Огромное подспорье взрывному возвышению ИГИЛ* в свое время оказал миф о непобедимости сторонников Абу Бакра. Миф этот был разрушен еще до того, как в конфликт вмешалась Россия, благодаря усилиям, к примеру, правительственной армии Ирака и курдов. Последних раньше воспринимали только как пушечное мясо, теперь же с ними вынуждено считаться все большее количество игроков. К слову, именно руководство отрядов народной самообороны курдов договорилось с боевиками ИГ о передаче на родину тела российского военного Александра Прохоренко, геройски погибшего под Пальмирой. Но именно с того момента, когда Россия приняла решение о начале крупномасштабной военной операции в Сирии, дела у «халифата» действительно покатились под откос.
Гражданам» квазигосударства, чьим достатком и благополучием периодически «хвасталась» игиловская пропаганда, теперь подчас нечего есть
За время пребывания российских ВКС и сухопутных экспертов в зоне конфликта военный ландшафт противостояния в треугольнике Дамаск – оппозиция – ИГИЛ сильно изменился. Прежде боевики «Исламского государства*» могли почти беспрепятственно захватывать все новые населенные пункты на территории все более ослабевающей Сирии. Армия Асада была вынуждена отбиваться сразу от двух противников – ИГИЛ и армии «умеренных боевиков», старательно теснящих правительственные войска. Стычки ИГИЛ с «Джебхат ан-Нусрой*» и подразделениями «Джейш аль-Ислам» напоминали стычки двух бойцовых собак в период брачных игр, но не были фатальными ни для одной из сторон.
К концу российского военного вмешательства исламисты были вынуждены почти полностью переформатировать тактику ведения военных действий, а также расстаться с целым караваном лакомых кусков, нефтепроводов и опорных точек. В ходе операции ВКС РФ удалось выполнить сразу три задачи: остановить и купировать расширение ИГИЛ, дать генштабу Сирии шанс на сохранение своего государства и, наконец, продемонстрировать возможности современной российской армии, заодно «обкатав» современные методы ведения войны. При этом речь идет не только о сугубо военных ударах по «халифату», но и не менее болезненных пропагандистских ударах, затронувших, впрочем, не только ИГИЛ.
На сегодняшний день целый ряд западных экспертов уже признали свою ошибку в оценке возможностей армии России, а ведь до начала операции в Сирии они упорно придерживались той точки зрения, что русские неспособны вести полномасштабную операцию вдали от российских границ. На деле ВКС РФ продемонстрировали возможность наносить удары по территории противника, не находясь при этом в зоне досягаемости для ответных ударов. Боевые вылеты российских бомбардировщиков поспособствовали обнаружению и уничтожению каналов поставки нефти из ИГИЛ в соседние государства, был уничтожен ряд опорных пунктов исламистов, а «умеренные» боевики-антиасадовцы потерпели ощутимый урон в технике и живой силе. Заданный Россией импульс позволил армии Асада укрепить свои позиции и перейти в контрнаступление, пропагандистским пиком которого стало возвращение Пальмиры. Смерть же Александра Прохоренко, вызвавшего в ходе операции в Пальмире огонь на себя, превратилась в кульминацию всей российской операции. Получилось буквально: в 2015 году памятник цивилизации был захвачен варварами, в 2016 году Пальмиру снова вернули в лоно человечества, в том числе ценой подвига русского офицера.
#{smallinfographicleft=751158}Все это сделало возможным начало мирного переговорного процесса, стартовавшего в Женеве. Да, переговоры фактически были сорваны, в первую очередь, из-за нежелания западных коллег мириться с необходимостью договариваться с Асадом. Да, участие «умеренных боевиков» в переговорном процессе – это неприятный и не совсем логичный шаг со стороны организаторов. Но без российской операции в Сирии никаких переговоров бы не было в принципе. Медленное и методичное подавление армии Асада «Джебхат ан-Нусрой» и ИГИЛ при весьма неоднозначной роли в этом заокеанских «партнеров» завершилось бы уничтожением Сирии как государства.
