Саудовская Аравия оказалась на пороге коренных изменений. На смену ультраконсервативному варианту ислама – ваххабизму, который главенствует в жизни королевства с момента его основания, должен прийти «умеренный ислам». Об этом в ходе форума для иностранных инвесторов заявил во вторник наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Салман Аль Сауд.

«Мы хотим идти туда, где мы были, к умеренному исламу, открытому для окружающего мира, открытому ко всем остальным религиям», – заявил наследник престола под шквал рукоплесканий в зале. Он добавил, что 70% населения Саудовской Аравии младше 30 лет и государство не хочет потерять еще 30 лет из-за идей радикального ислама и экстремизма, пообещав искоренить эти идеи. 

Это было не единственное смелое обещание принца. Представляя программу экономических реформ «Видение-2030», принц Мухаммед также сообщил о планах построить «с нуля» город на берегу Красного моря под названием NEOM. Стоимость его оценивается по меньшей мере в 500 млрд долларов, а одной из изюминок будущего города может стать мост через Красное море, который соединит Египет и Саудовскую Аравию. Главное же – город будет реальным воплощением мечтаний футурологов, например, количество роботов, по словам принца, превысит в нем количество людей. Роботы будут там выполнять всю физически тяжелую или монотонную работу.

О том, почему королевский двор в государстве, которое многие называют тоталитарным, решился на революцию сверху, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал эксперт института «Диалог цивилизаций» Алексей Малашенко.

ВЗГЛЯД: Алексей Всеволодович, для вас не стало сюрпризом такое революционное заявление принца Мухаммеда?

Алексей Малашенко: В этом нет ничего странного. У саудовцев уже была готова колоссальная программа по модернизации государства и общества, которая включает в себя два этапа: до 2025 и потом до 2030 года. Это означает перестройку всего саудовского общества, в том числе, например, строительство развлекательных центров для молодежи, для западных туристов.

Можете себе представить, как это все будет сочетаться с исламом? Саудовцы пытаются выйти из того, что называют консервативным государством, прилагают огромные усилия в этом направлении. Они выстраивают программу исходя из того, что нефть рано или поздно иссякнет. Поэтому они используют все деньги для модернизации. И не исключаю, что у них это получится, и лет через 15 мы увидим другую Саудовскую Аравию.

Но есть одно но. Я думаю, что это приведет к обострению внутриполитической ситуации. Поднимутся радикальные исламисты, которые будут говорить, что это отход от принципов ислама.

Политическая ситуация уже обостряется. Она всегда была непростой, особенно сейчас, когда грядет новый преемник. Король Салман, который недавно к нам приезжал и ходил по Кремлю с палочкой, родился еще в 1931 году, он не вечен. Он это прекрасно понимает. А вот этот новый парень, получивший западное образование, будет трансформировать страну. Как говорится, дай ему Бог удачи, но реакция будет очень жесткой. Мы увидим в самое ближайшее время жесточайшее сопротивление. Они готовятся к этому. Поэтому они развернули упорную борьбу против ИГИЛ*, против многих других радикалов. Ситуация безумно интересная.

Как ни странно это звучит, но когда-то в Саудовской Аравии была даже компартия. У меня дома даже лежит ее флаг. Еще в 80-е годы саудовские коммунисты говорили мне, что фанатичный ислам, исламизм вызовет однажды крайний протест. Они еще тогда предрекали раскол в обществе по идеологической линии и предлагали мне «подождать 20–25 лет», пока придет новое поколение.

Между прочим, попытки либерализации уже происходили в королевстве, причем дважды. В 60-е годы там возникла потрясающая организация под названием «Свободные эмиры» – по аналогии с египетскими «Свободными офицерами», которые тоже пытались все изменить, устроить революцию. Но всех пересажали и расстреляли. Потом была новая попытка реформ в 80-е годы, тоже тщетная. Теперь, с третьего раза, у реформаторов может получиться.

ВЗГЛЯД: На какие общественные слои этот принц сможет опираться?

А. М.: На новую молодую элиту. Там кончается династия детей короля Сауда. Приходит даже не второе поколение, а третье. Вот этот молодой Мухаммед будет ориентироваться на Запад, но при этом он будет использовать отношения с Россией как рычаг для давления на Запад. Если у него получится, то возникнет качественно новое государство. Если не получится, будет кошмар. А если принца ухлопают? Там было такое количество терактов вокруг Каабы...

ВЗГЛЯД: В какой степени спецслужбы смогут защитить принца от покушений? Сможет ли он найти опору среди силовиков?

А. М.: Будет полный раскол по всем линиям: трещины пройдут по спецслужбам, по армии, даже по нефтяной индустрии. Сейчас саудиты чувствуют себя великим государством, хранителем двух святынь – Мекки и Медины. И вдруг они начинают заниматься построением развлекательных центров. Это нужно переосмыслить, понять. Все это очень сложно.

ВЗГЛЯД: Вы упомянули «новую элиту». Насколько это мощный слой?

А. М.: Очень мощный. Но ему тоже противостоит солидный слой. Конечно, нефть контролируется династией. Но внутри самой династии есть ребята, которые искренне верят в исламизм. Плюс ко всему в Эр-Рияде прекрасно понимают, что если они будут модернизироваться, как планируют, то впечатление от Аравии как всемирной опоры великого традиционного ислама может ослабнуть.

Саудовцы могут так авторитет потерять. Могут усилиться их проблемы со странами Персидского залива, не говоря уж о проблемах с Ираном. В любом случае наступают великие перемены, которые скажутся на всем мусульманском мире.

ВЗГЛЯД: В Саудовской Аравии живет шиитское меньшинство, ориентированное на Иран. И живет как раз в той провинции, где сосредоточены нефтепромыслы. Говорят, до сих пор оно подвергалось дискриминации. Если ослабнет центральная власть, шииты не попробуют отомстить за свои обиды?

А. М.: Сейчас там возникла дурацкая средневековая ситуация, когда шииты и сунниты враждуют. Но если начнется такая перестройка, то новым властям будет наплевать, кто шиит, а кто суннит. Им ближе дух современности. Предположим, что и в Иране тоже продолжится модернизация, начатая нынешним президентом. Если и тут и там у власти окажутся модернизаторы, то ребята между собой договорятся, даже при всех сложностях.

ВЗГЛЯД: В общем, саудовское государство не начнет разваливаться от такой перестройки?

А. М.: Время ускоряется. Повсюду обостряется конфликт консерваторов и модернистов. Для саудитов эти перемены будут еще более болезненными, чем в других странах. Но в этот раз, я думаю, может получиться, когда Мухаммед взойдет на престол. Думаю, это может произойти уже в ближайшее время, все-таки сам Салман совсем болен.

ВЗГЛЯД: Каким вам видится это государство в будущем? Ближе к нынешней Турции? Может ли возникнуть светская парламентская республика?

А. М.: Нужен новый Ататюрк. Станет ли Мухаммед бен Салман Ататюрком? Не знаю. Замашки у него есть. Но в Турции Ататюрк возник, когда Оттоманская империя потерпела поражение в Первой мировой войне и развалилась. Светское государство появилось как реакция на поражение исламизированной империи. Что тут будет – черт его знает. Но парень настроен очень радикально.

ВЗГЛЯД: Мухаммед еще пообещал построить NEOM – фантастический «город будущего». Эти планы сбудутся?

А. М.: Они построят. Когда в саудовских самолетах пассажирам начнут подавать виски – вот это будет настоящий переворот. А это будет!

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