Украина обещает развивать флот, строить новые военно-морские базы, закупать новые корабли. С одной стороны, это звучит смешно – создание флота куда сложнее, чем создание армии. С другой – проблемы, которые потенциально способна создать Украина на море и с помощью моря, мало зависят от ее реальной военной мощи. Стоит отнестись к этим людям серьезно – и вот почему.
Главным образом катера
Прежде всего обозначим планы Украины по развитию своих ВМС.
В первую очередь к поставке планируется некоторое количество катеров разного типа. Из них мореходными являются иностранные, например, поставленные из США «Айленды». Катера маленькие и не несут оружия. К тому же очень старые. Как Украина будет поддерживать их боеспособность – непонятно.
Однако у этих катеров есть большой плюс – мореходность и скорость. Ни один из сторожевиков российской Береговой охраны (БОХР ФСБ) за «Айлендом» не угонится. Для этой задачи придется звать военных с их быстроходными катерами: например, «Рапторами». Могут угнаться катера БОХР «Мустанг», но они почти безоружны – там только пулемет калибра 14,5 мм.
Для ВМС Украины планируется также поставка ракетных катеров из Британии, и вот эти-то уже, видимо, смогут и корабли топить. В диверсионной войне или в ходе вооруженных провокаций (под тем же Керченским мостом) эти катера смогут оказаться Украине весьма полезны. Особенно если дойдет до применения оружия – ракеты у «англичан» малоразмерные и трудные для поражения.
Нельзя сбрасывать со счетов и новые украинские «Кентавры». «Кентавр» специально создан для доставки и эвакуации диверсионных групп на вражеский берег и оттуда. А еще он штатно несет морские мины.
Нашумевшие под Керченским мостом три года назад украинские катера «Гюрза» имеют врожденный недостаток – проблемы с мореходностью. Их можно будет применять только в хорошую погоду. И все же по вооружению этот катер представляет угрозу для пограничных сторожевиков проекта 22460, которыми в основном оперирует Береговая охрана ФСБ РФ на Черном море. Он плохо обнаруживается радиолокаторами, а противокорабельная ракета по такой маленькой цели может промазать.
Кроме катеров, Украиной объявлено о строительстве двух новых военно-морских баз: одной – в Бердянске, другой – в Очакове. Бердянск станет на Украине базой для предполагаемых будущих патрульных катеров Mark VI, передачу которых в количестве 16 единиц одобрили в США. У катера малые размеры, вероятность поражения его противокорабельной ракетой недостаточная, зато он сам имеет скорость более 40 узлов и в предельном варианте несет управляемые ракеты «Гриффин» (примерный аналог противотанковых ракет по разрушительной мощи) и 25-мм автоматические пушки. Пограничного сторожевика такой катер просто сожрет и не поморщится. Да и флоту придется попотеть.
Что американские патрульные, что гипотетические британские ракетные катера на фоне больших кораблей ВМФ РФ вроде как не смотрятся, однако эффективно воевать с ними могут только вертолеты с управляемыми ракетами и радиолокаторами. Чтобы корабли Черноморского флота перестреляли их из пушек, украинцы должны идти прямо на них, чего явно не будет – они легко уклонятся от боя за счет скорости. Кроме того, корабли ВМФ РФ могут действовать только в Черном море, но не в мелководном Азовском. «Рапторы» тоже могли бы воевать в Азовском море, имей они усиленное вооружение, но они его не имеют.
Зато подходящие вертолеты у России есть – Ка-52. И они применялись на Черном море для «страховки» во время той самой украинской провокации у Керченского моста. Можно попробовать применить Су-30СМ и Су-24М 43-го отдельного морского штурмового авиаполка Черноморского флота. Минусом авиации является зависимость от погоды, которая у катера, даже маленького, меньше.
Куда интереснее то, что Украина намерена построить в Очакове. В этом городе сейчас находится 73-й морской центр специальных операций ВС Украины, боевые пловцы. Эта часть старая, существует еще со времен СССР. В центре ведут активнейшую работу инструкторы по диверсионной войне из США и НАТО, их количество там на текущий момент превышает 200 человек. Нетрудно догадаться, что боевой опыт у бойцов и командиров центра тоже есть – в Донбассе.
