Проведением спецопераций, целью которых является уничтожение людей на чужой территории, занимались именно британские спецслужбы. И этому есть многочисленные исторические свидетельства, заявила официальный представитель российского внешнеполитического ведомства Мария Захарова. «При этом они всегда были мастерами по попыткам, во многом удачным, выдавать свои преступления за чужие», – заявила Захарова в программе «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым» на телеканале «Россия 1».
Предыдущее высказывание представителя нашего МИДа на эту тему датируется апрелем, то есть было сделано в разгар скандала вокруг Скрипалей, и оно наделало заметно больше шуму. Тогда Мария Захарова вспомнила «англичанке» давнюю и не очень историю: убийства императора Павла I и Распутина. Обсуждение общеизвестных фактов участия в обеих этих спецоперациях британских посольств и отдельных их сотрудников не умолкает до сих пор.
Сейчас же речь идет о событиях относительно недавних, которые условно можно датировать второй половиной ХХ века. А это уже тот период времени, когда существует реальная доказательная база, а не только мышьяк, в диком количестве обнаруженный в останках Ивана Грозного. Мышьяк ведь мог не только английский лекарь подмешивать, но, например, любимый друг царя Богдан Бельский. А он, в свою очередь, был по происхождению литвин, то есть потомок «отъехавшей в Московию» польско-литовской шляхетской фамилии. Но обвинять Варшаву или Вильнюс в отравлении Ивана Грозного пока никому в голову не приходит. Хотя бы просто потому, что полякам такое поведение было не свойственно, а вот англичанам – всегда.
Есть в Оксфорде профессор-советолог старой школы Роберт Сервис, автор классических в Британии биографий Ленина, Сталина и Троцкого. Помимо откровенно троцкистских исследований, профессор написал еще и книгу «Шпионы и комиссары: русские большевики и Запад» (на русский язык еще не переведена), вызвавшую небольшой переполох в почтенном сообществе британской разведки. И, отбиваясь от не всегда академических обвинений в свой адрес, он написал в Daily Mail: «Сегодня британским спецслужбам не позволяется вести подрывную деятельность против иностранных государств и убивать зарубежных политических лидеров». По его мнению, «Уайтхолл хочет сделать вид, будто так дело обстояло всегда, будто у Британии абсолютно чистые руки. Но наши руки не всегда были чисты – они были такими же грязными, как и у всех остальных».
В Британии исторически отношение к разведке и службе в ней принципиально отличается от общемирового. Англия – преимущественно шпионская страна. Изолированное островное положение еще с елизаветинских времен породило перекос в сторону использования тайных операций для достижения европейского или даже мирового господства. На это наложился и специфический менталитет британского правящего класса с его «игровой психологией» джентльменов, дух которых веками воспитывается в частных школах через спорт и представление о жизни как о большой спортивной игре. Отсюда и англоязычный термин our game – «наша игра», так на профессиональном сленге называют шпионаж.
Шпионаж стал восприниматься как спорт в международном масштабе, а на службу в разведку шли представители известных аристократических родов. С разведкой сотрудничали выдающиеся английские писатели, поэты, журналисты. Только в ХХ веке с британской разведкой были связаны выдающиеся писатели Сомерсет Моэм, Грэм Грин, Энтони Берджес, Ян Флеминг, Джон Ле Карре, Фредерик Форсайт и Артур Кестлер. А в истории были Кристофер Марлоу, Джонатан Свифт и Даниэль Дефо.
Все это коренным образом отличается от континентального отношения к разведке. Эта профессия не считалась в Европе достойным занятием для традиционной аристократии, поскольку требовала серьезного внутреннего насилия над «дворянским духом», кодексом чести и тому подобными неполитическими убеждениями. Полететь с шашкой наголо на вороном коне на артиллерийские позиции врага – это достойно европейского, в том числе и русского аристократа. А вот воровать чужие секреты, склонять симпатичных людей к предательству своей Родины или хотя бы правящего класса, подкупать, врать и злословить – как-то неправильно. Но в английской военно-политической и дипломатической традиции – это нормально. Как и организовывать убийства неугодных граждан других стран.
