Со времён последнего Евромайдана нам памятна цифра: США вложили в Украину 5 млрд долларов. Это слова тогдашнего помощника госсекретаря США Виктории Нуланд, прославившейся раздачей печенек. Многие тогда поняли эти слова неправильно: мол, пять миллиардов были вложены в сам Майдан, то есть в переворот. Нет, сама же Нуланд тогда разъяснила, что такова, по её оценке, сумма различных затрат на «...поддержку устремлений украинского народа, желающего иметь сильное, демократическое правительство, которое представляет его интересы» с 1991 года. Примерно по 217 млн долларов в год – весьма скромно для американского-то бюджета.
Изменилось ли что-то с тех пор?
На полноценный подсчёт этот обзор, конечно, не потянет. Однако давайте посмотрим, на что США давали деньги Украине за последний год.
Ставки растут
Начать можем с самых свежих примеров. В феврале этого года стало известно о выделении средств сразу по двум проектам. Во-первых, посольство США на Украине заманивает украинские независимые СМИ на конкурс проектов «по укреплению институционального потенциала». Тем, кто укрепит потенциал лучше других, Госдеп выделит 500 тыс. долларов. Не каждому, нет. Это общий призовой фонд. Организаторы ненавязчиво советуют обратить особое внимание на евроатлантический вектор развития. Зато, скорее всего, подобные укрепления – вещь достаточно регулярная. К примеру, вот нечто подобное прошлой весной. И даже суммы примерно те же.
А вот молодёжь в Госдепе ценят явно больше. Для них Агентство по международному развитию США (USAID) собирается выделить сразу 38 млн долларов. Задача: помочь «...молодым украинцам в возрасте от 10 до 35 лет определить общий набор ценностей и реализовать собственное видение страны».
В общем, оба проекта – две стороны одной медали. Одной рукой вбиваем евроатлантический вектор в головы 10-35-летних украинцев, другой – ориентируем на это же «независимые» СМИ.
Забегая вперёд: согласно заявлению посла Украины в США Владимира Ельченко, в текущем году США могут выделить Украине до 1 млрд долларов. Из них 400 млн – на нужды обороны. В свою очередь, 250 млн из этих 400 – по линии оборонного бюджета США. Тут тоже всё логично. Пока USAID и посольство прививают евроатлантические ценности, кто-то должен внедрять в украинской армии стандарты НАТО – иначе зачем те ценности вообще нужны? Кстати, по линии Госдепа Киеву идёт больше, чем по линии Пентагона – 450 млн.
Впрочем, эти новости о военных бюджетах тоже нужно правильно читать. Ведь, по сути, Конгресс США выделяет эти средства не Украине, а собственным оборонным предприятиям. Украина же является их получателем чисто номинально: получила и сразу же отдала обратно за поставки вооружений и амуниции.
Опять-таки: в постмайданный период такая строка в бюджете Пентагона уже успела стать регулярной. 200-300 млн долларов, иногда чуть больше – столько США выделяют для ВСУ на постоянной основе. В целом – 1,4 млрд выделено за 2014–2019 годы.
Ещё с 2014 года фетишем украинской власти было получение от США летального оружия, в частности противотанковых комплексов «Джавелин».
Но они достались Украине в 2018 году, уже под закат эпохи Порошенко. А до этого ВСУ чего только не получала. Бронежилеты, разгрузки, комплекты формы, сухпайки, аптечки, военные катера, броневики HMMWV, беспилотники, приборы контрбатарейной стрельбы, ПНВ, оптику и снайперские винтовки. Причём в ряде случаев под видом военной помощи США попросту сбывали Украине неликвид, о чём писали американские же издания. Боеприпасы – ещё советского производства, сухпайки – в рамках ротации запасов, «хамвики» – почтенного возраста в 25-30 лет. Поэтому в миллионах долларов эта помощь, конечно, выглядит куда внушительнее, чем на деле. Впрочем, в этом году министр обороны Украины Андрей Загороднюк рассчитывает даже на противокорабельные комплексы.
