Украинский главком впервые принял участие в заседании контактной группы по военному содействию Украине в формате «Рамштайн». Также Валерий Залужный провел телефонный разговор с председателем Объединенного комитета начальников штабов (ОКНШ) США Чарльзом Брауном, во время которого обсуждалась ситуация на фронте, планы на зимний период и потребности украинских войск.
По словам главкома ВСУ, он подробно рассказал американскому генералу об обстановке. Залужный назвал «сложным, но контролируемым» положение на Авдеевском, Купянском и Марьинском направлениях. В то же время, утверждает Залужный, украинские войска продолжают ведение наступательных действий на «определенных направлениях». Что это было и что главком ВСУ имеет в виду под «сложной, но контролируемой» ситуацией на фронте?
Сам Залужный излагает западным союзникам про «организованную оборону на трех участках». С некоторой натяжкой за «наступательные действия» можно выдать сохранение крошечного плацдарма, созданного ВСУ на восточном берегу Днепра в Крынках, который постепенно превращается в братскую могилу без шансов расширить контролируемую территорию.
Во-первых, Авдеевка. Залужный приехал в Рамштайн на другой день после того, как российские части («Пятнашка» и «Шторм Z») неожиданным рывком углубились в промзону на юго-востоке Авдеевского укрепрайона. Линия соприкосновения временно стабилизировалась в районе развалин 60-го дома по улице Грушевского, то есть под российский контроль перешло более 60% промзоны. Чуть ранее точно таким же рывком российские штурмовые отряды продвинулись в этой же зоне («промка» и частный сектор) чуть восточнее.
Эти прорывы были тщательно подготовлены. Разведка заранее выявляла расположение частей ВСУ, огневые точки, время смен и тому подобное. Рывок предварялся мощной огневой подготовкой с использованием авиации. Это тактика продумана и специально заточена для штурма такого сложного объекта, как Авдеевский укрепрайон противника.
В то же время российские штурмовые части стараются обходить ставшие знаменитыми укрепленные позиции противника в этой зоне: бывшую базу отдыха «Царская охота» и бывшую еще советскую позицию ПВО. Оба эти объекта разрушены в разной степени. «Царская охота» почти уничтожена, но она снабжена подземным коммуникациями и сделанными за много лет внешними бетонными укреплениями. База ПВО окружена с трех сторон, но ее не штурмуют, предпочитая выдавить оттуда противника.
Есть основания полагать, что такого рода специфические укрепленные пункты, представляющие собой что-то вроде внешнего контура города-крепости (форты Вердена в Первую мировую войну), будут просто окружаться и оставляться в тылу. Есть еще похожая позиция ВСУ на бывшей фильтровальной станции чуть восточнее. Смысла штурмовать их нет никакого.
Но надо понимать, что противник пока не выказывает признаков отступления или организованного ухода из Авдеевки. Пока еще сохраняется слабая, но все-таки регулярная возможность снабжения авдеевского гарнизона через Очеретино и Орловку.
На северном фланге серьезное продвижение отмечено непосредственно у забора Коксохима, а также в районе СНТ «Точмаш». Российские войска успешно расширили «клешню», и сейчас ВСУ не могут сбить наши войска с новых позиций. А эти позиции позволяют рано или поздно дотянуться до ключевых линий снабжения украинского гарнизона. Оперативного окружения Авдеевки пока нет, но оно представляется неизбежным. Это вопрос систематической работы.
Во-вторых, Купянское направление. На фоне Авдеевки на северном фланге линии соприкосновения установилось некоторое затишье. Противник, и конкретно Залужный, очень этим озабочены.
Дело в том, что отсутствие фронтальных штурмов позиций ВСУ в Киеве объясняют тем, что российская армия провела перегруппировку перед новым штурмом Купянска или неких пунктов вокруг. Это частично соответствует действительности, поскольку имела место ротация частей и перевод на этот участок новой армии.
Возможно, перед нами создание предпосылок для наступления или создания более выгодных рубежей перед чем-то более крупным.
Но, как и в случае с Авдеевкой, в районе Купянска ВС РФ сохраняют режим полной секретности, что совершенно правильно. Никому и в голову не приходит заранее объявлять о каком-то наступлении или объявлять о том, какое направление более приоритетно, что само по себе привлекает к этому участку фронта пристальное внимание.
В-третьих, под «Марьинским направлением» Залужный имеет в виду протяженную линию соприкосновения до Угледара и даже бывший Времевский выступ. Основные силы ВСУ были с этого направления переброшены под Авдеевку. Залужный, скорее всего, не может ни обеспечить там прочную оборону, ни оценить возможности ВС РФ.
Дело в том, что линия построения ВСУ там практически не имеет тыла. Группировка ВСУ от Угледара до Днепра была ранее целиком построена под неудавшийся «контрнаступ», для снабжения наступающей группировки, без окопов и минных полей. И когда ВС РФ смогли вернуть себе некоторые потерянные в предыдущие месяцы высоты, вдруг выяснилось, что еще пара таких рывков, и оборона ВСУ разрушается на глазах, ибо ее просто нет. Не для обороны там все создавалось. Более того, на запад от Авдеевки двести километров степи с небольшими населенными пунктами, которые просто невозможно оборудовать для долговременной обороны.
ВСУ, например, начали на прошлой неделе спешно рыть новые окопы около заброшенных позиций у Часова Яра. В свое время командование ВСУ полагало, что линия обороны на данном направлении не нужна, ибо со дня на день ВСУ захватят Артемовск. Теперь же ситуация обратная, ВСУ оставили Клещеевку, за ними осталась только одна высота. Вся линия соприкосновения, начиная от Соледара, сильно напряглась. И теперь противник принялся срочно рыть окопы не только у Часова Яра, но вплоть до Краматорска со Славянском. За линией соприкосновения на Запорожском направлении тоже просто степь.
Иными словами, Залужный и западные генералы понимают, что прорыв фронта в любой из указанных выше точек приводит Украину к стратегической катастрофе. Пока единственной возможностью для сохранения устойчивости украинского фронта остались спешные переброски ресурсов на проблемный участок. Западные советники теперь вынуждены изобретать тактику ведения боевых действий в незнакомой местности, не имея опыта ведения войны высокой интенсивности с опасным противником без какой-либо поддержки с воздуха.
Что они сейчас могут предложить ВСУ на уровне стратегического выхода – загадка. Рано или поздно, но разгадывать эту загадку придется российским войскам.