Самым обсуждаемым событием такого рода, если на время забыть о принцессе Диане, стало убийство Патриса Лумумбы, первого премьер-министра Конго после получения независимости от Бельгии в 1960 году. Изначально в убийстве Лумумбы обвинялись бельгийские военные и даже лично король Бодуэн. Лумумба считался личным врагом короля Бодуэна после того, как во время визита бельгийского монарха в Конго нарушил протокол и произнес незапланированную речь. В ней он оскорбил Бодуэна и произнес ставшую знаменитой фразу «Мы больше не ваши обезьяны!» ("Nous ne sommes plus vos singes!").
Брюссель пытался переложить всю ответственность на местных дикарей (Лумумбу сутки пытали, потом расстреляли, тело расчленили, растворили в кислоте, а что осталось, на всякий случай еще и сожгли). А конкретно – на местного деятеля Годфруа Мунонго, более известного как король племени йеке Мвенда VI, но тот отмахнулся одним словом: «Докажите!».
В 1992 году уже сильно немолодой Мунонго неожиданно заявил, что готов рассказать всю правду о гибели Лумумбы, но скончался за несколько часов до объявленной пресс-конференции, грозившей стать сенсацией. Все списали на возраст короля джунглей, но осадок остался.
Следующими виноватыми стали американцы, поскольку выяснилось, что и президент Дуайт Эйзенхауэр одобрил планы ЦРУ по физической ликвидации Лумумбы. Лэнгли разработало несколько планов – от использования снайпера до коллекции ядов. Но в итоге остановились на операции «Голубая стрела» – похищении Лумумбы и передаче его местным политическим и племенным противникам.
Но в 2010 году вдруг выяснилось, что ключевую роль во всей этой истории сыграла баронесса Дафна Парк, «королева британской разведки», женщина-легенда, «Джеймс Бонд в юбке», отдавшая службе в британской разведке 30 лет. Среди прочего она была знаменита тем, что ей в 1954 году, будучи вторым секретарем посольства в Москве, удалось добыть страшно секретное расписание поездов советских железных дорог. В 1960 году Дафна Парк работала консулом в Леопольдвилле (современная Киншаса) и лично организовала весь процесс похищения Патриса Лумумбы. ЦРУ обеспечивало техническую поддержку, непосредственно пытали и стреляли представители племен йеко и тетеко под командованием бельгийцев, но ответственной за всю операцию была именно баронесса Парк.
Обнародовал эту информацию не кто-нибудь, а еще одна аристократическая легенда британской разведки – сэр Дэвид Эдвард Ли, барон Крондал, член палаты лордов, владелец чудовищных размеров одноименного поместья под Фарнборо, увешанный десятками медалей за службу Империи. Ранее сэр Дэвид не был замечен в тиражировании фальшивок. Он утверждает, что баронесса Парк, которая никогда не была замужем и не имела детей, поведала ему как конфиденту за чашкой чая о своей роли в убийстве Лумумбы за несколько месяцев до своей смерти.
Опровергать эту информацию кинулось почему-то посольство Британии в Москве, хотя их это совершенно не касалось, поскольку скандал все-таки в первую очередь внутрибританский. Представитель посольства сказал, что «данные заявления не соответствуют предыдущим комментариями леди Парк на эту тему». «Как было ранее заявлено Форин Офисом, главой разведки и позднее самой леди Парк, умершей в 2010 году, британское правительство не совершает убийства и не дает санкций какой-либо стороне сделать это», – было сказано в сообщении. Трогательно, но не очень убедительно.
