Посол РФ в Венесуэле Владимир Заемский опроверг данные газеты Wall Street Journal о том, что Москва якобы массово отозвала своих военных специалистов из этой страны. Американское издание со ссылкой на «источник, близкий к российскому Минобороны» ранее сообщило, что их число якобы было сокращено с тысячи до нескольких десятков. Чуть позже лично президент США Дональд Трамп, которому традиционно скучно во время трансатлантических перелетов, написал в «Твиттере»: «Россия проинформировала нас о том, что вывела большинство своих людей из Венесуэлы». Твит повис в воздухе. Его даже не стали комментировать.
Мир так и не может привыкнуть к «твиттерной дипломатии», которую навязывает президент Трамп. Это параллельная реальность: она есть, на нее приходится реагировать, периодически прочитывать и иногда обсуждать. Это еще можно понять, если помнить, что «Твиттер» – просто средство коммуникации и не более того.
Куда сложнее привыкнуть к манере американского президента вести переговоры путем вброса фальшивок, понижая или повышая ставки или же просто переводя разговор на другую тему. Кто-то с утра пораньше потянул за язык WSJ, а к середине дня появился твит с американского борта номер один. И уже несколько дней ведутся споры о том, будет ли осуществлен какой-то «глобальный размен» между Москвой и Вашингтоном на ожидаемой встрече Путина и Трампа. Кто откуда «уйдет», кто где усилится – и все тому подобное в духе концепции «мировой шахматной доски».
Даже сама встреча до сих пор, ее дата, место и формат не определены. Российская сторона ожидает официального приглашения от американской администрации, которого пока нет. Но есть «Твиттер». Это не равноценная замена.
Были, правда, подозрения, что в Белом доме хотели бы, чтобы Москва первой прислала какую-либо форму приглашения. С их точки зрения, это было бы «отображением соотношения сил» на мировой шахматной доске, где и предлагается проводить «размены» сфер влияния. Но даже в обстановке неопределенности вокруг самой встречи Дональд Трамп вбрасывает в публичное поле все эти идеи «разменов» и «дележа», а уважаемые американские газеты придумывают правдоподобные истории для обоснования этих твитов. В их сознании это как бы форма «подталкивания» партнера по переговорам к выгодному для США решению.
В материале WSJ утверждалось, что некий источник газеты, «близкий к руководству Ростеха, сообщил, что находиться в Венесуэле российским военным специалистам смыла нет, «дело проиграно», а Венесуэла не заплатит. Поэтому российские военные специалисты массово и покинули латиноамериканскую страну. Для американского читателя выглядит убедительно, поскольку главный мотив обозначен как финансовый, а это они всегда понимают. Детали не важны.
А на самом деле они интересны. Ранее спецпредставитель США по Венесуэле Эллиот Абрамс вообще не замечал присутствия российских военных на территории Венесуэлы, о чем под присягой и доложил комиссии по иностранным делам палаты представителей в середине февраля. С тех пор его позиция не менялась и даже не корректировалась («русских, как и кубинцев, в Венесуэле критично мало»), а этого человека очень сложно обвинить в симпатиях к Москве.
Общий информационный фон разогрело прибытие в Венесуэлу 24 марта двух российских самолетов: пассажирского Ил-62 и грузового Ан-24. Грузовик привез 35 тонн груза, в том числе и гуманитарного. На «Иле», по данным местных оппозиционеров, вроде как находились 99 (почему не 100?) российских военных консультантов. За неимением других информационных поводов эта новость широко тиражировалась под заголовками типа «русские прислали спецназ спасать Мадуро». Все это опять приходилось опровергать, но осадок после таких текстов в неокрепших умах все равно остается.
Каракас уже приобрел много сложной российской техники: ЗРК «Бук-М2» и «Антей-2500» (то есть С-300ВМ), 100 тысяч автоматов Калашникова новой модификации АК-103, истребители Су-30МК2, вертолеты Ми-35М, танки Т-72, БМП-3 и БТР-80. Кто-то это все должен обслуживать и обеспечивать, а также учить венесуэльских солдат и офицеров всем этим пользоваться. Техника поставлялась не поштучно, а партиями, также партиями она поступала на вооружение венесуэльской армии. Целые бригады перестраивались на новую технику и новую организацию, некоторые крупные подразделения просто формировались заново. Это требовало и одномоментного присутствия в Венесуэле не одного–двух российских советников и представителей Ростеха, а нескольких десятков. И никогда, кстати, они не исчислялись тысячами.
Примерное количество российских специалистов в Венесуэле никогда критично не менялось, чего не случилось и сейчас. А WSJ может теоретически потом оправдаться тем, что они просто завысили изначальное количество российских советников. Кстати, тысячу иностранных военных специалистов совершенно невозможно скрыть от посторонних глаз даже в джунглях.
Одноразовый же прилет в Венесуэлу дополнительного контингента военных специалистов и техников был связан, как это ни парадоксально, с диверсиями на электростанциях. Есть предположение, что веерные отключения могли навредить системе ПВО страны, которая теперь выстроена вокруг С-300. Что конкретно там зависло, заклинило или сгорело, мы не знаем. Может быть, и сами комплексы не пострадали, а речь шла о проблемах с созданием сплошной радарной линии раннего предупреждения ПВО вдоль побережья, которой ранее у Венесуэлы не было. Так или иначе, но у этой группы советников и техников была вполне конкретная задача, с которой они, похоже, справились. Тот же самый Эллиот Абрамс открытым текстом признал, что русские заняты там своими С-300 и ни во что не вмешиваются. «Но мы следим за ними», – добавил спецпредставитель президента США по Венесуэле. Это – сколько угодно.
Администрация Трампа такими вот публичными методами пытается втянуть Москву в бессмысленный торг о разделе сфер влияния. Гласности «вдруг» предаются многочисленные планы, сильно смахивающие уже не на пакт Риббентропа – Молотова, а на договоренности Черчилля со Сталиным по Восточной Европе с разграничением процентов влияния в каждой отдельно взятой стране. В эту увлекательную игру включились и игроки поменьше: очень увлечен такими идеями Израиль, для которого подобные сделки – обычная форма внешнеполитической активности.
Только надо очень внимательно следить за руками, поскольку наперстки двигаются очень быстро. Да и вообще договоренности с шулером – бессмысленное занятие. А твиты мы переживем.