После окончания срока перемирия, не оправдавшего возложенных на него ожиданий, сирийские правительственные войска были вынуждены отражать сразу несколько попыток контрнаступлений со стороны различных террористических группировок, в первую очередь в районе Алеппо. Правда, в середине недели центр боевых действий сместился в провинцию Хама, но, несмотря на географическую удаленность, это звенья одной цепи.
Город стал символом борьбы христиан за выживание в условиях религиозной войны
Еще в понедельник джихадистская группировка «Джунд аль-Акса» («Солдаты аль-Аксы» – по названию иерусалимской мечети), уже несколько лет контролирующая несколько населенных пунктов севернее Хамы, предприняла попытку расширить свою зону влияния. Для этого она организовала несколько атак в направлении административного центра провинции и в район военного аэродрома, базируясь в крупном по местным меркам городе Маардесе. «Джунд аль-Акса» уже два года удерживает этот стратегический пункт на трассе М5 (Дамаск – Хомс – Хама – Алеппо), мешая снабжению как сирийских войск, так и мирных жителей в Алеппо.
Помимо Маардеса, «Джунд аль-Акса» контролирует несколько деревень неподалеку на самой трассы и вокруг нее, включая село Маан и окрестности города Морека (Мурака). Идеология этой группы и принципы ведения войны стали широко известны еще в феврале 2014 года, когда джихадисты штурмом заняли село Маан и учинили там расправу над мирными жителями, убив 25 местных ополченцев и более 60 гражданских, в подавляющем большинстве женщин, детей и стариков. Дело в том, что население Маана – алавиты, единоверцы Башара Асада, религиозная группа, подвергающаяся террору со стороны радикальных исламистов-суннитов.
Примерно та же ситуация и в Мореке – преимущественно христианском городе, население которого до войны насчитывало около 15 тысяч человек. Морек несколько раз переходил из рук в руки в 2014 и 2015 годах, но в один из периодов «Джунд аль-Акса» контролировала Морек около года, превратив некогда цветущий поселок, жители которого в основном выращивали финики, в пустыню. Обладание Мореком было важно не только с точки зрения контроля над участком дороги М5, но и чисто психологически – с точки зрения религиозного и политического расклада в Сирии. Христианские общины нуждались в защите от джихадистов, и город стал символом борьбы христиан за выживание в условиях религиозной войны. Теперь Морек – мертвый город.
Изначально «Джунд аль-Акса» целиком состояла из «борцов за веру» несирийского происхождения, а формировалась и финансировалась из Саудовской Аравии. Возможно, именно этим объяснялось лояльное отношение к данной группировке со стороны США и руководимой ими коалиции, которая никак не реагировала на зверства в Маане и Мореке. До сих пор англоязычные источники упорно занижают число замученных в Маане (по американским данным, был убит «всего» 21 человек, из которых «только половина» женщины и дети).
К началу 2015 года группировка понесла большие потери и пополнилась местными сирийцами салафитского толка, а к осени объявила себя частью «Аль-Каиды*» и даже принесла извинения за то, что несколько раз вступала в бои с частями ИГИЛ*. В феврале этого года около 400 бывших бойцов «Джунд аль-Аксы» отправились на помощь «ан-Нусре», а сама группировка перешла в наступление на Ханасер, теперь уже поддерживая атаку ИГИЛ. Бои за Ханасер длились больше недели, город переходил из рук в руки, но в конце концов при поддержке российской авиации правительственным войскам и союзникам удалось отбить его обратно.
Нужно понимать, что «Джунд аль-Акса» – одна из самых активных группировок людоедского направления, просто в силу относительной немногочисленности и удаленности от основного района боевых действий в Алеппо она не была на слуху. США объявили ее террористической организацией всего два дня назад – 20 сентября. То есть уже после того, как она перешла в наступление на Хаму, и через два года после резни в Маане.
Правительственные войска отбили первоначальные атаки «Джунд аль-Аксы», и тут вдруг выяснилось, что в боях у Хамы в союзе с джихадистами активное участие принимают части так называемой Свободной сирийской армии (ССА) – главного клиента западной коалиции. То есть та самая «умеренная оппозиция», демократы и либералы с тачанками. Отделить козлищ от агнцев в такой ситуации не представляется возможным – перед правительственными войсками стоит задача не только остановить атаки противника, но и восстановить контроль над трассой М5.
#{smallinfographicleft=773669}То есть, по сути дела, нынешние бои к северу от Хамы – это не локальное событие, а продолжение битвы за Алеппо, поскольку речь идет о снабжении войск и города по основной автомобильной трассе. Это все та же борьба за транспортные сети в рамках доктрины непрямого воздействия, в которую уже давно превратились все стычки в этом районе Сирии. Малочисленность джихадистских группировок и «умеренных» (сейчас силы «Джунд аль-Аксы» вряд ли превышают тысячу человек) не позволяет им сейчас вести крупные боевые действия в рамках фронта, но подобные операции сразу же привлекают внимание, поскольку серьезно влияют на обстановку на более важных участках. Да и правительственные войска, как правило, не обладают серьезным количественным перевесом, а подкрепления приходится перебрасывать за 300–400 километров, что дает противнику преимущество в первую пару дней боев, где бы ни случился очередной «булавочный укол».
Выдержав сутки, правительственные войска перешли в контрнаступление напрямую на город Маардес – оплот «Джунд аль-Аксы». Первая атака (как и практически всегда в Сирии в таких случаях), к сожалению, захлебнулась – к вечеру среды сирийская армия вынуждена была отойти от городской черты Маардеса. Правда, правительственные части продолжили давление на поселок Кукаб (Кокаб) в нескольких километрах к северо-востоку и, что еще более важно, подошли к Тайибат аль-Имам – гораздо более крупному, нежели Маардес, населенному пункту к западу от трассы М5. Так к середине четверга Маардес оказался в полукольце окружения, но «Джунд аль-Акса» продолжает оказывать серьезное сопротивление.
Удивительно, но факт: даже американские источники признают, что «Джунд аль-Акса» уже давно и в промышленных количествах использует дроны, в том числе и для ведения огня, а не только для разведки. Откуда их берет небольшая по численности и изолированная от основных каналов снабжения группировка – загадка. Эти дроны, по некоторым данным, не самые продвинутые, но вполне пригодные для бомбардировки.
К вечеру четверга правительственные войска перегруппировались, начали фронтальный штурм Маардеса с востока и захватили две фисташковые фермы перед городом – аль-Хазаан и аль-Абадех. То есть на данный момент созданы реальные предпосылки для штурма практически окруженного города и восстановления контроля над трассой М5. Захват ферм – наилучшая позиция для штурма, если, конечно, правительственные войска вновь не решат переждать пару дней, как это часто случалось.
Если сейчас «Джунд аль-Акса» будет разгромлена, а Маардес захвачен, вопрос со снабжением Алеппо по основной трассе может быть решен в кратчайшие сроки. Остается еще проблема Хан-Тумана, но и она решаема. Кроме того, из документации этой группировки можно будет почерпнуть много интересного, особенно про дроны. Откуда они все-таки к ним прилетели? И какова настоящая фамилия одного из лидеров этих людоедов, который предпочитает именоваться Абу Абдулазиз аль-Катари? К небольшому, но газоносному государству Персидского залива и так немало вопросов накопилось.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