Пиком такого рода тайных операций, которые проводил оперативный департамент MI6, стали 70-е годы. В 1976 году в Нигерии был убит военный диктатор страны генерал Муртал Мохаммед. В 1977 году в Уганде был убит архиепископ Джанани Лувум, пытавшийся перечить Иди Амину и британскому послу. В том же 1977 году и опять в Конго был убит Мариан Нгуаби, еще один просоветский лидер, ставший главой страны в возрасте 29 лет, будучи кадровым военным и председателем ЦК Конголезской партии труда. Расследование этого убийства не закончено до сих пор и сопровождается множеством конспирологических версий. Так, на следующий день был похищен и убит кардинал Эмиль Бияенда, с которым Нгуаби встречался перед смертью. А старший сын конголезского социалиста Мариан Нгуаби-младший погиб впоследствии при невыясненных обстоятельствах. В СССР открыто утверждали, что убийство Нгуаби – результат заговора внешних сил, по тогдашней терминологии – «преступный акт империализма».
Особо надо отметить, что все описанные события удачно списывались на местные обстоятельства,
о чем и сказала Мария Захарова. Один из принципов поведения британской разведки – разделение ответственности. Все части операции разделены настолько, что в случае провала их по отдельности можно списать на некие легальные события или, на худой конец, на работу легальной резидентуры, а связать их в одну цепочку уже не получится. Виноватым всегда окажется какой-нибудь король Мвенда VI, а не леди Парк, даже если британские уши торчат из-за каждой портьеры.
Отдельная история – Йемен, историю которого после провозглашения независимости постоянно сотрясали перевороты и политические убийства, где так или иначе была видна рука Империи. В том же 1977 году был убит до сих пор самый популярный в истории Йемен политик и военный – президент Северного Йемена полковник Ибрагим Мухаммед аль-Хамди. Через год был убит глава Южного Йемена, герой борьбы против английских колонизаторов Салем Рубайя Али.
Убийства йеменских политиков долгое время приписывали проискам пустынных племен, находившихся под влиянием Саудовской Аравии (племя аль-ахмар, например), которая не могла потерпеть объединения Йемена вне зависимости от идеологии. Но это уже классика жанра: мотором большинства политических убийств и переворотов в Йемене были англичане, считавшие эту землю чрезвычайно важной для Империи, и ее потерю – кровной обидой.
Советская и уж тем более российская разведка никогда не организовывали убийств иностранных политических деятелей или даже покушений на них. Не было и попыток насильственной смены государственного строя. Все страшилки, которыми пользуются в Британии, связаны с очень коротким временным отрезком, известным как «судоплатовский», в ходе которого были физически ликвидированы руководители украинского националистического подполья (Бандера, Ребет), и никто кроме них. Но и эта практика была прекращена в 60-х годах.
Мир шпионажа так устроен, что попытка имплантировать в него некий морально-этический фактор всегда выглядит врачебной ошибкой хирурга. В СССР «эксы», политический террор и насильственное вмешательство в жизнь других стран были запрещены не столько по морально-этическим мотивам, сколько по соображениям стратегической политики. Москва исключительно дорожила международным правом, которое даже после Хельсинкской конференции обеспечивало незыблемость европейских границ. И потому нарушать писаные и неписаные нормы мирового общежития считалось стратегически опасным, чтобы не давать повода для дополнительных нападок на Советский Союз как на «империю зла». Достаточно было «прав человека», которые изо всех щелей лезли. «Афганский эксцесс» с гибелью Хафизуллы Амина, на который любят ссылаться не столько в Британии, сколько в российской либеральной среде, до сих пор остается спорным эпизодом. Так что попытки представить «эксы» как некую советско-российскую «традицию» как минимум не историчны.
Но и апеллировать к британской исторической памяти бессмысленно. Поведение британской разведки в третьих странах всегда было, мягко говоря, развязным и откровенным, но в Лондоне это воспринимается скорее как доблесть, нежели ошибка или преступление. Даже нынешняя эпоха политкорректности ничего в этом не изменит. В конце концов, вымышленный литературно-кинематографический персонаж с «лицензией на убийство» – герой британского фольклора, а не советско-российского.