Новая украинская «база» – это, скорее всего, именно расширение этого объекта для развертывания дополнительных кораблей и катеров, которые будут работать совместно с диверсантами. В состав Центра входят: 1-й отряд подводного минирования, 2-й отряд подводного разминирования и прорыва противодесантных заграждений, 3-й разведывательный отряд, подразделения боевого и тылового обеспечения. Приданы корабли и суда: патрульный катер «Скадовск», корабль управления «Переяслав», водолазное судно «Нетешин», десантный катер «Сватово». «Скадовск», видимо, будет скоро списан. «Сватово» – это просто десантный катер. «Нетешин» и «Переяслав» для спецзадач малопригодны.
Особую опасность представляют легкие скоростные катера производства компании Willard, которые получили ВМСУ. Спецгруппа на таком 11-метровом катере (по сути, быстроходная лодка) легко уйдет почти от всего, что Россия может попытаться к ней приставить (видимо, кроме «Раптора»), а стрелять до начала военных действий мы не можем. На 11-метровой лодке могут стоять и пулеметы, и даже локальная бронезащита. Плюс с нее можно стрелять по преследователям «Джавелинами», о чем у нас почему-то не помнят, думая, что это только противотанковое средство. Также официально заявлено, что поставленные Турцией беспилотники могут взаимодействовать с флотом. Это даст ВСУ хорошую ситуационную осведомленность до момента открытия огня.
Явным образом Украина планирует нарастить именно те возможности, которые позволят ей эффективно применять своих морских диверсантов. Могут ли эти силы нанести поражение России? Разумеется, нет. Но при правильном применении они способны создать изрядное количество проблем – и вот почему.
Характер угрозы и методы защиты
Есть ли у Украины причины для вооруженных провокаций против России? Разумеется, и такие провокации уже имели место. То, что Украина не боится отправлять диверсантов на российскую территорию, известно давно, как и о том, что Россия уже несла потери в такого рода операциях. В августе 2016 года в перестрелке с украинскими диверсантами погиб начальник отдела сопровождения оперативных мероприятий УФСБ РФ по Республике Крым подполковник Роман Каменев, а менее чем через сутки, в ходе боя на границе с Украиной – военнослужащий ефрейтор Семен Сычев. Впоследствии ФСБ неоднократно пресекала украинские заброски диверсантов на российскую территорию. Использование Украиной своих морских диверсионных частей нельзя исключать даже без обострений в Донбассе.
Каким должен быть ответ России на морскую диверсионную угрозу? Прежде всего – приведение подразделений противоподводно-диверсионной обороны (ППДО) ВМФ к уровню, который позволит не допустить никаких действий со стороны украинских диверсантов ни на военных объектах России, ни на важных с точки зрения экономики, но уязвимых для диверсий объектов гражданских. Кроме того, так как надежная противоподводно-диверсионная оборона всех уязвимых объектов просто невозможна, придется усилить разведку, чтобы можно было упредить украинские операции.
Второй по важности является угроза минная. Еще в 2014 году работавший на Украине советник из Британии Кристофер Донелли (с прикрытием от британского института госуправления – institute of statecraft) предлагал для Украины выполнение минных постановок в Крыму с парома или иного гражданского судна. Это очень серьезная угроза. И прежде всего потому, что ВМФ РФ допустил почти полное исчезновение своих противоминных сил.
Проблема в том, что традиционные тральщики не могут вытраливать современные мины – какими бы слабыми не были физические поля корабля (акустическое и магнитное), мина все равно подорвется под ним в момент прохода над ней, а иным способом буксировку трала по минному заграждению не провести. Конечно, если знать где поставлены мины, то можно попробовать уничтожать их другими способами, вплоть до заведения на них шнуровых взрывных зарядов с весельных ялов, но это методы каменного века, они требуют массу времени и не всегда выполнимы без потерь.
