У европейских институтов есть такой жанр – «пожурить Украину». Используют его редко. Во-первых, потому что это «наш сукин сын». Во-вторых, слишком уж критикующий рискует нарваться на ответку какого-нибудь Гончаренко или Ляшко и обвинения в работе на Путина. Кому оно нужно, спрашивается, с сумасшедшими ругаться?
Но иногда всё же приходится. В особенности, когда Украина в своём патриотическом угаре начинает пакостить не только России, а кому-либо ещё.
Нелёгкий труд
В этот раз тяжкая доля осторожно покритиковать выпала Венецианской комиссии (ВК). Языковой и региональной политике на Украине не хватает гибкости и баланса, аккуратно заметили европейские эксперты. И советуют изменить украинский закон о государственном языке таким образом, чтобы эта несбалансированность не становилась «...источником межэтнической напряженности».
Дальше и вовсе камеди-клаб. «Чемпионат России по патриотизму» видели? Вот и ВК критикует Украину, но очень патриотично. Сначала вспоминает об угнетении украинского языка в прошлом. В каком прошлом? Во время одной из нескольких волн украинизации в УССР? Ок, ладно, угнетали – и что дальше? А дальше, говорит комиссия, власти Украины – большие молодцы, что преодолевают последствия этого угнетения, предоставляя «...каждому гражданину Украины возможность овладеть языком через систему образования» и содействуя «...доступу к фильмам и другим культурным продуктам на украинском языке».
Чисто для справки: доступ к фильмам на украинском языке на Украине организовали ещё лет 10-12 назад. С тех пор посмотреть фильм на каком-либо другом языке (без обязательных субтитров) невозможно.
«...в некоторых областях закон о государственном языке предусматривает использование языков меньшинств параллельно с государственным языком», – продолжает комиссия, доходя, наконец, до критики. Это предусмотрено в «Законе о меньшинствах». Только закона этого не существует в природе, есть только проекты. А учитывая, как урезались языковые права нацменьшинств с 2014 года, наивно ждать, что он появится.
Удивляет даже не упорное нежелание ВК называть вещи своими именами. А то, что это нежелание у неё появилось в последние пару лет.
Осенью 2017 года Украина приняла новую редакцию закона «Об образовании». По сути это вторая часть закона «О государственном языке»: сплошные «запретить, не пущать, строго карать». Закон запретил нацменьшинствам получать образование на родном языке: такие классы больше не формируют. Остались лишь уже сформированные классы, им дали время на адаптацию до 2020 года.
Ровно два года назад, в начале декабря 2017 года, ВК на это безобразие отреагировала: «...новый закон не даёт решения для языков, которые не являются официальными языками ЕС, в частности, русского языка, как наиболее широко используемого негосударственного языка». Чётко, по делу и без похвальбы несуществующим законам.
Нет, толку от этого вердикта и в 2017-м было немного. Решения комиссии носят рекомендательный характер, к тому же Украина даже не кандидат в члены ЕС и не обязана тут же менять свои законы под эти рекомендации. Но два года назад комиссии по крайней мере хватало смелости называть белое белым, а чёрное – чёрным.
Единым фронтом
Немного предыстории. За несколько дней до нового заключения ВК стало известно о том, что Венгрия и Россия решили объединить усилия против дискриминационных поправок в закон «Об образовании». И хотя этнических венгров на Украине всего 150 тысяч, Венгрия в борьбе за их права попортила Украине крови гораздо больше, чем Россия. В частности, вот уже больше двух лет она блокирует заседания Совета Украина – НАТО. И обещает делать это до тех пор, пока Украина перестанет нарушать права человека. То есть венгров.
Однако на тон оценки ВК повлияло, скорее, даже не это наметившееся ситуативное партнёрство Москвы и Будапешта, а то, что заявление ВК прозвучало на фоне встречи «нормандской четвёрки» (Н4).
Шпагат
Позиции Европы откровенно не позавидуешь. С одной стороны, она обязалась политически поддерживать Украину до «завершения агрессии» и «возврата захваченных территорий». С другой – есть объективный факт: Украина систематически нарушает культурные права национальных меньшинств. Более того, как раз чётко артикулированная угроза их нарушения и привела в 2014 году к отпадению Крыма и части Донбасса от Украины.
То есть все эти украинские законы – это нечто большее, чем какие-то классы, школы, буквари, язык преподавания и показа кинофильмов. Это одна из базовых причин начала политического кризиса. По сути заниматься этими законами должна не беззубая ВК, а как раз Н4. Или хоть кто-то, имеющий реальное влияние на Украину. И не мытьём, так катаньем уламывать: смягчите свои законы, гарантируйте права меньшинств.
Немыслимое
И тут мы подходим к главному противоречию: для этого придётся признать, что Россия – не агрессор. Что русское и русскоязычное население регионов Украины – тоже люди, а значит, у них есть права. Уж точно не меньше, чем у венгров. И права эти нарушались одним государством и их защитило другое. Имела ли Россия право вмешиваться? А вот имела.
«Первоочередное внимание к правам человека лежит в основе наших усилий по предотвращению конфликтов, а это должно быть наивысшим приоритетом», – обозначил этот принцип в прошлом году генсек ООН Антониу Гутерриш. А дискуссия о соотношении прав человека и государственного суверенитета так или иначе сходится на том, что лишь при соблюдении прав и свобод суверенитет имеет смысл. К слову, как раз поэтому Украина упорно стремится уличить Россию в мифических нарушениях прав человека по отношению к крымским татарам, прихожанам «Киевского патриархата».
В Киеве прекрасно знают, что в нынешнем мире права человека важнее суверенитета. Только сами этот же принцип исповедовать не спешат.
В общем, если идти по тому пути, Европе придётся признавать себя кругом неправой, признавать Крым прецедентом (полное потрясание основ) и отматывать ситуацию к февралю 2014-го. Никто на такое не пойдёт, конечно же.
Поэтому конфликтом в Донбассе занимается «нормандская четверка», а дискриминацией меньшинств – Венецианская комиссия. И аккуратненько так, обливая свои заявления литрами сахарного сиропа. Чтобы, не дай бог, не получить в ответ скулёж из Киева: «Как вам не стыдно, вы своей оценкой поддерживаете позицию Москвы».
Хотя нет никакой особой позиции Москвы. Есть необходимость соблюдения прав человека любой национальности. Даже если это русские.