Официально дипломатия Молдавии поставила вопрос не о высылке российского военного атташе, а о «прекращении отношений» по линии военных представительств. Это ожидаемая мера, поскольку задолго до того Кишинев разорвал все взаимоотношения с РФ по линии военного сотрудничества. С этого момента поддержание института военных атташатов стало чем-то вроде отжившего древнего обычая, для ликвидации которого нужен был только повод. Российский атташе такой формальный повод дал, посетив военный парад в Тирасполе, посвященный 25-летию провозглашения независимости Приднестровья.
Молдавское МГБ никогда не считалось со средствами и методами, которые они, похоже, целиком заимствовали у сигуранцы
Одновременно случился скандал с задержанием в аэропорту Кишинева журналистов одного из российских телеканалов и последовавшей за этим высылкой их из страны. Аналогичным санкциям подверглись и российские политологи, проезжавшие в Тирасполь через Кишинев (более удобный и логичный путь – через Одессу – для российских официальных лиц и медийных фигур теперь закрыт наглухо по понятным причинам).
Еще более громким, причем в физическом смысле слова, стал скандал с задержанием официальных делегаций Абхазии и Южной Осетии. Вице-президент Абхазии Виталий Габния и советник президента Владимир Зантария были принудительно сняты с самолета, доставлены в здание аэропорта, где с ними два часа проводили «профилактические беседы» сотрудники МГБ Молдавии, напирая на то, что «в случае конфликта вы окажете Приднестровью вооруженную помощь». Все это время от взлета самолет удерживал только бывший благочинный абхазской православной епархии отец Виссарион (Аплиаа). Сотрудники молдавских спецслужб просто не рискнули применять силу к священнику в полном облачении – пожилому человеку с метровой седой бородой. В противном случае вице-президент и госсоветник фактически остались бы в заложниках.
Конечно, молдавская сторона может сослаться на то, что она не признала РА и РЮО. Но накануне мероприятий в Тирасполе министр иностранных дел Приднестровья Нина Штански (в ближайшее время она, кстати, покидает свой пост в связи с выходом замуж за президента ПМР Шевчука и будет «исполнять обязанности первой леди») путем официальной переписки и межличностных коммуникаций договорилась с министром Молдавии по вопросам интеграции Владимиром Осиповым, что никаких препятствий делегациям, прибывающим в Тирасполь и отбывающим из Тирасполя, чиниться не будет. То есть Кишинев в одностороннем порядке нарушил все договоренности, что МИД Приднестровья расценил как угрозу дальнейшему сотрудничеству.
Абхазия отреагировала исключительно резко. Заявление МИД республики составлено в тоне открытой угрозы Кишиневу, в которой поминаются и «граждане Молдавии, ежегодно приезжающие в Абхазию в поисках возможности заработать финансовые средства, чтобы поддержать своих родных и близких, живущих в крайней нищете», и «противоречия универсальному праву на передвижение», и многое другое.
По аналогичному принципу был задержан в аэропорту и министр иностранных дел Южной Осетии Казбулат Цховребов. Но традиционно инертный МИД РЮО ограничился чисто формальными словами, негативно контрастирующими с активными действиями и заявлениями представителей Абхазии, – и это несмотря на то, что дипломатические и переговорные позиции обеих делегаций были равны. При этом как абхазская, так и югоосетинская делегация располагали российскими паспортами, и в конечном итоге для разрешения ситуации в аэропорт Кишинева был вызван российский консул, который и «закрыл дело».
Здесь надо отметить, что позиции России по поводу Приднестровья и в отношении митингов в Кишиневе никак между собой не связаны. Посол Москвы в Молдавии Фарид Мухаметшин – дипломат чрезвычайно опытный и талантливый. И правительство республики не чинит ему препятствий в посещении ПМР, как и другим российским официальным лицам. Например, в День знаний Тирасполь посетила внушительная российская делегация, в составе которой были и дипломаты, включая самого посла, и несколько депутатов Думы, и представители «Россотрудничества», а равно – других ведомств. Одним словом, Приднестровье – это одно, а процессы, породившие «кишиневский майдан», – совсем другое.
В качестве главных катализаторов митингов называют все-таки исключительно социально-экономические проблемы, помноженные на коррупционные скандалы. Молдавия официально – самая бедная страна Европы, если забыть о квазигосударстве Косово и о том, что с нижней позиции ее готовится сместить Украина. И абхазы действительно имеют повод угрожать «отключением» молдавских эмигрантов от заработка (формально в заявлении абхазского МИДа этого нет, но подтекст понятен).
Москва же, наученная горьким опытом, категорически открещивается от какого-либо вмешательства во внутримолдавскую политику, несмотря на истеричные действия молдавского МГБ. Никакой взаимосвязи между действиями демонстрантов и посольством РФ нет и не было, хотя обвинение в «пророссийской политике» – общее место в кишиневской риторике. Меж тем бесконечные высылки российских военных, журналистов, политологов и дипломатов давно превысили допустимую норму во взаимоотношениях между двумя государствами. Причем со стороны Кишинева это выглядит именно как паника, а молдавское МГБ никогда не считалось со средствами и методами, которые они, похоже, целиком заимствовали у сигуранцы.
Высылка военного атташе и «разрыв отношений по линии военного атташата», конечно, мера давно назревшая (военные отношения между РФ и Молдавией, повторимся, давно закончились), но они могут повлечь за собой и ответные меры, в том числе асимметричные. Как, например, изменение порядка формирования миротворческих сил в Приднестровье.
То есть Кишинев, сам того не предполагая, переносит собственные страхи с местного городского майдана на ситуацию в Приднестровье, что не просто странно, но и опасно. Именно тяжелейшая социально-экономическая ситуация в республике привела к городскому бунту, а Приднестровье и Россия здесь только фон, на котором выстраивается контрполитика нынешнего проевропейского президента. И если премьер-министр Стрелец хоть как-то пытается балансировать между всеми действующими в регионе силами, то президент Тимофти и мэрия Кишинева твердо готовы увязывать собственные проблема с «акциями Москвы».
Это путь в никуда. Молдавия уже имеет опыт нескольких городских бунтов разного происхождения и результата. Заранее обвинить протестующих людей в «пророссийскости» и «проприднестровскости», конечно, можно. Но в республике действительно существует масса людей, буквально выживающих за счет России, получая деньги от родственников, работающих в РФ. И обстоятельства политики, дипломатии и экономики вокруг Приднестровья никак с этим не связаны. Это скорее «фигура отвлечения», когда МГБ Молдавии – не великого ума мужчины – просто переключает внимание общества на этот конфликт. И добром это не закончится.