Известный своими феерическими заявлениями министр инфраструктуры Украины Владимир Омелян выступил с новой смелой идеей. Теперь он заявил на своей странице в социальной сети Facebook* о том, что у Украины есть возможность стать «мировым центром» производства электромобилей. По мнению украинского министра, для этого вполне достаточно того факта, что на Украине расположены «богатейшие месторождения лития и кобальта в Европе», которые и станут основой целой новой отрасли украинской экономики.
Правильно ли министр Омелян понимает суть нового сегмента автомобильной индустрии и роль в нем указанных промышленных металлов – и насколько Украина готова к столь смелым планам недалекого украинского чиновника?
Металлы нового века
Действительно, современная промышленность, производящая электромобили, критически зависит не от никеля или ванадия, которые были символами автомобильной индустрии середины ХХ века, а от иных металлов. Связано это в первую очередь с тем, что в электромобилях отсутствует тот элемент, который раньше отвечал за хранение энергии в классическом автомобиле – бензобак.
Вместо бензобака в современных электромобилях используется тяжелая, но эффективная электрическая батарея – аккумулятор. Можно сказать, что сам электромобиль сегодня представляет собой «аккумулятор на колесах» – вес мощной батареи может составлять от четверти до трети веса самого автомобиля. Так, например, в популярной модели электромобиля Tesla S производства одноименной компании литий-ионный аккумулятор весит около 540 кг при собственном весе машины в 2250 кг.
Основной компонент любого аккумулятора – это металл. Связано это со спецификой хранения энергии в химических аккумуляторах – электричество в них запасается в виде химической связи различных металлов с кислородом воздуха. Литий и кобальт – одни из популярных вариантов таких металлов, хотя они отнюдь не уникальны в качестве элемента хранилищ: также в батареях широко используют цинк, никель, кадмий, марганец, серебро и даже обычное железо. В прошлом основным металлом аккумуляторов был свинец, но для автомобильной отрасли он оказался непригодным – в силу большого собственного веса свинцовой батареи.
Таким образом, литий и кобальт – лишь один из вариантов металлов для автомобильного аккумулятора, хотя на сегодняшний день – самый популярный и широко используемый. Оба этих металла входят в состав так называемого литий-ионного аккумулятора, в котором литий отвечает за основное хранение электроэнергии в химической связи с кислородом, а у кобальта есть иная задача – он позволяет аккумуляторам работать при значительно более низких температурах и повышает количество циклов разряда/заряда одного аккумулятора. Наличие кобальта в аккумуляторах особо критично для автомобилей, так как в противном случае электромобиль на морозе просто превратится в инертный кусок железа без нужного заряда в батарее.
Украинские месторождения лития – глубоко, опасно, дорого
Конечно, выискивать смысл в высказываниях министра Омеляна сродни работе роторного экскаватора на месторождении, который лопатит своими ковшами тонны пустой породы, чтобы таки выдать на обогатительную фабрику крупицы нужного минерала. Просто потому, что украинский министр совсем не утруждает себя использованием собственного мозга в момент произнесения своих очередных «откровений».
Однако, уважая наших читателей, мы все-таки перечислим месторождения кобальта и лития, расположенные на Украине. Благо, в отличие от министра Омеляна, автор этих строк посетил их лично и детально изучил геологическую информацию по ним еще в середине 2000-х годов.
Две основных группы промышленных месторождений лития расположены на востоке Украины – на западе Донецкой и в Кировоградской области. В Донецкой области это Шевченковское месторождение, а на Кировоградщине – Станкуватское и Полоховское месторождения. Об их хозяевах теперь нечего беспокоиться – если еще в середине 2000-х годов месторождения уныло болтались в списке «нераспределенных» в силу низкого спроса на литий, то по состоянию на конец 2018 года все они обрели новых владельцев, связанных со структурами украинских олигархов Фирташа и Новинского, украинского министра энергетики Игоря Насалика и лично президента Украины Петра Порошенко.
Впрочем, пока что получение контроля над месторождениями лития выглядит скорее как «столбление участков». Все дело в том, что в Кировоградской области литиевая руда залегает на глубине около 500 метров, в гранитном массиве, да еще и идет рядом с урановыми жилами. В силу этого ее добыча отнюдь не обещает быть простой и дешевой – и для реализации такого проекта потребуются инвестиции в десятки, если не добрую сотню миллионов долларов.
Ситуация с месторождением в Донецкой области и того интереснее. От Шевченковского месторождения до границы (а точнее – линии фронта) с Донецкой народной республикой всего какая-то сотня километров, в силу чего месторождение явно находится в зоне возможных военных действий. Формально геологические условия на Шевченковском месторождении немного лучше, чем на залежах возле Кировограда. Только вот в Донецкой области ждать западных инвестиций пока точно бесполезно: достаточно вспомнить бесславный конец начинания компании Shell на Юзовской площади сланцевого газа в районе Славянска. В конце 2014 года, после «освобождения» Славянска, компания скромно заявила, что жизням ее сотрудников угрожает опасность на Украине – и по-быстрому смотала все свои украинские удочки.
Отсюда, в общем-то, следует простой вывод. В ближайшее время украинский литий мало кому нужен. Так как кроме объема руды (а резервы литиевых руд на Украине и в самом деле крупнейшие в Европе и составляют около 500 млн тонн) необходимо еще иметь условия для ее добычи. А их на Украине сегодня нет и в помине. Украинский литий пока что дорогой, опасный и никому особо не нужный.