«Как долго они (Украина – прим. ВЗГЛЯД) продержатся в борьбе с Россией?» – задаётся вопросом некто с голосом, похожим на голос Дональда Трампа на записи, опубликованной в конце января агентством Associated Press. И сам же отвечает на этот вопрос. Планируется, что в 2021 году внешняя помощь США другим странам сократится на 21% – с 55,7 до 44,1 млрд долларов. Однако Украины сокращения, похоже, не коснутся.
По словам же директора Украинского центра социальной аналитики Евгения Филиндаша, похожим образом тратятся деньги не только по линии Пентагона. Согласно его подсчётам, Украина ежегодно получала 100-150 млн долларов помощи на здравоохранение. Это не только американские деньги, но в том числе и американские. В качестве примера он приводит программу «HealthLink: Активизация усилий по противодействию ВИЧ/СПИДу на Украине», на которую правительство США выделило 22 млн долларов: «...почти 200 тыс. долларов – это ноутбуки и всевозможные гаджеты. 3,4 млн долларов – это публикация материалов проекта, почтовые услуги. Коммунальные платежи офиса. 143 тыс. долларов на перелеты внутри Украины и 512 тыс. долларов на проживание в гостиницах, аренду, питание на вебинарах и фокус-группах».
Те, кому с украинской стороны перепадают крохи от всех этих щедрот, несомненно, обеими руками поддерживают эти евроатлантические ценности. Остальные называют их метким словом «соросята». Это общий термин, под него попадают украинские участники любых грантовых проектов, не обязательно финансируемых структурами Джорджа Сороса.
Нетрудно заметить, что либо Виктория Нуланд сильно поскромничала в объёмах средств, выделенных Украине в период 1991–2013 годов, либо после Майдана объёмы финансирования значительно выросли. 1,4 млрд от Пентагона, по 300-400 млн долларов в год только по линии Госдепа – уже набегает около 4 млрд всего за шесть лет. Плюс, если USAID – структура, подчинённая Госдепу напрямую, то другие структуры более независимы и их проекты уже по линии Госдепа не проходят.
А что же США за эти деньги имеет?
Во-первых, как видим, часть денег даже не покидает США: на них закупаются видавшие виды сухпайки и броневики для ВСУ. Да и та часть помощи, которую действительно стоит считать таковой – это не безвозвратные расходы. Приучая Украину к своему оружию, США исподволь создаёт себе здесь рынок (рыночек) сбыта. Вертолёты Apache, самолеты F-16, зенитно-ракетные системы Patriot – всё это периодически мелькает в СМИ и озвучивается на переговорах. И того бюджета, что даёт Украине Пентагон, на всё это не хватит.
Наконец, все эти деньги именуются «помощью», но далеко не все ею являются. Есть там и кредиты.
Во-вторых, уже первый год президентства Зеленского выявил любопытную особенность постмайданного круговорота персон в украинской политике. Едва ли не каждый второй (в особенности те, что пришли в политику и госуправление в последние лет десять) имеют опыт работы в проектах, финансируемых США. И пускай они плевать хотели на предвыборные обещания Зеленского – он всё равно назначает их на должности. Потому что больше некого, система давно не производит (не рекрутирует) других.
В команде президента могут сколько угодно называть их «соросятами». Однако тот факт, что избавиться от них у Зеленского не могут, лучше всего показывает прочность позиций лояльных США людей в украинской власти.
В-третьих, даже такие затраты в итоге меньше тех, которыми Россия в конце 2013 года пробовала удержать Украину в своей орбите. Напомним, Украине тогда предлагали льготный кредит в размере 15 млрд долларов (по три миллиарда в течение пяти лет), сохранение торговых преференций с Россией (навскидку – ежегодно плюс 10 млрд долларов украинского экспорта в РФ к показателям 2014–2019 годов), возможно пошли бы в ход топливные «пряники». Расчёт, конечно, грубый, но как не считай, а дельта выйдет в плюс.
Такой расчёт полезно вспоминать всякий раз при ответе на вопрос: «А зачем тратиться на поддержку союзников, зачем кому-то там платить или помогать?». Можно и не платить, тут всё дело в целях. Если готовы смириться с очередной такой «украиной» непосредственно у границ, то режим экономии можно включать сразу же.