Прокуратура американского штата Массачусетс отказалась от обвинений в адрес актера Кевина Спейси, после того как предполагаемый потерпевший, 18-летний сын известной телеведущей, не смог предоставить свой телефон, в котором якобы и были доказательства приставаний к нему со стороны киноактера.
Смартфон пропал, заявили адвокаты молодого человека – и всё обвинение в спаивании и дальнейшем приставании в ресторане в 2016 году рассыпалось. Карьера Спейси все равно уже сломана: его не снимают в кино, даже из последнего сезона его лучшего сериала «Карточный домик», где он играл президента США Адервуда, вырезали все кадры с его участием. Но развал нынешнего уголовного дела очень показателен. Дело в том, что оно было единственным из всех обвинений против Спейси, дошедшим до суда. Значит, в остальных доказательная база была еще более шаткой.
Есть, правда, еще дело в Великобритании – там полиция расследует шесть обвинений в сексуальном домогательстве со стороны актера (он 11 лет был художественным руководителем одного из лондонских театров), но сложно представить, что и там дойдет до реального приговора. Точнее до того, что Спейси сядет в тюрьму. А ведь начиналось все очень громко.
5 октября 2017 года в The New York Times вышло интервью актрисы Эшли Джадд с рассказом о сексуальных домогательствах к ней со стороны одного из самых влиятельных голливудских продюсеров – Харви Вайнштейна. Вскоре десятки знаменитостей, в том числе и звезд первой величины, подтвердили рассказы о, мягко говоря, навязчивой сексуальной распущенности Вайнштейна. А уж после этого началась весьма массовая кампания по раскрытию сексуальных преступлений сначала в Голливуде, а потом и в американских компаниях и госучреждениях в целом.
Множество людей начали рассказывать о том, как к ним домогались различные знаменитости – тогда же появился хештег #МеТоо.
Кевин Спейси стал одной из первых мишеней кампании.
В середине октября актер Энтони Рапп рассказал о том, что тридцать лет назад Спейси приставал к нему. Вскоре набралась еще дюжина подобных воспоминаний. Спейси все отрицал, говорил, что не помнит, извинялся. Он даже сделал официальное признание в том, что раньше отрицал: в своей гомосексуальной ориентации. Таким образом, кампания стала как бы более честной – учитывая огромное распространение гомосексуализма в голливудской среде, было бы странно, если бы все сконцентрировалось только вокруг домогательств мужчин к женщинам.
Однако спустя почти два года можно констатировать, что борьба с сексуальными домогательствами выдохлась. И не потому, что деньги и «голубое лобби» (действительно сильное) сумели отмазать Спейси. Нет. Просто изначально она в немалой степени была нужна для утилитарных целей. А когда они оказались недостижимы, интерес к ней угас.
Одной из неназываемых, но понятных целей кампании, был разогрев общественного мнения. Это делалось, чтобы потом использовать возмущение против насильников в политических целях. Конкретно – против Дональда Трампа. Да, #МеТоо началась осенью 2017-го, когда Трамп уже девять месяцев сидел в Белом доме, но в борьбе с ним сексуальная тематика была одной из главных еще на стадии избирательной кампании.
С 2015 года Трампа обвиняли в том, что он грязно приставал к женщинам, раскручивая эту тему куда сильнее, чем его «симпатии к Путину». «Русские связи» вышли на первый план только в начале 2017 года, когда Трамп уже въехал в Белый дом. Но и после этого тема «сексуальной распущенности» Трампа продолжала муссироваться СМИ. По мнению некоторых демократов, поводом для желанного импичмента могло стать что угодно – в том числе и обвинение в изнасиловании. Но несмотря на периодически появлявшиеся истории о женщинах Трампа, ни одна из них не дошла до суда: сказались, естественно, и деньги президента-миллиардера, но еще в большей степени понимание того, что никакой доказательной базы за обвинениями нет.
В каком-то смысле «дело Вайнштейна» стало и продолжением кампании против Трампа (непреднамеренном, естественно), и своеобразным бумерангом, вернувшимся Голливуду, являющемуся, как известно, важной частью либеральной демократической американской элиты. В агитации против Трампа, в его поношении, более чем активно участвовали многие голливудские звезды. Вот им и «прилетело» обратно.
Раскрылось то, что и так все знали. Как минимум в Голливуде. Что Вайнштейн грязно домогается всех и вся, при этом все молчат, чтобы сделать карьеру. Что Спейси – голубой, и ведет себя так, как свойственно гомосексуалистам. То есть, выпив, пристает к понравившимся ему молодым людям. Раскрыв глаза на это всей Америке, пресса открыла ящик Пандоры, потому что ни к разговору о нравах гомосексуалистов, ни о приставаниях богатых и знаменитых к подчиненным, никто не был готов.
То есть к разговору – пожалуйста: есть сотни фильмов и тысячи книг. Но вот к выявлению причин и пониманию реальной картины подойти самим американцам страшно. Потому что выяснится, что американское общество не просто пропитано этим «домогательством», а оно стало одним из его столпов. К тому же, если раскапывать все до основания, то окажется замаранной немалая часть элиты, не только голливудской, но и финансовой, и политической. А это никому не нужно.
Тем более, что изначально был понятен манипулятивный характер кампании: ведь «жертвы» в большинстве случаев годами молчали просто потому, что совершенно не удивлялись поведению Вайнштейна. Его репутация была всем известна. Те, кто хотел делать карьеру через его постель, делали ее. Те, кто не хотел, отказывали продюсеру. Поэтому внезапное прозрение выглядело, мягко говоря, неискренне.
Кроме того, сам накал кампании был таков, что было понятно – к ней сразу же присоединится и масса искателей наживы (то есть просто желающих заработать на обвинении против начальника или звезды), и масса фантазеров, которые ради минуты славы будут придумывать чего угодно. Не говоря уже о том, что широкое толкование понятия «сексуального домогательства», то есть харассмента, давало возможности для самых разных злоупотреблений.
Поэтому постепенно все будет спущено на тормозах. Несмотря на сопротивление активных сторонников продолжения кампании, в том числе из числа радикальных феминисток, для которых «дело Вайнштейна» служило еще и доказательством преступности «мужской природы» как таковой.
Хотя конкретные карьеры, конечно, уже сломаны. Спейси отделается отлучением от кино, а Вайнштейн может и сесть в тюрьму. В начале сентября начнется процесс. И хотя до суда дошли лишь три из 80 обвинений (у остальных истекли сроки давности или нет доказательств), продюсер может получить до 25 лет тюрьмы. Но после посадки Вайнштейна в Америке ничего особо не изменится. Голливуд, как и «вашингтонское болото», не собираются изменять свой образ жизни.