На таком фоне ИГИЛ, некогда бывшее пугалом для всего мира, практически выпало из фокуса. Тем важнее пытаться спрогнозировать будущее этого квазиобразования на теле Ближнего Востока. Эпоха взрывного доминирования исламистов и их самоназванного «халифата» практически подошла к концу. Впереди – долгая война с неочевидным исходом, новые жертвы и окончательное переформатирование Ближнего Востока. Но снова удивлять и парализовать страхом весь мир Абу Бакр в ближайшее время, похоже, не планирует.
О том, что ИГИЛ поразил глубокий «креативный кризис», газета ВЗГЛЯД уже подробно писала ранее. Само существование ИГИЛ базируется на трех вещах: нефти, спонсорской помощи и притоке наемников, мотивированных либо финансово, либо идеологически. «Нефтяной удар» по российской экономике, эффекту от которого не устают радоваться на Западе, сыграл злую шутку и со сторонниками Абу Бакра. Будучи полностью зависимыми от нелегальной продажи нефти, боевики ИГИЛ столкнулись не только с затяжным падением цен на черное золото, но и с пресечением каналов его продажи усилиями российских войск и армии Башара Асада. Эффект оказался ошеломительным.
Финансовая мотивация наемников ИГИЛ в последние месяцы резко снижается. Виной тому, в первую очередь, неспособность лидеров исламистов платить по своим обязательствам из-за сдувания нефтяного бюджета квазигосударства. Свидетельств немало. К примеру, в интервью France 24 известный специалист по международному терроризму Вассим Наср заявил о том, что число иностранных рекрутов в ряды ИГИЛ значительно сократилось. Немалую роль в этом сыграло и перекрытие каналов террористического трафика из Турции после ударов по ним (как военных, так и дипломатических) со стороны Асада, России и западной коалиции. Аналогичных выводов придерживается американский генерал Петер Герстен. По его словам, сегодня мы наблюдаем критический минимум по количеству новых рекрутов ИГИЛ за последние годы. Если раньше эта цифра достигала 2000 человек в месяц, то сегодня можно вести речь максимум о 200 новобранцах за аналогичный период. При этом аналитики утверждают, что гарантированная зарплата наемников за последнее время сократилась примерно на треть.
«Гражданам» квазигосударства, чьим достатком и благополучием периодически «хвасталась» игиловская пропаганда, теперь подчас нечего есть. В конце апреля агентство Reuters сообщило о том, что руководство ИГИЛ вынуждено покрывать расходы бюджета за счет лова рыбы (в том числе в пригородах Багдада) и продажи авто. Это позволяет частично решать вопросы с продовольствием и снабжением бойцов.
Идеологическая мотивация вступления в ряды «непобедимых» последователей Абу Бакра также стремительно падает. Последние потери ИГИЛ достаточно весомы, в их числе ключевые, медийно важные позиции, включая Пальмиру.
На данный момент основной опорой «халифата» Абу Бакра остается радикальный ислам и сектантское мировоззрение костяка ИГИЛ. Руководство исламистов никак не объясняет свои неудачи на военных фронтах. Иногда в качестве оправданий звучат версии о предательстве собственных соратников (а ведь считалось, что ряды ИГИЛ нерушимы), о давлении со стороны богомерзкого Запада (ранее оно считалось ничтожным) и о происках конкурентов из «Джебхат ан-Нусры» (прежде их за конкурентов не считали). Но важно понимать, что даже после того как в руках у соратников Абу Бакра аль-Багдади останутся последние 100 квадратных метров земли, признания в поражении и ложности выбранного пути ждать от них бесполезно. Исламисты увеличат количество казней и порок, но никак не попыток пересмотреть собственную политику. А в случае если Абу Бакр пойдет на пересмотр позиций в отношении внешнего мира и попробует наладить реальные контакты с возможными союзниками, он лишится своей главной опоры, построенной им же самим, – мифа о самодостаточности «халифата» и радикального ислама.
