В четверг, 15 декабря Сербия направит KFOR (миссии НАТО в Косово) запрос о введении в регион своего контингента, сообщил президент страны Александр Вучич. Речь, по его словам, будет идти о размещении 1 тыс. сотрудников силовых структур. Основание для этого решения – резолюция 1244 Совета Безопасности ООН, принятая в 1999 году, – к слову, сразу по завершении натовских бомбардировок Югославии.
Сейчас власти самопровозглашенной Республики Косово открыто нарушают другой документ, «заморозивший» на время конфликт в регионе, – Брюссельское соглашение 2013 года. По нему силы косовской полиции не имеют права въезжать в населенные сербами четыре муниципалитета на севере региона. Однако в минувший четверг несколько сотен спецназовцев на бронетехнике вторглись в сербские районы, блокировав город Косовска-Митровица, сообщил ТАСС.
Инициатор обострения – премьер непризнанной республики Альбин Курти «держит палец на спусковом крючке», заявил глава канцелярии по Косово и Метохии при сербском правительстве Петар Петкович. Чиновник призвал власти Европы обратить внимание на автоматы в руках албанских силовиков.
В Евросоюзе же в ответ демонстрируют то, что сербский премьер Ана Брнабич назвала «ошеломляющим уровнем абсурда». Глава МИД Германии Анналена Бербок назвала совершенно неприемлемым намерение Белграда исполнить резолюцию ООН 1244 и направить полицейских и военных в Косово (на суверенную территорию Сербии, заметим).
Тем временем вокруг непризнанного Косово ситуация находится «на последней черте», за которой «может наступить кровопролитие или горячая фаза». Такую оценку нынешнему противостоянию между Белградом и лидерами косовских албанцев дал в понедельник посол России в Сербии Александр Боцан-Харченко.
Он провел параллель между нынешним балканским кризисом и самым масштабным конфликтом в Европе последних десятилетий.
«Вся ситуация, абсолютно вся – и отношение Приштины к сербам в Косово – напоминает, естественно, в меньшем масштабе все, что происходило и происходит на Украине.
Те же самые схемы, то же самое поведение Запада»,
– отметил посол. Официальный представитель МИД Мария Захарова считает поведение европейцев либо вредительским – в случае Бербок, либо бессильным. «Рассеиваются последние иллюзии насчет способности ЕС урезонить косовско-албанских деятелей, которые в открытую отмахиваются от любых советов и фактически диктуют окружающим свои правила», – цитировал Захарову ТАСС.
«Никакие договоренности, которые достигаются при посредничестве Брюсселя, премьер самопровозглашенного Косово Альбин Курти соблюдать не собирается. С момента его прихода к власти все переговорные процессы были сорваны. И сейчас Вучича пытаются спровоцировать на введение сербской армии на территорию Косово и Метохии», – поясняет Екатерина Энтина, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», руководитель отдела Черноморско-Средиземноморских исследований Института Европы РАН.
Обстановка в северных районах самопровозглашенной Республики Косово, где живет сербское меньшинство, в последние месяцы обострялась с завидной регулярностью. В начале декабря положение стало особо напряженным, после чего там «закипело», по словам сербского президента Александра Вучича. 6 декабря спецназ косовских албанцев в сопровождении патрулей миссии Евросоюза в Косово (EULEX) начал захватывать помещения избирательных комиссий в сербских районах. Через два дня имел место упомянутый выше рейд спецназовцев МВД Косово на броневиках и блокада северной, сербской части Косовска-Митровицы.
Очередная красная линия была перейдена в эти выходные – поводом стал арест в субботу косовскими полицейскими их бывшего коллеги, серба Деяна Пантича. Его задержали на КПП на границе непризнанной республики с Сербией (с точки зрения самой Сербии и России – это всего лишь административная граница центральных районов страны и автономного края Косово и Метохия). Экс-сотруднику МВД Косово предъявили обвинение в терроризме и подрыве строя – за якобы совершенное нападение полицейских, когда те проводили рейд в районе Косовска-Митровицы.
В ответ сербское население Северного Косово перекрыло баррикадами проезд по трассе в нескольких населенных пунктах вблизи пограничного КПП «Яринье». Премьер Курти выдвинул ультиматум – разобрать заграждения до вечера воскресенья. В район противостояния стянули патрули EULEX и KFOR. Легко заметить, что инициативу во всех инцидентах проявляла косовско-албанская сторона, и лишь сейчас Белград предпринимает ответные шаги.
Белград до последнего стремился избежать военного вмешательства, отмечает Энтина. Направление заявки в KFOR – это «последний легальный ход Вучича, который позволил бы обеспечить безопасность и не навлечь на себя атаку Запада», подчеркнула эксперт-балканист. «Надо понимать, что, согласно резолюции 1244 СБ ООН, сербский президент может вообще ни с кем не согласовывать ввод ограниченного контингента 1 тыс. военнослужащих или полицейских Сербии на территорию Косово и Метохии. Вучич мог просто уведомить структуры ООН. Любые подобного рода согласования носят исключительно добровольный характер», – пояснил газете ВЗГЛЯД политолог, главный редактор портала «Балканист» Олег Бондаренко.
