В Сирии недалеко от аэродрома в провинции Хама упал истребитель МиГ-21УС ВВС Сирии. В отличие от самолета головной модели – МиГ-21 – этот истребитель учебно-боевой, поэтому его кабина рассчитана на двух пилотов, а не одного.
Это все понимаемо – прилететь на аэродром, домой, сохранить машину, которую можно подремонтировать
Упал при невыясненных обстоятельствах
Версий произошедшего несколько. Сирийский военный источник сообщил агентству Sputnik, что один из пилотов успешно катапультировался и приземлился в районе деревни аль-Магир. Эта территория находится под контролем сирийских правительственных сил. Второй летчик не выжил. «Второй пилот предпринял попытку совершить аварийную посадку на военном аэродроме Хама. Посадка была неудачной, и пилот погиб», – сказал источник.
По последней информации, которую распространили сирийские СМИ, МиГ-21УС не был сбит, а причиной его падения стали технические неисправности.
Ранее источник в сирийской армии сообщал, что боевики убили первого пилота во время спуска с парашютом. А сам самолет боевики подбили из наземных зенитных установок во время рейда на город Кфар-Набуда, который контролируется вооруженной оппозицией.
Члены группировки «Ахрар аш-Шам» – основные союзники «Джебхат ан-Нусры*» – заявили, что это они сбили МиГ. Как сообщают «Вести», исламисты опубликовали и видео, которое якобы это подтверждает. Эксперты, в свою очередь, признали ролик «грубой подделкой». В нем виден момент катапультирования одного из пилотов, а также клубы пыли, которые, возможно, поднялись после падения самолета.
В свою очередь командование сирийских ВС утверждает, что продолжает военные операции к востоку от провинции Хама против террористов «Исламского государства*» и «Джебхат ан-Нусры» (запрещены в РФ), на которые договоренности о перемирии не распространяются. В этой провинции идут тяжелые бои между сирийскими правительственными войсками и террористами. В четверг сирийская армия уничтожила более 70 боевиков.
Инцидент с МиГ-21УС произошел за сутки до возобновления переговоров в Женеве по вопросам урегулирования ситуации. Они начнутся 14 марта и продлятся 10 дней.
«МиГ-21 – это очень старая машина»
Вице-президент Академии геополитических проблем, полковник ВВС Владимир Анохин отмечает, что в районе, где мог быть сбит истребитель, идут активные боевые действия, и заход на посадку – наиболее опасный этап полета. В таких условиях трудно говорить об уровне подготовки летчиков, поэтому здесь более важен вопрос «о наземной ситуации, чем воздушной». «Во-вторых, МиГ-21 – это очень старая машина. Самолет выпускался серийно в СССР с 1959 по 1985 год. Естественно, она подвержена большей опасности уничтожения с земли, чем остальные типы самолетов. А раз было два летчика, то это учебный самолет. Значит, осуществлялся какой-то учебный боевой вылет. Могла вестись подготовка летчика своими силами. Поэтому здесь ничего удивительного нет, что они не смогли сориентироваться в сложной боевой обстановке», – сказал Анохин газете ВЗГЛЯД.
По его словам, стандарты подготовки сирийских пилотов были заложены Россией, потому что они обучались в российских центрах подготовки иностранных специалистов.
Летчик-испытатель, Герой России полковник Игорь Маликов, который летал на МиГ-21, напомнил, что в стране было два училища по подготовке иностранных летчиков: одно в Краснодаре, а другое – во Фрунзе (сейчас – Бишкек). «Но сейчас в Сирии война, уровень подготовки у них достаточно высокий. Они летают очень часто и постоянно. В уровне их подготовки не надо сомневаться», – сказал Маликов газете ВЗГЛЯД.
Что касается ситуации с катапультированием одного летчика и решения другого посадить машину, то здесь может быть много версий. Анохин склонен считать, что летчик решил спасти самолет, но, «видимо, не хватило умения, и неизвестно, в каком состоянии был сам самолет». «Возможно, летчик совершил ошибку в принятии решения и погиб именно из-за этого. Если один катапультировался, то и второй мог, но, видимо, это был инструктор, который обучал курсанта и переоценил свои силы», – полагает эксперт.
С ним соглашается Маликов, подчеркивая, что «у летчиков в крови довести машину до посадки», тем более аэродром – это охраняемая территория, в отличие от другой местности, где иногда трудно разобраться, под чьим контролем она находится. «Это все понимаемо – прилететь на аэродром, домой, сохранить машину, которую можно подремонтировать», – говорит он.
«Пилот хотел совершить героический поступок»
Анохин убежден, что система катапультирования в самолете должна была быть полностью исправной. По его словам, на этой модели самолетов она «отработана давно, и я не помню ни одного случая отказа катапультных систем в МиГ-21». «Получается, что пилот хотел совершить героический поступок. Это желание спасти машину. Но нам трудно судить о соотношении принятого им решения с состоянием самолета. Видимо, повреждения были существенными, если один из пилотов катапультировался».
По словам Маликова, система катапультирования МиГ-21 уступает по функционалу тем, что стоят на более новых самолетах. Она, например, не позволяет катапультироваться при нулевой скорости, как у Су-34. «Если, например, остановился двигатель, то пилот мог сесть до полосы, но любая неровность на большой скорости – критическая», – отметил он.
Владимир Анохин также выразил убеждение, что заявления представителей группировки, сбившей самолет, о том, что тот якобы бомбил мирные поселения, не соответствуют действительности. По его словам, МиГ-21 – истребитель и предназначен для воздушного боя. «Если он еще и учебный, то он не может в полной степени выполнять боевые задачи. Всегда, когда дают по шее бандюкам, это не говорит о том, что они бомбили мирные поселения. На МиГ-21 нет системы объективного контроля, которая могла опровергнуть заявления этой группировки», – пояснил эксперт.
Такую же точку зрения разделяет и Маликов. По его словам, если в одном месте может находиться мирный человек, то через тридцать метров – бандит с автоматом. «С воздуха это никак не разглядишь. А в городе это практически не определить. При любой войне нужно понимать, что потери будут и среди мирного населения. В Сирии же нет четкой определенной границы: эта территория контролируется четко боевиками, а эта – правительственными войсками. Сами люди чуть ли не простынями показывают, что свои», – подчеркнул он.
Что касается защищенности самолетов, которые используют в Сирии российские ВКС, то они, уверен Владимир Анохин, защищены куда лучше, нежели сбитый МиГ-21УС. Тем не менее при посадке самолеты становятся более уязвимыми перед зенитными орудиями, именно поэтому Россия использует для их подстраховки вертолеты, которые прикрывают районы ближних боевых действий. «Есть очень много факторов, влияющих на безопасность этапа захода на посадку. Во время боевых вылетов самолеты используют системы постановки помех для ракет, тепловые ловушки. Оборона нашей базы в Сирии строится на собственной защите самолета как такового и той системы обороны аэродрома, которая у нас складывалась годами. Это сочетание наземных районов, которые перекрыты той же морской пехотой, и контроль вертолетной группировки, которая прикрывает самый опасный участок – снижение по глиссаде», – пояснил Владимир Анохин.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