#{smallinfographicleft=796350}Ряды сторонников ИГИЛ редеют и внутри России. На сегодняшний день в радикальных исламистских сообществах наблюдается ощутимое падение морального духа. Еще год назад за один вопрос и сомнение в правильности действий руководства ИГ потенциальный или действующий сторонник исламистов получал вечную черную метку, теперь же такие обсуждения нормальны. Параллельно поднимаются вопросы о необходимости выбора между «Джебхат ан-Нусрой» и ДАИШ (ИГИЛ) и высказываются сомнения в успешности авантюры по воссозданию «халифата».
Фактически, пассионарии, в свое время попавшиеся на пропагандистскую удочку ИГИЛ, давно уехали из России. Значительная их часть в итоге попала в столь желанный «халифат» и погибла там же. А те, кто продолжает симпатизировать исламистам с территории России, могут быть поделены на три категории. Первая – профессиональные вербовщики и провокаторы. Их немного, но их цели ясны, а сами они – желанная цель силовых структур. Небольшой процент составляют и неофиты, готовые уехать в ИГИЛ и сделать так называемую хиджру. При этом их количество неуклонно падает, прямо пропорционально снижению количества военных и пропагандистских успехов ИГИЛ. Оставшаяся часть – самая многочисленная – сильно смахивает на российскую внесистемную оппозицию, 15 лет обещающую скорейшее падение «режима Владимира Путина». То есть это интернет-бойцы, которые выражают поддержку ИГИЛ только на словах и никогда не решатся на реальные действия.
Другое дело, что о пассионариях – гражданах России, которые в свое время уехали воевать плечом к плечу с исламистами – нужно помнить, их просто необходимо брать в расчет. Да, лишь небольшая часть из них осталась в живых, но эта часть прошла жесточайшую военную подготовку и естественный отбор в условиях кровавого конфликта. Не исключено, что на фоне последних неудач «халифата» некоторые из них задумаются о необходимости вернуться в Россию. А некоторые из этих некоторых при этом решат утолить жажду мести, организуя теракты и вооруженные акции уже на родине. Реально и то, что посылать их сюда будут специально, так что расслабляться рано.
Важно учитывать еще и то, что «Исламское государство» было призвано полностью изменить политический ландшафт на Ближнем Востоке. В значительной степени получилось. Так вышло, что одним махом Абу Бакру удалось и создать «виртуальную сеть» сторонников внутри цивилизованного мира, и повлиять на Европу, заполоненную беженцами из регионов, попавших под влияние ИГИЛ и в зону конфликта в целом. «Эффект бабочки» в случае с детищем Абу Бакра сработал на полную мощность, и мир больше не будет прежним.
Да, вполне возможно, что «Исламское государство» потеряло ту мощь, которая была у него в эпоху зенита. Но с большой долей вероятности можно утверждать, что окончательно похоронить ИГИЛ нам удастся еще не скоро. Более вероятна трансформация «халифата» в государство-мусорку, сборище отбросов со всего мира, обтянутое упаковкой «исламской праведности», пропущенной через фильтр Абу Бакра. Не исключен даже такой сценарий, в котором ИГИЛ превратится из объекта в субъект международных отношений, в чем-то похожий на Сомали. В этом смысле очень многое зависит от того, удастся ли миру создать полноценную «антитеррористическую коалицию» по образцу антигитлеровской, к чему призывал Владимир Путин, или дело ограничится лишь ситуативным союзом, участники которого в конечном итоге не смогут удержаться от подстав в отношении друг друга, односторонних действий в угоду сиюминутным политическим интересам и искушения продолжить большую геополитическую игру, полноценных победителей в которой не будет.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