Еще несколько дней назад члены крупнейшего в Великобритании Национального профсоюза работников железнодорожного, морского и дорожного транспорта (RMT, National Union of Rail, Maritime and Transport Workers) приняли решение в пользу проведения забастовки по всей сети железных дорог страны. Лидеры профсоюза требуют повышения заработной платы, обеспечения занятости и отсутствия принудительных увольнений.
Если работодатели не пойдут на требования, выдвигаемые RMT, общенациональная забастовка начнется в середине июня. Она может стать крупнейшей с момента приватизации британских железных дорог в 1990-е годы и наверняка парализует железнодорожное движение в стране. Не исключено, что при негативном развитии событий к забастовке присоединятся члены профсоюза из других транспортных отраслей, и последствия для правящего кабинета могут стать и вовсе катастрофическими.
Пойти на уступки, принимая во внимание экономические и политические последствия, правительство Соединенного Королевства не готово. Так же как и не готово к тем методам борьбы с профсоюзами, которые использовались предыдущими кабинетами и их руководителями. Не тот политический вес. Передовицы СМИ переполнены материалами об очередных скандалах и расследованиях вокруг одиозного и лохматого Бориса Джонсона, состояние здоровья ее Величества Елизаветы II вызывает тревожные вопросы, а инфляция в стране бьет все рекорды.
В этой ситуации беспроигрышным ходом, по мнению членов правительства, является поиск «русского следа» во всем, что так или иначе ставит под угрозу или противоречит текущей повестке консерваторов.
В ход идут любые аргументы. И вот уже 28 мая на страницах The Times появляется материал под названием «Железнодорожные профсоюзники заступаются за Кремль» (RMT railmen stick up for Kremlin), написанный в худших традициях доносов середины прошлого века.
Эдди Демпси (Eddie Dempsey) и Стив Хедли (Steve Hedley), старшие ассистенты Генерального секретаря RMT, Стив Скелли (Steve Skelly), член Совета руководителей RMT, и ряд других активистов RMT обвиняются в страшных по нынешним меркам проступках – сочувствии к России, Донбассу. Более того – смелости высказывать мнение о том, что «война длится уже восемь лет, и гибель 14 000 человек – результат огромного количества бомбардировок, проводимых украинским правительством». Профсоюзные лидеры никогда не поддерживали СВО или президента России публично, но одно из старейших британских изданий не скрывает надежды, что само мнение Демпси, Скелли и Хедли со товарищи послужит причиной для раскола в RMT.
К сожалению – и не только для членов транспортного профсоюза – обвинение в связях с Россией в сегодняшней Великобритании может иметь крайне опасные последствия для того, в чей адрес оно озвучивается. Королева, парламент и правительство Британии претендуют на роль лидера европейского крестового похода против России, но эта роль с каждым днем дается им все труднее. Наивысшая за последние десятилетия инфляция, резкое падение доходов населения и полная растерянность финансово-экономического сектора заставляют правительство судорожно искать внутреннего врага, раз уж свалить все свои просчеты на внешнего не удается.
Этот враг еще не обнаружен, вразумительные данные о нем отсутствуют, есть сильные подозрения, что внутреннего врага не существует вовсе. Однако на законодательном уровне делается все, чтобы закрутить гайки репрессивной машины как можно скорее.
Британские эксперты по законодательным правам и свободам, пожалуй, громче всех на свете кричали о том, что зеркальный российский ответ на американское законодательство об иностранных агентах является нарушением всевозможных прав человека и норм демократии. Но не так давно, с официального благословения принца и голосом наследного принца Чарльза, от имени отсутствующей по болезни королевы открывавшего сессию парламента, была всенародно озвучена одна из 38 новых правительственных инициатив – в Соединенном Королевстве планируется введение в действие «Схемы регистрации иностранного влияния» (FIRS, Foreign Influence Registration Scheme).
Схема должна стать частью Закона о национальной безопасности (National Security Bill). В соответствии с ней, по требованию руководителей силовых ведомств, все физические лица, в той или иной степени официально сотрудничающие с иностранными государственными и связанными с ними организациями, должны будут официально регистрироваться. Отказ от подобной регистрации или непредоставление сведений о таких связях будут считаться уголовно наказуемыми.
Следует понимать, что формулировки FIRS будут предельно широкими. Под них будет попадать любая деятельность, выполняемая как от имени, так и для иностранного государства, даже если его интересы представляют иностранная гуманитарная НПО, лоббисты, консультанты или сотрудники PR-агентств.
Инициатива явно создается как исключительная мера, но аппетит, как известно, приходит во время еды. Член парламентского комитета по международным отношениям, консерватор Боб Сили (Bob Sealy) уже настаивает на том, что закон должен касаться в том числе «скрытых, неформальных отношений, которые могут использоваться в целях шпионажа, кражи интеллектуальной собственности, скрытого влияния».
Кажется очевидным, что от формулировки «неформальные отношения» до «неформального мнения» остается лишь один небольшой шаг, и чем хуже будут идти дела у британской экономики, тем опаснее перспективы у членов британского транспортного профсоюза, уличенных в сочувствии России и Донбассу. Точно такие же перспективы ожидают сотни тысяч жителей королевства, имеющих собственное мнение, идущее вразрез с сегодняшней повесткой Даунинг-стрит.
Разрабатывая проект FIRS, британцы во многом копируют существующий с 1938 года американский закон об иностранных агентах FARA (Foreign Agents Registration Act).
В соответствии с ним любая политическая или «околополитическая» деятельность любого гражданина, связанная с зарубежными интересами, должна декларироваться в Управлении Национальной Безопасности (NSD) Министерства юстиции США. Помимо весьма размытого понятия «околополитической деятельности», FARA весьма широко трактует и само понятие иностранных принципалов. Сюда американское правительство широким жестом включило иностранные правительства, политические партии, корпорации, частных лиц и неправительственные организации, то есть всех иностранцев вообще.
По аналогичной схеме, на той же базе, что и FARA, и под чутким руководством представителей Минюста США разрабатывался и австралийский «Закон о прозрачности иностранного влияния» (FITSA, Foreign Influence Transparency Scheme Act), вступивший в силу в 2018-м под шумок китайской угрозы. Неоднократные протесты и митинги австралийцев, обеспокоенных тем, что, помимо установки экономических барьеров на пути китайского проникновения, закон в случае необходимости будет направлен против их гражданских прав и свобод, не привели ни к каким результатам.
В Великобритании же на фоне кризиса экономики необходимость в подобном драконовском законе, по мнению правительства, более чем назрела. Вошедшие во вкус законодатели уже занимаются вопросом максимального ужесточения наказания по Закону о шпионаже, фактически не менявшемуся с 1911 года. Максимальное наказание по нему будет увеличено с 14 лет до пожизненного срока.
Также будут расширены возможности преследования иностранцев, обвиняемых в совершении диверсий, в том числе на объектах критической инфраструктуры, с помощью беспилотников или кибератак. Ожидается внесение поправок и увеличение срока наказания для иностранцев, «в том числе хакеров», в законе о государственной тайне. Министр здравоохранения и соцобеспечения Великобритании Саджид Джавид (Sajid Javid) требует безотлагательных мер по ужесточению одного из старейших действующих актов страны – Закона о государственной измене (Treason Act) от 1351 года.
Ежедневно на жителей Соединенного Королевства обрушивается бесконечный поток информации о борьбе с Россией, которую до победного конца должен вести Запад под руководством Бориса Джонсона и его верного союзника Джо Байдена. Пропагандистский шум и рушащаяся экономика пока не дают обычным британцам внимательно присмотреться к опасным изменениям, стремительно происходящим в их обществе. Но их шансы столкнуться с реальностью оруэлловских Министерств Правды, Войны и Любви становятся выше с каждым днем.