По итогам переписи населения Нью-Йорка выяснилось, что каждый день Большое Яблоко безвозвратно покидает сто человек. Это самый большой показатель со времен Великой депрессии 1929 года. Среди «эмигрантов» преобладают представители среднего класса – учителя, медсестры, полицейские. Разрыв между их доходами и непрерывно растущим уровнем жизни в мегаполисе достиг таких значений, что проще и дешевле становится покинуть город.
Не лучше ситуация и в Сан-Франциско. Согласно недавнему опросу, 42% жителей планируют в ближайшее время уехать из города. Два года назад собирались уехать 34% опрошенных. На самом деле, во Фриско находятся штаб-квартиры крупнейших ТНК и IT-компаний, которые предлагают сегодня самые лучшие зарплаты в США. Однако даже люди с доходом 200 тысяч долларов в год чувствуют себя в Сан-Франциско чрезвычайно неуверенно. Стоимость жизни растет опережающими темпами по сравнению с ростом зарплат. А рост цен на жилье вообще превосходит всякое понимание.
Сегодня медианная цена на кондоминиум в Сан-Франциско составляет 1,3 миллиона долларов. В реальности найти дом на продажу меньше, чем за миллион долларов, здесь невозможно. В 2014 году американские соцсети и СМИ взорвало объявление о продаже в Сан-Франциско крошечного домика площадью 16,5 кв. метра. Продажная цена составляла 1,98 миллиона долларов.
Та же ситуация с недвижимостью в Нью-Йорке, Лондоне, Амстердаме, Париже. Привлеченные высокими зарплатами образованные представители среднего класса приезжают в эти мегаполисы со всех концов света. Однако очень быстро они понимают, что практически всю их зарплату съедает аренда, кредит на машину и постоянно растущий в цене образ жизни. Купить квартиру в мегаполисе могут позволить себе либо арабские шейхи, либо китайские коррупционеры. Помыкавшись некоторое время, средняя семья уезжает либо в далекий пригород, либо в другой город, где соотношение доходов и цен на жилье заметно гуманнее.
В ожидании неминуемого экономического кризиса реальные активы кажутся единственной надежной гаванью для сбережений. Это стимулирует бесконечный рост цен на недвижимость в больших городах. Растущая цена толкает вверх налоги. Вынужденные платить больше налогов государству, домовладельцы задирают цены на аренду. В этом круговороте даже высокооплачиваемый служащий просто не успевает за ростом цен.
Дополнительно стимулирует ралли арендных ставок развитие туризма. Хозяева квартир в Лондоне, Нью-Йорке, Амстердаме давно смекнули, что сдавать их посуточно через Airbnb выгоднее, чем на длительный период. Таким образом, с рынка вымываются недорогие квартиры. Это уже сделало центральные районы европейских столиц полностью заточенными под нужды богатых путешественников. Местные арендаторы со средними доходами вынуждены уезжать подальше. Так, в историческом Париже живет сегодня всего два миллиона человек, более 12 миллионов парижан обитают в пригородах.
Мегаполисы сегодня – символ растущего расслоения общества. Это видно даже невооруженному взгляду туриста. Исторический центр – это скопище роскошных отелей, прославленных музеев и ресторанов. Несколько остановок на метро – и ты уже в унылом и небезопасном районе новостроек. Город как целое перестает существовать. Слишком режет глаз граница между люксовым центром и депрессивными окраинами.
Сегодня в больших городах проживает все больше сверхбогатых граждан из всех стран света. Растут и гигантские гетто для мигрантов. А вот средний класс, обычные горожане постепенно исчезают из мегаполисов. Рано или поздно они понимают, что лучше переехать, чем каждый месяц тратить ползарплаты на аренду крошечной комнаты, не имея ни малейшей надежды когда-нибудь купить себе отдельную квартиру.
На первый взгляд, этот большой исход напоминает стандартную процедуру в жизни среднего класса на Западе: заработав денег на коттедж в пригороде, семья уезжает из большого города, чтобы растить детей на природе. Этот тренд существовал с 1960-х гг. Однако сегодняшняя эмиграция из городов выглядит совсем по-другому.
