Об увольнении Болтона стало известно из «Твиттера» Трампа – президент США написал короткое и жесткое сообщение:
«Я сообщил Джону Болтону, что Белый дом более не нуждается в его услугах. Я категорически не согласен со многими из его предложений, как и другие в администрации, и поэтому попросил Джона об отставке, он дал ее мне утром. Я очень благодарен Джону за его службу. На следующей неделе я назову нового советника по национальной безопасности».
Это, конечно, не увольнение по статье – но формулировка более чем конкретная. Несогласие со многими предложениями Болтона, причем не только Трампа, но и других сотрудников его администрации. В узкий круг тех, кто занимается внешней политикой, входят вице-президент Пенс, госсекретарь Помпео и отчасти зять Трампа Джаред Кушнер – то есть Трамп противопоставляет их всех отправленному им в отставку советнику.
При этом 70-летний Джон Болтон во внешнеполитическом плане опытней их всех вместе взятых. Хотя он и не является профессиональным международником, но последние 30 лет его жизни связаны с американской внешней политикой. Он занимал разные должности в Госдепе, вплоть до заместителя госсекретаря, уходил в консультанты и частные аналитические центры, при Буше-младшем полтора года был даже членом американского правительства – в качестве постоянного представителя США при ООН.
Уже тогда у него была репутация жесткого неокона и интервенциониста. Болтон был одним из тех, кто в середине нулевых годов настаивал на вторжении в Иран, ну и практически по всем остальным вопросам занимал «ястребиную» позицию. Его очень ценили в правых кругах, его знала публика (он был комментатором на телеканале Fox News), и Болтон даже подумывал о выдвижении в президенты, но в 2012 году не стал выдвигаться и поддержал Митта Ромни, выступив его главным внешнеполитическим советником. Ромни проиграл Обаме. Но когда спустя четыре года в Белом доме появился Трамп, мало кто сомневался, что Болтон рано или поздно окажется в новой администрации.
Его сватали на разные посты, начиная от заместителя госсекретаря при Тиллерсоне, но понятно, что его устроили бы только ключевые должности: госсекретаря или советника по нацбезопасности. В итоге он дождался одной из них. Став, таким образом, уже третьим за 14 месяцев советником по нацбезопасности – потому что первого советника, генерала Майкла Флинна, антитрамповские силы съели буквально за первые три недели, поместив его в центр скандала с мифическими «русскими связями» Трампа.
Болтон сумел проработать с Трампом почти полтора года, но не сумел переделать внешнеполитическую линию из трамповской в болтоновскую.
Понятно, что он и не рассчитывал на это в полной мере, но как наиболее опытный специалист по внешней политике (точнее даже – вообще единственный международник в нынешнем американском руководстве) настраивался на большое влияние на выработку курса. В отличие от Пенса и Помпео, ничего не понимающих в международных делах, Болтон хорошо разбирался в повестке. А кроме того, имел собственный идеологический взгляд на все ключевые международные проблемы.
Главным для него было найти общий язык с президентом и убедить его, что ради достижения желаемой Трампом цели нужно действовать именно так, а не иначе. Но проблема в том, что цели Трампа и Болтона совпадали лишь частично. Трамп хочет сделать Америку сильней за счет пересмотра американской внешнеполитической тактики и стратегии, а Болтону при этом было важно сохранить американскую гегемонию, укрепив пошатнувшиеся в последние годы позиции.
Объединяла их любовь к жесткому давлению на противника. Но если для Трампа это был способ выбить уступки или по крайней мере получить выгодную позицию, то Болтон реально готов был идти до конца. Трамп играет в крутого, играет в войну, никогда даже не помышляя перевести торговую войну в реальную – а для Болтона игра на грани боевых действий вовсе не представляется опасной.
Трамп, которому американские и мировые медиа создали репутацию непредсказуемого, опасного, агрессивного, на самом деле лишь использует грубость и давление для достижения нужной ему цели, никак не связанной с войной.
