Как передает ТАСС, символического «единства с Россией» в ходе празднований в рядах победителя было предостаточно: по завершении выступления Вучича музыканты стали исполнять «Калинку», а зал – подпевать и аплодировать. Избранный президент также поблагодарил Владимира Путина за поддержку. Но не его одного.
7 мая 1999 года американский бомбардировщик уничтожил здание китайского посольства в Белграде
«Особенно хочу поблагодарить госпожу Ангелу Меркель и Владимира Владимировича Путина за то, что имели мужество разговаривать с Сербией и со мной как с главой правительства во время избирательной кампании за 15 дней и за три дня до предвыборной тишины, – спасибо им!», – провозгласил Вучич. Следом в благодарственном списке избранного президента Сербии шли федеральный канцлер Австрии Кристиан Керн, премьер Венгрии Виктор Орбан и глава МИДа Австрии Себастьян Курц.
Политик также уточнил, что получил поздравление от китайского посла Ли Манчанга, который в тот момент летел в самолете. «Не знаю уж, как ему это удалось, но он прислал поздравление», – сообщил сторонникам Вучич.
Отметим, что во многих современных самолетах нет проблем с выходом в интернет в ходе полета – странно, что этого не знает премьер и будущий президент европейской страны. Но вернемся в Белград, где Вучич пообещал сторонникам продолжить путь в Европейский союз, сохраняя при этом добрые отношения с РФ и КНР. «Большинство граждан проголосовали за продолжение европейского пути Сербии при сохранении традиционной дружбы, которая у нас есть с Россией и Китаем, за продолжение тяжелой работы», – заявил он, уточнив, что свой первый визит в новом качестве совершит все-таки в Китай, и «это будет большой визит, очень важный визит».
Первый визит избранного президента действительно считается крайне важным с символической точки зрения. По идее, ничто не мешает Вучичу по пути в Китай приземлиться в Москве. И, выбрав прямой путь в Пекин, новый глава Сербии подал сигнал и своим согражданам, и Европе, и, безусловно, России.
В Белграде еще с 90-х годов существует недовысказываемая на официальном уровне, но регулярно проскальзывающая в разговорах «не под запись» претензия к Москве о недостаточном уровне поддержки.
Самой яркой демонстрацией этого недовольства стало принятое 12 апреля 1999 года (то есть в разгар бомбардировок НАТО) решение парламента Югославии о присоединении к союзу России и Белоруссии. Никаких правовых последствий это решение не имело, да и Россия тогда была не в том состоянии, чтобы суметь повлиять на НАТО и добиться прекращения бомбардировок суверенной страны по надуманным обвинениям и без санкции ООН.
Впрочем, бомбардировками Югославии (не только Сербии, но и Черногории, которую сейчас тащат в НАТО вопреки желанию жителей этой небольшой, но удачно расположенной со стратегической точки зрения страны) Вашингтон и Брюссель добились не только появления квазигосударства Косово (жители которого теперь массово бегут в Евросоюз), но и отрезвления значительной части российского общества и власти, полагавшей, что после окончания «холодной войны» РФ и США теперь «друзья навек» и равноправные партнеры. Начав бомбить Югославию, НАТО продемонстрировало России весьма вероятное будущее, которое случилось бы, если бы наша страна не занялась восстановлением своей обороноспособности.
Как бы там ни было, некоторая обида на то, что Россия в 1999 году «недостаточно вступилась», в сербском обществе осталась.
В новом веке, по мере восстановления позиций Москвы на международной арене, сотрудничество стало углубляться, но теперь уже Белград демонстрировал осторожность и постулировал «неизменность европейского выбора» при «сохранении особых отношений с Россией». Собственно, именно под этими лозунгами сербские политики регулярно одерживали победы и на парламентских, и на президентских выборах.
Впрочем, и Москва не требовала от Белграда невозможного, учитывали отсутствие общей границы и выхода Сербии к морю и понимали, что попытки открыть в регионе российскую военную базу вызвали бы истерическую реакцию Вашингтона и Брюсселя с непредсказуемыми последствиями, а из-за кризиса на Балканах начиналась не одна большая война.
Шли годы, и теперь Белград решил добавить третий компонент в свое достаточно неустойчивое положение между Евросоюзом и Россией.
Китай активно осуществляет экономическую экспансию на всех континентах, но в Европе, как и в Северной Америке, его роль пока что ограничивается традиционной «мировой сборочной фабрикой». Не удовлетворенная своим экономическим и геополитическим положением Сербия вполне может стать для Пекина «точкой входа» в Европу.
Большинство стран мира с некоторой опаской относятся к китайским инвестициям, так как китайцы требуют привлекать своих специалистов и закупать оборудование на своих фабриках, но Сербия может на это пойти. И, судя по заявлению Вучича о «большом и важном визите», готова пойти.
Безусловно, никаких «обид» со стороны России в ответ на намерение Сербии интенсифицировать отношения с Китаем быть не может. Наше сотрудничество развивается вполне успешно, подтверждением этого является и недавний визит Вучича в Москву, и полученное им поздравление от Владимира Путина.
России и Китаю пока удается более-менее успешно договариваться о разделении сфер влияния в Средней Азии, так что более активное взаимодействие Белграда и Пекина вряд ли станет для нас проблемой. В то же время еще один «большой партнер» на Востоке Сербии не помешает. Разбомбив Югославию в 1999 году, США и НАТО не «закрыли» балканский вопрос, а лишь отложили его решение на неопределенное время, переведя конфликт в разряд «замороженных». Но, как известно, «разморозка» подобных конфликтов подчас происходит весьма неожиданно как для третьих стран, так и для их непосредственных участников.
Кстати, у Китая очень хорошая историческая память. 7 мая 1999 года американский бомбардировщик, используя «высокоточное оружие», уничтожил здание китайского посольства. Погибли журналист агентства «Синьхуа» Шао Юньхуань, журналист газеты «Жэньминь жибао» Сюй Синху и его жена Чжу Ин. США выплатили КНР компенсацию, но вряд ли ее хватило для того, чтобы китайцы обо всем забыли.
Было бы наивно думать, что «балканский вопрос» навсегда закрыт. Сербия намерена рано или поздно восстановить справедливость и готова принимать любую помощь.
Главное для Белграда – это, увеличивая число стратегических партнеров, не запутаться в собственных действиях и не прийти к чрезмерному усложнению ситуации. Усидеть на трех стульях еще труднее, чем на двух.