К вечеру четверга бои на так называемой светлодарской дуге на линии фронта ДНР–ЛНР затихли, а сама линия стабилизировалась. ВСУ понесли огромные потери, несопоставимые ни с поставленными перед ними неделю назад задачами, ни с текущим ходом операции, и оставили все ранее занятые позиции. Но нужно понимать, что сами боевые действия из уже привычного локального обострения едва не переросли в полномасштабные бои с непрогнозируемым результатом. Речь идет о самом значимом и серьезном кризисе на линии фронта за весь 2016 год, показавшем несостоятельность всех действующих соглашений о перемирии и контроле за вооружениями, не говоря уже о наблюдательных миссиях.
Про Горбатюка снимали документальные фильмы, его награждали высшими орденами, а теперь, после поражения последней недели, пытаются выставить дураком и пьяницей
Напомним, что в воскресенье, 18 декабря, 54-я отдельная мотострелковая бригада (омбр) ВСУ под прикрытием тумана и холода в лоб атаковала несколько передовых позиций ВСН на «светлодарской дуге». Это – наследие приснопамятного «дебальцевского котла», когда передовые позиции украинской армии оказались выдвинуты вглубь территории, контролируемой ВСН. Данная конфигурация фронта хронически раздражала украинское командование, поскольку напоминала им об очередной возможности оперативного окружения. На деле никакой опасности не было, да и быть не могло – позиции ВСУ с флангов прикрыты водохранилищами Светлодарской ТЭЦ и другими малопонятными водоемами.
Помимо привычной боязни попасть в котел на этом участке фронта, ВСУ уже несколько раз через разведку боем пытались отрабатывать там различные тактики. Это направление остается для украинской стороны психологически важным – они все еще стараются доказать, что потеря Дебальцево вызвана неким набором случайностей и город должен быть передан ВСУ без боя в рамках минских соглашений, хотя это совсем не так.
Весь год ВСУ укрепляли свои позиции под Светлодарском, превратив их в особый район со специальными минометными точками и прочими оборонительными системами. В тылу эти позиции опираются чуть ли не на Бахмут, в котором изначально был организован штаб 54-й омбр, который затем перенесли в Артемовск. Данная бригада была специально создана для проведения штурмовых операций на этом участке фронта. Ее сформировали из остатков частей, отступавших из-под Дебальцево, добавив к ним бывший террбат «Киевская Русь», а затем усилив мобилизованными и танковым батальоном «Зверобой».
#{smallinfographicleft=736797}Бригада не вышла цельной по составу и качеству – в ее составе доминирует 1-й батальон, почти целиком состоящий из ветеранов и бывших террбатовцев. В результате регулярно вспыхивали крупные скандалы на почве злоупотреблений и дедовщины, а командовать бригадой был поставлен подполковник Владимир Горбатюк – один из самых известных украинских бригадных командиров, служивший в Косово и выводивших свои разбитые части из-под Дебальцево. Про него снимали документальные фильмы, его награждали высшими орденами, а теперь, после поражения последней недели, пытаются выставить дураком и пьяницей.
Публику пытаются убедить в том, что инициатива атаковать передовые посты ВСН на дуге исходила именно от комбрига Горбатюка, а Киев тут вовсе ни при чем. Эта версия появилась сразу же после того, как стало ясно, что блицкриг не удался. Позиции ВСН на дуге опирались на несколько опорных точек, поскольку фиксировать в поле сплошную линию фронта бессмысленно. В первую очередь, это высота 223 и три укрепленных пункта – «Кикимора», «Звезда» и «Крест». Помимо них, оборудованные позиции были в небольшой лесопосадке, которую привычно именовали «волшебный лес», но в украинских источниках она обычно фигурировала под нецензурной характеристикой (тоже про лес).
Вся эта красота располагалась на голом пространстве между Грязевым прудом, рекой Карапулькой и двумя селами под названием Калиновка (углегорское и светлодарское соответственно). Цена вопроса – пространство в три квадратных километра без каких-либо перспектив развить наступление в сторону Дебальцево. При этом особое удивление вызывает тот факт, что 54-я бригада пошла в наступление, не имея никаких оперативных резервов для его развития. Более того, 1-й батальон – застрельщик всего этого мероприятия – сам наступал как бы из глубины. У них не было даже тактического обеспечения, что в итоге и привело к тотальной «зраде», поскольку на передовой не оказалось даже достаточного количество машин, чтобы вывозить десятки раненых.
Под прикрытием тумана (в Донбассе сейчас холодно, в полях температура доходит до -18, и с бывших пашен поднимаются испарения) части 1-го батальона 54-й омбр выдвинулись из глубины позиций на передовую на БМП. До этого несколько БТР попытались «пригнуть» оборону ВСН, чтобы штурмовые группы просочились на опорные посты. Но оборона не «пригнулась», и часть штурмовых групп была попросту сожжена из гранатометов. Затем ВСУ зашли в «волшебный лес», где натолкнулись на засаду и понесли первые крупные потери. При этом подкрепления и другие штурмовые группы почему-то пошли в атаку через минные поля, что добавило потерь и неразберихи.