На Черном море только три полноценных противоминных корабля. «Вице-адмирал Захарьин», с неизвестным состоянием поискового оборудования и противоминных аппаратов, и два новых противоминных корабля проекта 12700, увы, с устаревшей концепцией – корабли имеют только по одному противоминному аппарату (которые сами из-за значительных размеров могут подорваться на мине). Кроме того, у новых противоминных кораблей будут проблемы на Азовском мелководье – они получились аномально огромные для тральщика.
Черноморскому флоту нужны полноценные противоминные силы. Но сегодня даже на боевые службы в Средиземку вынуждены ходить даже давно устаревшие тральщики постройки начала 1970-х. В распоряжении ВМФ РФ просто нет массовых надежных средств против современных мин. Запереть любой порт России сегодня может любая страна или даже негосударственная группировка, где-то получившая современные мины. И, конечно же, как «партнеры», так и их вассалы, включая Украину, об этом прекрасно знают.
Мирное время имеет ту особенность, что украинские катера могут свободно перемещаться в украинских или нейтральных водах. Ничто не помешает им при отсутствии рядом российского корабля сделать рывок на большой скорости в наши территориальные воды, к какому-нибудь порту или важному фарватеру, и выполнить минную постановку. Даже если украинский катер при этом потопят – потом-то что делать? Мины-то уже поставлены.
Вооруженные провокации, при которых украинские катера будут открывать огонь по нашим кораблям, тоже нельзя исключать. Особый риск заключен в расположении наших газодобывающих платформ в Черном море. Их очень трудно защитить, а расположены они удобно для нападения со стороны Украины. Нужно иметь отдельный наряд сил для их защиты – как на воде, так и на самих платформах, да и под водой тоже нужно контролировать обстановку.
Решения
Средства для совершенствования противодиверсионных сил и средств у ВМФ РФ есть, есть для этого и время. Нужна разведка, чтобы узнавать планы украинских военных заранее. Нужно сопровождение любого корабля, судна или катера, которые выйдут с базы в Очакове. А для этого «сопровождающим» нужны скорость и мореходность. Иначе говоря, России на Черном море нужны и новые скоростные лодки, вместо штатных БЛ-680. Их вполне реально и разработать, и построить.
С минной угрозой сложнее – нужно фактически создавать противоминные силы с нуля. Начать стоит с контейнерных противоминных комплексов, которые быстро бы устанавливались бы на старые, еще стоящие в строю тральщики, параллельно с модернизацией их оборудования и ремонтом. Необходимо также ускоренное оснащение новых противоминных кораблей проекта 12700 какими-то массовыми и недорогими противоминными средствами. Возможно, даже импортными или скопированными.
Еще одна концепция, которую стоит перенять – противоминные силы, организованные по американскому образцу. Согласно этой концепции, обнаружением мин занимаются не тральщики, а быстроходные катера (по сути, большие моторные лодки) с гидролокаторами бокового обзора, и с них же производится запуск необитаемых подводных аппаратов, которыми обнаруженные мины уничтожаются. При всех минусах этого подхода он реально позволяет быстро наращивать противоминные силы, вообще не имея тральщиков. Еще нужны самоходные тралы-прорыватели минных заграждений и вертолеты с противоминными тралами, по аналогии с советскими Ми-14БТ. Все это не сложно и не дорого.
А чтобы при необходимости быстро уничтожить украинские катера, нужны постоянные учения с вертолетами Ка-52 (в перспективе Ка-52К) и их дежурство в готовности к немедленной реакции. Задача поражения быстроходного катера, особенно проскочившего в гражданский «трафик» и прячущегося за нейтральными коммерческими судами, не является простой. Также нужно уметь работать по малоразмерным целям силами 43-го штурмового полка, для чего ему тоже нужна соответствующая подготовка.
Украинские моряки готовятся воевать с нами. Унижение, которое они сначала получили в Крыму, а потом у Керченского моста, будет заставлять их искать возможность отомстить. Россия вполне в силах купировать эту угрозу. Но для этого придется поработать, сама по себе угроза не устранится, да и силы для ее нейтрализации сами по себе не появятся. И самое главное здесь – не допустить недооценки противника.