Украинский кобальт – намного хуже, чем в Конго
Ситуация с кобальтом в мире немного отличается от ситуации с литием. Если литий достаточно широко распространен, то кобальт – гораздо более редкий элемент. По состоянию на середину 2010-х годов в мире были разведаны месторождения, способные дать человечеству не более 7,5 млн тонн кобальта. При этом его потребление росло как на дрожжах: если в 1995 году на все начинания человечества уходило лишь порядка 24 тыс. тонн кобальта, то уже к 2008 году люди ежегодно потребляли около 61 тыс. тонн.
За последние же пять лет потребление и вовсе растет по параболе – в 2017 году во всем мире добыли уже 125 тыс. тонн кобальта. Рост резервов не поспевает за такой интенсивной добычей – в 2016 году геологическая служба США констатировала, что кобальта в мире осталось лишь 7,1 млн тонн. Но будущее и вовсе сулит человечеству «кобальтовую катастрофу» – американское агентство Bloomberg в своем исследовании 2018 года с опорой на мнения экспертов и тенденции в экономике показало, что уже к 2030 году потребление кобальта в мире может вырасти... в 47 раз по сравнению с уровнем 2017 года!
Такая тревожная тенденция уже отразилась на стоимости этого металла: еще в январе 2016 года кобальт стоил около 25 тыс. долларов за тонну, а к концу 2017 года поставил абсолютный рекорд цены, улетев к 95 тыс. долларов за тонну. На сегодняшний день цена кобальта после разумной коррекции, тем не менее, по-прежнему высока, составляя около 60 тыс. долларов за тонну.
Самые богатые месторождения кобальта к настоящему времени открыты в Африке, в Республике Конго. Конго же является и основным мировым поставщиком этого элемента.
Добыча кобальта в этой стране ведется практически на поверхности из богатых руд, в неглубоких шахтах, с широким использованием ручного и детского труда.
Более 100 тыс. конголезских шахтеров ежедневно спускаются в узкие «копанки» – без вентиляции и средств спасения, без какой-либо разведки или крепи, на свой страх и риск. Есть в Конго и крупные предприятия – так, 25% мировой добычи кобальта сосредоточено лишь на одной конголезской шахте Мутанда, которая принадлежит швейцарской компании Glencore.
Не обошла «кобальтовая лихорадка» и Украину. Еще при СССР на Украине были найдены кобальтовые руды. Однако при формально неплохих объемах предварительно разведанной никель-кобальтовой руды (около 129 млн тонн) проблемой украинского кобальта опять-таки являются геологические условия его залегания и тип кобальтсодержащей руды. Все дело в том, что украинские руды – это бедные, окисленные силикатные руды никеля и кобальта. В таких рудах даже содержание никеля, основного металла, колеблется в пределах от 0,4% до 1%. Кобальт же в таких рудах – второй, «скрытый» металл, следующий за никелем, и его содержание гораздо ниже – от 0,05% до 0,09%. В то же время богатые месторождения никеля и кобальта, подобные тем, что есть у Конго, Канады или России, содержат в руде до 35% никеля и до 5% кобальта. Как говорится, «почувствуйте разницу», господа капиталисты.
Таким образом, заявлять о «миллионах тонн» кобальтовой руды на Украине можно, лишь понимая, что кобальта там от силы 100 тыс. тонн. Как на три года работы такого объекта, как конголезская Мутанда.
Именно в силу такого низкого содержания никеля и кобальта в украинских силикатных рудах был закрыт в 1994 году Побужский ферроникелевый комбинат в Кировоградской области. В 2000 году предприятие прошло процедуру полного банкротства, а в 2003 году, после вливания в него около 130 млн долларов иностранных инвестиций, снова начало работу, но уже... на импортном сырье из Индонезии. Как видите, иностранные инвесторы совсем не спешат к украинскому никелю и кобальту, лежащему у них буквально «под ногами», предпочитая возить содержащие их богатые руды через полмира.
И все-таки, поможем Омеляну!
И все-таки в словах Омеляна можно найти крупицу тайного смысла, как можно обнаружить следы кобальта в бедных украинских никельсодержащих рудах.
Все дело в том, что нынешний электромобиль – это не только литий и кобальт, но и критическая масса человеческого труда. Именно в силу этого факта компания Илона Маска до сих пор покупает элементы своего аккумулятора в Китае – это обходится дешевле, чем производить их самим, оплачивая дорогой труд американского рабочего и весьма затратные природоохранные мероприятия в США.
А наглядной особенностью современной Украины стало именно такое состояние дешевой рабочей силы и тотального небрежения к экологии. Страна совсем недавно стала беднейшей страной Европы («обогнав» на этом пути даже Молдавию), ну и экологические скандалы давно преследуют Украину, где состояние охраны природы уверенно колеблется между отметками «плохо» и «хуже некуда».
Поэтому настоящий «рецепт от Омеляна», наверное, должен звучать так: «Работать, рабы, солнце еще высоко!»
Так как «обогнать» Молдавию – это еще полдела. Чтобы выгодно добывать украинские литий и кобальт, надо дотянуться до Конго – и уверенно ее переплюнуть! А там, глядишь, можно и речки начать травить промышленными стоками, если кто-то решит производить на Украине еще и батарейки для электромобилей.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