Скандал, спровоцированный документальным фильмом о массовом использовании запрещенных препаратов в российском спорте, который был показан на немецком канале ARD полторы недели назад, продолжает набирать обороты. После обмена громкими заявлениями стороны, замешанные в этой истории, приступили к конкретным действиям. Международный олимпийский комитет (МОК) и Всемирное антидопинговое агентство (ВАДА) срочно сформировали специальные комиссии, которые занялись расследованием преданных огласке фактов. В свою очередь Всероссийская федерация легкой атлетики (ВФЛА), ставшая главной мишенью обвинений, подготовила иски на создателей фильма и в среду собирается подать их в судебные инстанции.
Как ни парадоксально, вся эта неприятная ситуация с громкими обвинениями в адрес российского спорта может пойти ему на пользу
Девять месяцев, которые потрясли легкую атлетику
Немца Хайо Зеппельта, работающего в жанре журналистского расследования, в России уже поспешили обвинить во всевозможных грехах. Свое мнение о произошедшем высказали представители самых разных, в том числе и непрофильных организаций, включая депутатов Госдумы. Набор обвинений в адрес автора фильма особым разнообразием не отличался – «провокация», «заказ», «попытка опорочить славные победы российского спорта». Ознакомиться с его биографией и творчеством нашли время немногие.
Между прочим, зря. Зеппельт – очень известная фигура в мировой журналистике. Не одно десятилетие он занимается проблематикой использования запрещенных препаратов в современном спорте, делал расследования о допинге в Германии, Китае, ездил даже в Кению. При этом свои документальные фильмы немец снимает не на коленке, как некоторые российские телеканалы. Созданию каждого предшествует тщательная подготовка и сбор материала, этот процесс занимает иногда несколько месяцев.
«Идея сделать фильм о допинге в российском спорте появилась у меня во время зимней Олимпиады в Сочи, – рассказал Хайо Зеппельт порталу «Чемпионат». – Процесс оказался непростым, нужно было собрать массу доказательств и подтверждающих документов, поговорить с большим количеством людей. Я несколько раз приезжал в Россию для съемок, общее пребывание в вашей стране заняло несколько недель. Всего же производство фильма растянулось на девять месяцев».
В итоге расследование вышло впечатляющим. Помимо громкого общего вывода о том, что допинг принимают 99% российских легкоатлетов, автор фильма назвал и фамилии конкретных людей, имеющих к этому непосредственное отношение. В распространении нелегальных фармацевтических программ Зеппельт обвинил старшего тренера сборной России по видам выносливости Алексея Мельникова и спортивного врача Сергея Португалова. Больше того, под ударом оказался лично президент ВФЛА Валентин Балахничев, на которого пала тень подозрения в получении крупной взятки от бегуньи Лилии Шобуховой.
Документы, продемонстрированные в фильме, выглядят очень серьезно, с этим согласны все. Чего стоит только официальное письмо из Российского антидопингового агентства (РУСАДА) с исходящим номером и подписью исполнительного директора Никиты Камаева! В нем организация, которая призвана бороться с использованием запрещенных препаратов, требует от спортсменов деньги за анализ их биологических проб. Налицо грубейшее нарушение всех возможных законов, норм и регламентов.
За клевету – в суд
Олимпийская чемпионка Мария Савинова, рассказывавшая о массовом распространении допинга в российском спорте, сама не знала, что ее снимают в этот момент (фото: кадр из видео) |
Впрочем, имеются у фильма и слабые места. У специалистов есть серьезные претензии к его видеоряду: например, таблетки, которые чья-то рука широким жестом выкатывает на стол, никак не обозначены. Непонятно, то ли это анаболические стероиды, то ли препарат от головной боли. Изображение олимпийской чемпионки в беге на 800 метров Марии Савиновой, которая рассказывает о широкой практике использования запрещенных препаратов в легкоатлетической сборной, нечеткое, сама спортсменка едва узнаваема. Ее слова не слышны вовсе, их заглушает голос диктора.
И это не говоря о том, что авторы фильма нарушили целый ряд законов в области охраны персональных данных. Те же откровения Савиновой были засняты скрытой камерой, без ведома самой спортсменки. Естественно, бегунью не ставили в известность, что такая запись существует. И уж тем более никто не спрашивал у нее разрешения вставить этот видеофрагмент в документальную ленту.
Сам Зеппельт объясняет нарушение юридических и этических норм довольно просто и даже, можно сказать, наивно. Мол, видеозапись была предоставлена ему информатором. Сделана она другим человеком на чужую камеру, соответственно, и претензий к нему быть не может. Юристы Всероссийской федерации легкой атлетики придерживаются другого мнения – и это только если говорить о юридической стороне дела. С точки зрения этической публичное использование подпольным образом сделанной видеосъемки и вовсе немыслимо.
«Наши специалисты, просмотрев кино, обнаружили, что его авторы нарушили очень много статей российского законодательства, – говорит Валентин Балахничев. – Есть три–четыре момента, которые железно можно оспаривать в суде. Вначале мы будем искать правду в отечественных инстанциях, потом, возможно, обратимся в международные. Законы России и Германии во многом совпадают, так что больших разночтений в трактовке этих эпизодов быть не должно».
Представители ВФЛА не хотят уточнять, какие уязвимые стороны нащупали они в позиции оппонентов. Зачем заранее раскрывать свои козыри, говорят они. Однако по косвенным намекам можно сделать вывод, что эпизод фильма с участием уже упомянутой бегуньи Савиновой будет оспорен одним из первых. Тут вам и возможная фальсификация видео, и нарушение этических и юридических норм.
Подача иска – правильный, цивилизованный шаг. Если ложь и клевета имели место, их автор должен ответить за свой поступок по закону. Только вот факт этот самой клеветы может установить исключительно суд. Однако для российских спортивных чиновников уже сейчас все ясно. Вот и глава ВФЛА не удержался, чтобы не включиться в общий хор голосов: «Могу заявить, что фильм носит явный антироссийский характер. Мы хотим дать урок всем нашим недоброжелателям. Пусть они перед тем, как сделать очередной пасквиль, ознакомятся с законодательством и подумают, во что им могут вылиться их художества».
Пациент скорее мертв, чем жив?
Между тем спор о том, присутствовал ли у немецких телевизионщиков умысел «опорочить» и «очернить», представляется второстепенным. Куда важнее другой вопрос: действительно ли российская легкая атлетика в такой степени поражена вирусом допинга? Увы, даже беглое знакомство с перечнем самых громких скандалов позволяет сделать вывод: пациент если не при смерти, то очень серьезно болен. Вот беглая хронология последних событий – абсолютно документальных и никем не оспариваемых.
Лето 2007 года. В организмах двух ведущих российских метательниц молота – Татьяны Лысенко и Екатерины Хороших – обнаружены следы использования запрещенных препаратов. Обычно в таких случаях спортсмены получают стандартные два года дисквалификации и исчезают из поля зрения широкой публики. Однако метательницы молота становиться безмолвными жертвами не захотели. Их заявление в прессе взорвалось, словно бомба: 6-альфа-метиландростендион, блокирующий выработку женских гормонов, содержался в спортивном питании, которое девушкам продал главный тренер национальной сборной Валерий Куличенко.
Расследование, почему наставник сборной страны сбывает подопечным препараты, содержащие допинг, и кто еще мог быть его клиентом, не проводилось. Куличенко по-тихому убрали, спустя некоторое время он всплыл в другой спортивной госструктуре. Никто из высокопоставленных чиновников не пострадал.
Лето 2009 года. Сразу семь членов сборной России по легкой атлетике были дисквалифицированы на два года и девять месяцев за подмену биологических проб. Елена Соболева, Дарья Пищальникова, Юлия Фоменко, Гульфия Ханафеева, Татьяна Томашева, Светлана Черкасова и Ольга Егорова – сплошь звезды отечественного спорта – при проверке сдали представителям ВАДА пробирки с чужими анализами. Между прочим, в фильме Зеппельта одна из фигуранток прямо рассказывает, что замена биопроб является очень распространенной практикой в национальной команде. В морозильнике у нас всегда хранится пробирка с чистой мочой, говорит она.
Лето 2013 года. В преддверии чемпионата мира, который должен пройти в Москве, с соревнований вдруг снимается целый ряд лидеров российской сборной. Знаменитые мастера спортивной ходьбы Ольга Каниськина, Валерий Борчин и Сергей Кирдяпкин отказываются от участия в главном турнире года без объяснения причин, бегунья Юлия Зарипова объясняет свое отсутствие травмой, полученной на тренировке. В кулуарах чемпионата несется слух: Международная ассоциация легкоатлетических федераций (ИААФ) поймала их на допинге, но согласилась не поднимать шум в обмен на согласие закончить карьеру. Мы, конечно, вражеским голосам не верим, однако с тех пор вся четверка олимпийских чемпионов на дорожке стадиона больше не появлялась.
Лето 2014 года. В организме еще одной олимпийской чемпионки – Елены Лашмановой – обнаружена запрещенная субстанция, метаболиты GW1516. По словам специалистов, это вещество может быть смертельно опасно для человека. Лашманова становится девятой воспитанницей знаменитого Мордовского центра спортивной ходьбы, пойманной на допинге только за последние два года. В отношении создателя центра, знаменитого тренера Виктора Чёгина начинается расследование. Спустя несколько месяцев комиссия тихо заканчивает свою деятельность, так и не ознакомив с ней широкую общественность. Правда, «стрелочника» все-таки нашли – им стал директор центра, техническая фигура, которого отстранили от работы.
Перечень всех этих событий показывает – допинг в российской легкой атлетике давно уже стал обычным явлением. На 50, 70 или 99 процентов – в данном случае не так важно. Можно, конечно, отмахнуться от этих фактов, даже доказать в суде факт клеветы. Только вот ситуацию этим ведь не исправишь. В том, что портрет отечественной «королевы спорта» получается не очень приглядным, виноват не только объектив телекамеры немецкой съемочной бригады. Как говорится, неча на зеркало пенять...
Как ни парадоксально, вся эта неприятная ситуация с громкими обвинениями в адрес российского спорта может пойти ему на пользу. При одном, правда, условии – если мы прекратим упражняться в идеологической риторике, признаем наличие проблемы и сосредоточим все усилия на ее решении. Любая операция приносит боль и страдания, а уж хирургическое вмешательство по искоренению раковой опухоли, каковой является допинг, болезненно вдвойне. Зато потом пациенту наверняка станет легче. Иначе, избегая радикального решения, можно доиграться до метастазов. И тогда спасать больного будет уже поздно.