В том, что запрос Белграда будет подан именно 15 декабря, есть определенный символизм. «Именно 15 декабря Косово собирается подать заявку на вступление в Евросоюз, – заметил Бондаренко. – Хотя понятно, что заявка ради заявки. Она никак не может быть рассмотрена, потому что как минимум пять стран-членов ЕС, у которых так или иначе есть собственные проблемы с сепаратистами, не признают независимость Косово: Испания, Словакия, Румыния, Греция и Кипр».
Очевидно – и это куда более важно, – что и заявка Вучича в KFOR о вводе тысячного сербского контингента будет оставлена без ответа, учитывая проалбанскую позицию НАТО. «Вучич находится в патовой ситуации, – рассуждает Энтина. – Не ответить на притеснения сербов он не может, но ответ станет самоубийством для политического руководства в Белграде. И вряд ли в такой ситуации можно ожидать чего-то позитивного для сербов».
«Тысяча сербских силовиков – это достаточное количество, чтобы защитить сербов на севере Косово,
– в свою очередь замечает Бондаренко. – Для понимания: косовский спецназ тоже насчитывает 1 тыс. человек. Давайте будем реалистами, речь идет только о трех общинах на севере Косово с населением 360 тыс. человек – это Звечан, Зубин-Поток, Лепосавич. Южный анклав в Косово, где также проживали сербы, недостижим для Белграда, да и сербов там почти не осталось – может быть 5–6 тыс. человек».
Сербская армия довольно мощная, самая сильная армия Балканского полуострова, у них есть все необходимое вооружение для того, чтобы защитить сербов на севере Косово, отмечает собеседник. Но проблема не в возможных столкновениях с полицией косоваров. «Вопрос исключительно в том, как и насколько контингент натовцев из KFOR будет реагировать на появление там сербских военнослужащих, – подчеркнул Бондаренко. – Сербия не настроена на войну с НАТО, а любой конфликт с контингентом KFOR – это начало противостояния с альянсом».
Поэтому, прогнозирует Энтина, вполне можно допустить, что «из небольших локальных перестрелок в скором времени конфликт разрастется до всех четырех муниципалитетов, где на севере края компактно проживают сербы». При этом надо отметить, что у них есть потенциал для самозащиты за счет теневых парамилитарных структур и ресурсов бывшей полиции.
Есть определенная надежда на то, что сам Запад не заинтересован в том, чтобы дело дошло до этнических чисток по образцу Сербской Краины 1995 года. Альбин Курти – довольно сложная фигура и для Брюсселя, и для Вашингтона, он ценен своей радикальностью, но до тех пор, пока этот радикализм – управляемый, отмечает Энтина. Нынешний премьер непризнанной республики в конце 1990-х был боевиком Армии освобождения Косово, отбывал 15-летний срок в сербской тюрьме за терроризм, и был помилован только после свержения Слободана Милошевича под давлением мирового сообщества.
Существует мнение, что сейчас определенное давление на Приштину и ее лидеров могут оказать США, чья политика в косовском вопросе отличается от европейской. «Можно отметить, что инициатива миротворчества последний год на Балканах больше принадлежит Соединенным Штатам, чем Европе. С другой стороны, Германия стала более радикально выступать с приходом к власти правительства Олафа Шольца – пример тому заявление Анналены Бербок, – отметил Бондаренко. – Но по большому счету это просто смена ролей доброго и злого следователя».
Скорее всего, сейчас и шеф евродипломатии Жозеп Боррель, и Вашингтон в равной степени будут давить на Вучича с тем, чтобы он как можно быстрее настоял на ликвидации баррикад на севере Косово, полагает Энтина. Но, добавила она, нет уверенности, что у белградского руководителя есть такой ресурс для давления. «Дело в том, что косовские сербы не очень верят в то, что Белград может их защитить», – отмечает балканист.
Что касается помощи Белграду со стороны Москвы, то надо учесть, что Россия сейчас сосредоточена на специальной военной операции на Украине, выразил свое мнение Бондаренко. «До 24 февраля теоретически можно было рассмотреть вероятность, что Россия отправит несколько военных самолетов на помощь сербам. Даже при входе в воздушное пространство НАТО можно было бы с высокой долей вероятности полагать, что эти самолеты никто не собьет. После 24 февраля такой уверенности нет. Значит, действительно в военном смысле Россия никак не может помочь Сербии», – заметил эксперт.
В политическом же смысле Москва всегда помогала Белграду и защищала позицию, что Косово – это часть Сербии, добавил Бондаренко. «Не только Россия, но и многие другие страны, в частности Китай», – напомнил эксперт. Но в нынешней ситуации максимум политической поддержки, которую можно оказать Вучичу, – созвать чрезвычайное заседание Совбеза ООН и инициировать голосование в СБ «с понятным результатом», полагает собеседник.
Президент Сербии не просил помощи у российского коллеги Владимира Путина в связи с обострением косовского кризиса, проинформировал в понедельник пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков.