том, что мужчина – это мужчина, а женщина – это женщина.
Ну то есть понятно. Сначала в ЕС говорят: «Шаги в направлении Евросоюза могут быть отменены, если основные условия больше не будут выполняться». И Украина тут же берется защищать права женщин. И меньшинств заодно. Есть, правда, один нюанс. Когда кандидатство превратится (и превратится ли) в полноценное членство – никто не знает. Разве что МИД Латвии робко выражает надежду, что это случится не позже 2050 года. А конвенцию выполнять нужно уже сейчас.
Как и у любого решения, у этого есть свои противники. На Украине основным коллективным оппонентом конвенции является Всеукраинский совет церквей и религиозных организаций (объединяет 16 основных религиозных организаций Украины: УПЦ, «ПЦУ», греко- и римско-католиков, мусульман, иудеев, а также ряд протестантских церквей). И до последнего времени им удавалось торпедировать попытки ратификации конвенции Верховной радой – Украина подписала этот документ еще в ноябре 2011 года.
За симпатии традиционалистов борется Юлия Тимошенко, которая собирается опротестовать ратификацию через Конституционный суд. Забавно, но по информации украинских СМИ, в 2019 году ее партия шла на парламентские выборы с программой, в которой говорилось о намерении поддержать ратификацию конвенции. Скорее всего, из затеи Тимошенко ничего не выйдет, хотя политических очков она себе на этой борьбе наберет.
Однако ее протест смазал советник Зеленского: Алексей Арестович засветился в скандале на ЛГБТ-тематике как раз на фоне ратификации конвенции.
«Я много раз говорил и не буду скрывать: к ЛГБТ я отношусь как к людям с девиациями, то есть с отклонениями от нормы поведения. В этом смысле я консерватор», – заявил этот эксперт по всем вопросам мироздания.
Началась перепалка. В ответ украинская ЛГБТ-организация Kyivpride потребовала от Зеленского уволить Арестовича. Тот ответил, что Kyivpride его преследуют и относятся к нему нетолерантно. Прикрепив к публикации кадр из фильма, где он играл женскую роль.
Это «ж-ж-ж-ж» – неспроста
Учитывая личность Арестовича и его роль при Зеленском (на него частично сбрасывается антирейтинг Зеленского), совершенно не стоит исключать возможности милого договорняка между ним и Kyivpride. Украинская власть по большей части состоит из совершенно отбитых персонажей, однако дураками их считать не следует. И одно дело, когда кто-то (та же Тимошенко) хайпует на теме конвенции, набирая себе очки. И другое, когда в этом хайпе она фактически солидаризируется с Арестовичем.
Впрочем, есть и другая версия. Журналисты издания «Страна.ua» заметили, что в офисе Зеленского обеспечили голосование по ратификации Стамбульской конвенции, но одновременно «прокатили» сдачу Генпрокуратурой контроля над САП (Специализированная антикоррупционная прокуратура). А ведь это как раз одно из уже упомянутых требований Еврокомиссии к украинской власти – за «морковку» кандидатского статуса.
Дальше еще интересней. Кроме конвенции и сдачи контроля за САП, Еврокомиссия просила принять закон о процедуре отбора судей Конституционного суда (того самого, что будет решать конституционность Стамбульской конвенции), а также завершения отбора кандидатов для создания Высшей квалификационной комиссии судей. Элементы судебной реформы, реализацию которой Киев максимально затягивает. Стоит нам отмотать календарь буквально на год назад, и мы увидим, что ровно с теми же требованиями к украинской власти осенью прошлого года обращался... Kyivpride.
Нет, не конкретно с этими, там целый пакет требований. Но в числе прочего Kyivpride агитировал украинскую власть активизировать судебную реформу. То есть то, о чем сегодня просит Еврокомиссия. Ну и попутно Kyivpride, конечно же, решал цеховые задачи, то есть пытался закрепить защиту прав ЛГБТ-сообщества, опираясь на поддержку Еврокомиссии.
Еврокомиссии нужно что-то от украинской власти – и ЛГБТ-сообществу нужно что-то от украинской власти. Объединяя усилия и требования, у них больше шанса достичь своих целей. Так это выглядит с изнанки. А с лицевой стороны – гуманизм и защита прав меньшинств.
Вполне возможно, что конфликт с Арестовичем как раз призван увести диалог от сущностного поля в символическое. Соберется партийное собрание, обсудит поведение провинившегося товарища, решительно его осудит; Зеленский влупит в инстаграм фоточку в радужных кроссовках. И получит время, чтобы выторговать за судебную реформу еще что-нибудь.
Чему нас это научило
Когда российская власть в очередной раз начинает гонять тапком иноагентов, запрещать «Мемориал» или Greenpeace, со стороны кажется, что она занимается какой-то мышиной возней. Устраивает тиранию ради тирании.
На самом деле проблема иноагентов не в том, что они оппозиционны власти. А в том, что являются проводниками чужой воли в обмен на поддержку их целей и интересов.
Ровно так же, как это работает у Еврокомиссии и Kyivpride. На этом примере мы четко видим приемы и методы размывания суверенитета и его сдачи по частям под контроль зарубежных кураторов. И как ловко это камуфлируется под защиту прав человека. Да и объединить в одной конвенции защиту женщин от насилия и пропихивание небинарности в учебный процесс тоже не дураки придумали.
Ну и, наконец, последний важный момент в этой истории: его помнят в Киеве и хорошо бы запомнить и нам. Конвенция – такая штука, что сегодня она есть, а завтра нет. Можно отозвать ратификацию, как Турция. Можно вообще не ратифицировать (как Венгрия и еще пять стран ЕС). А вот точно так же легко вернуть элементы суверенитета не получится.