В 1960–1970-е средний класс численно рос год от года. Переезжая в благополучный пригород, меняя квартиру на коттедж, семьи значительно повышали свой уровень жизни. Сегодня речь идет только об экономии. Не в силах платить аренду за городскую квартиру, молодежь уезжает в небольшие города с низкой арендной платой, сводит расходы к минимуму и работает по интернету. Заводить детей в таких условиях становится непозволительной роскошью. Метаморфозы сегодняшних мегаполисов отражают общий тренд на исчезновение среднего класса как такового.
Научные сотрудники Оксфордского университета подсчитали, что за 30 лет – с 1980 по 2010 гг. – число богатых и бедных семей в Лондоне выросло на 80%. За то же время число семей со средним доходом сократилось на 43%. Соответственно отрегулирован и рынок труда в больших городах. На одну высокооплачиваемую вакансию здесь приходятся сотни вакансий, оплачивающихся по минимальным ставкам – курьеры, официантки, операторы колл-центров. Население больших городов все быстрее разделяется на сверхбогатую прослойку домовладельцев и обслуживающий ее персонал, еле выживающий на нищенскую зарплату.
Если этот пузырь на рынке недвижимости не лопнет, то к 2045 году, по прогнозам экспертов, радикальное расслоение охватит все страны «золотого миллиарда». Население их будет состоять из крошечной прослойки элиты и гигантского, бесправного и полуголодного прекариата. К каким социальным бурям это приведет, можно только догадываться.
Мировые мегаполисы повсюду сталкиваются с проблемой переоцененной недвижимости и растущей стоимости жизни. Проблема эта решается по-разному. Китайским мегаполисам помогает огромное жилое строительство. Купив квартиру в ипотеку, семья зачастую сдает ее, чтобы легче было выплачивать кредит. На рынке аренды существует огромное предложение. Это заметно тормозит рост арендных ставок и позволяет даже сегодня снять квартиру в Пекине за скромные 500 евро в месяц – в три раза дешевле, чем в Париже, и в четыре раза дешевле, чем в Лондоне. Позволяет выживать горожанам и относительно небольшая стоимость жизни – продуктовой корзины, коммунальных услуг.
Баланс между нуждами горожан и развитием мегаполиса удается пока поддерживать и Москве. Девальвация рубля, снижение цен на жилье и активное строительство позволяют людям покупать квартиры в ипотеку. Большое предложение держит арендные ставки на невысоком, по мировым меркам, уровне.
Иногда, правда, граждане, по недоразумению причисляющие себя к «элите», начинают возмущаться, что Москва не Лондон. Недавно сотрудница КБ «Стрелка» Елена Короткова расхвалила западную модель джентрификации и констатировала, что в Москве она не проводится из-за «социальной политики» государства. По мнению Коротковой, пенсионеры и люди с низкими доходами в центре столицы сталкиваются с большими проблемами.
Выглядело это интервью как прямолинейное лоббирование интересов элитных застройщиков, заинтересованных в постоянном росте цен на квадратные метры, и немедленно взорвало соцсети. Хейтеры обвиняли Короткову в социал-дарвинизме. Сторонники напирали на то, что у нас капитализм и бедным действительно стоит очистить центральные районы.
Однако уроженка Казахстана Короткова не подумала о том, что в случае, если Москва действительно станет «как Лондон», цены на аренду здесь вырастут так, что понаехавшие в столицу представители креативного класса их просто не потянут. Придется провинциальным сотрудникам «Стрелки» снимать комнатку без окна у МКАДа или студию где-нибудь в Троицке. И, разумеется, самой Коротковой никогда не удастся продать свою квартирку в казахском городе Таразе и купить себе недвижимость в Москве.
Джентрификация и связанный с ней рост социального расслоения – одна из тяжелейших социальных проблем США и Европы. Она бьет прежде всего по среднему классу. За раздвоением мегаполисов – на резервации для богатых и гетто для неимущих – стоят миллионы человеческих и семейных трагедий.
Исход среднего класса из больших городов лишает мегаполисы самой их души. Ведь именно трудящиеся горожане – бюргеры, буржуа – и создали когда-то все эти великие города, которые изгоняют их сегодня.