Зато Болтон относится к числу тех политиков, которые не остановятся перед применением военной силы. Именно этот человек, который еще в середине нулевых хотел втянуть США в войну против Ирана, войну, которая имела бы катастрофические последствия для всего мира, действительно был бы опасен на посту президента США.
Но Болтон не был президентом США – а в качестве советника мог только советовать. Но ни по одному из опасных вопросов, будь то корейский или иранский, его линия не становилась определяющей. Да, Трамп разорвал сделку с Ираном – но все-таки исходя из своих планов: для того, чтобы иметь возможности давления на Иран (да и на всех остальных, начиная с Европы и заканчивая Китаем), а не для подготовки боевых действий против исламской республики. Точно так же и в давлении на Венесуэлу, в которой Болтон на самом деле считал возможной военную операцию.
Рано или поздно словесная агрессивность Трампа должна была надоесть Болтону – а где дела-то? И он ушел бы в отставку – но оказалось, что Трампу первому надоело выслушивать агрессивные советы от человека, который не понимает саму суть его, трамповского, подхода к мировым делам.
Болтона постепенно отстраняли от разных ключевых тем – там, где Трамп хотел быть уверенным в том, что его политика не подвергается намеренным искажениям. Так, например, Болтон не занимался КНДР – тут представителем Трампа выступал госсекретарь Майк Помпео, не имеющий своего мнения.
Судя по всему, последней каплей для Трампа стала история со сорвавшимся подписанием соглашения между США и талибами о выводе американских войск. После 10 месяцев переговоров, которые вели в Дохе представители американской администрации и Исламского эмирата Афганистан (да, Штаты готовы были пойти даже на признание талибского государства), было подготовлено соглашение о выводе войск – его подписание должно было состояться во время встречи Трампа с лидерами талибов и афганским президентом в Кэмп-Дэвиде.
Но в последний момент Трамп под надуманным предлогом (очередной теракт в Кабуле, в ходе которого наряду с афганскими солдатами погиб и один американский) отменил и визиты, и подписание соглашения. В реальности причиной отмены (а точнее, как, скорее всего, скоро и выяснится – отсрочки) стало недовольство соглашением со стороны как афганских властей, так и многих сотрудников трамповской администрации. Проще говоря, Трампа «достали» с призывом не подписывать соглашение – и он согласился. Но одновременно и отыгрался на тех, кто был против – точнее. на главном противнике, Джоне Болтоне.
О том, что Болтон настолько против соглашения, что его якобы даже не хотели звать на совещание в Белом доме, на котором обсуждались детали соглашения с талибами, на днях написала Washington Post. Может, это и газетная утка – но в том, что Болтон был против вывода войск из Афганистана, можно не сомневаться. Не это упорство стоило ему карьеры – оно стало лишь последней каплей в накопившемся у них с Трампом море разногласий.
Для России, кстати, при всей ястребиности Болтона, его уход имеет как плюсы, так и минусы. Плюсы понятны – к нашей стране Болтон был настроен немногим лучше его кумира Барри Голдуотера. А вот минус в том, что именно через Болтона в последний год был выстроен единственный полноценный канал взаимодействия с Россией. С августа прошлого года Болтон трижды встречался с Николаем Патрушевым. В ходе длительных переговоров они могли подробно обсуждать самые разные вопросы глобальной повестки, и последняя такая встреча состоялась в июне в Иерусалиме.
Теперь формата Патрушев – Болтон больше нет, и непонятно, кого Трамп сделает своим доверенным лицом на российском направлении. А это действительно важно – учитывая все еще ограниченную способность Трампа ко встречам с Путиным. Помпео на эту роль точно не годится – так что нужно дождаться появления нового советника по национальной безопасности.
Гадать, кто им станет, бессмысленно, но можно быть уверенным, что он постарается проработать с Трампом хотя бы столько же, сколько и Болтон – то есть до следующих президентских выборов. Так что скоро у Николая Патрушева появится новый собеседник. Пусть и не такой колоритный, как Болтон, зато точно не столь ястребино настроенный.