Тем не менее ВСУ удалось занять высоту 223 и «Кикимору», а другие передовые позиции ВСН оставили сами, чтобы, напротив, избежать излишних потерь. Но даже в этих условиях закрепиться на некоторое время ВСУ смогли только на «Звезде». Занятие «Кикиморы» осложнило ситуацию, поскольку эта позиция находится на другом берегу реки Карапульки и Грязевского пруда, то есть практически в черте села Калиновка. Но никаких попыток прорыва в сторону непосредственно Дебальцево через Логвиново 54-я бригада уже не предпринимала, так как полностью выдохлась.
Где-то на сутки ситуация стабилизировалась, и 7-я бригада ВСН начала выдвижение из Дебальцево ближе к линии фронта. К этому моменту потери украинской стороны стали такими, что административная система тылового обеспечения разрушилась. Выяснилось, что нет достаточного числа медицинского персонала и по-прежнему нет машин. Когда ресурсы Артемовска и Бахмута окончательно исчерпались, раненых стали вывозить в Харьков, Винницу и даже в Киев на вертолетах.
ВСН отбили «Кикимору» одной контратакой без привлечения резервов, после чего на позицию наконец-то вышла артиллерия. Почти двухсуточное ее опоздание объясняется разными причинами, но в первую очередь – расположением систем обеспечения и снабжения. Частям ВСН пришлось преодолеть на морозе 70 километров – плёвое дело для современной техники, но склады горючего и боезапас были выведены глубоко в тыл по итогам четкого выполнения «Минска-2».
ВСУ также подвезли к первой линии оперативный резерв артиллерии – до 6 гаубиц МСТА-Б и несколько САУ. Перевес оказался на стороне ВСН, и украинские части оставили ранее занятые позиции, побросав тела погибших и раненых. Появились первые пленные. А позиции «Крест» и «Звезда» превратились в пустыню и постоянно находятся под артиллерийским огнем, что не дает закрепиться там никому.
За ВСУ в итоге осталась крошечная территория у Грязевского пруда, которая не имеет никакого смысла ни в стратегическом, ни в тактическом плане, поскольку простреливается и с высоты, и с «Кикиморы». Так наступление превратилось в бессмысленную мясорубку – морг Дебальцево переполнен украинскими военнослужащими.
Украинская артиллерия перенесла огонь вглубь позиций ВСН – так поступают, когда боятся контратаки и пытаются не допустить подвоза подкреплений к передовой. Но в результате впервые с 2015 года под обстрел попал непосредственно сам город Дебальцево, население которого, как и Углегорска, были крайне напугано происходящим. ВСН же не имели никаких планов контрнаступления в этом районе – они просто не предусмотрены имеющимися силами. Да и вся 7-я бригада ВСН находилась в глубоком тылу – так контрнаступления не готовят.
На первый взгляд, все это очень похоже на очередную попытку прощупать передовую линию обороны ВСН на опасном участке. Но развитие событий было таким, что отдельно взятый 1-й батальон 54-й омбр мог втянуть в бои практически все соседние подразделения, превратив свою неподготовленную и странную попытку атаки в общий хаос. Практически так и вышло, поскольку на третий день боев в них втянулся едва ли не весь фронт и ВСУ начали подтягивать подкрепления на самых разных участках. Вновь начались обстрелы жилых кварталов Донецка, чего, опять же, не было уже очень давно. Налицо типичный пример того, как локальные столкновения могут перерасти в глобальное обострение ситуации.
Еще раз подчеркнем: применялось тяжелое вооружение всех возможных калибров, что противоречит всем прежним политическим соглашениям. Логика боя требовала втягивания в него всех имеющихся сил и средств, и только выведение в тыл основных сил ВСН позволило 54-й бригаде в течение суток атаковать позиции ВСН почти безнаказанно. Кое-где начались даже ближние бои с расстоянием друг от друга не более 70 метров.
С другой стороны, шансов развить наступление у 54-й бригады не было. Вся борьба велась за передовые позиции без какого-либо стратегического развития. Впрочем, есть данные, что оперативное управление велось (по крайне мере, в последние дни) уже на уровне старших штабных офицеров. Ранее такие локальные столкновения обычно управлялись бригадными или даже батальонными офицерами, что и ограничивало их масштаб.
Возможно, это действительно инициатива подполковника Горбатюка, который решил исправить себе под Новый год конфигурацию фронта, чтобы немного передохнуть (украинские части жаловались на «волшебный лес», который не дает им отдыхать). Но общий контекст заставляет задуматься о некой политической составляющей: занятие передовых позиций ВСН положительно бы повлияло на внутреннюю атмосферу на Украине, где один кризис сменяется другим.
Не сложилось, даже если учитывать применение новой тактики огневого подавления. На данный момент ситуация на этом участке вернулась к привычным для периода 2015–2016 годов локальным артиллерийским дуэлям и перестрелкам. Но общий негативный фон сохраняется практически по всему фронту. И прогнозировать обстановку на ближайшие дни сейчас мало кто рискнет.