Успехи летнего советского наступления в 1943 году создали предпосылки для освобождения Донбасса и Левобережной Украины. Учитывая это, немцы принимали срочные меры по созданию рубежа на Днепре – Восточного вала. Там они рассчитывали остановить Красную армию, если им придется оставить Донбасс.
В сложившейся обстановке для немцев важную роль стал играть запорожский плацдарм на восточном берегу Днепра, удерживаемый группой генерала Хейнрици из нескольких потрепанных в боях дивизий. Германское командование укрепило гарнизон Запорожья батальоном танков «Тигр» и полком САУ «Фердинанд» и «Штурмпанцер». Это были крайне опасные противники, открытое единоборство с которыми на дальней дистанции завершалось для Т-34 гибелью.
Крепкий орешек
Как вспоминал маршал Чуйков, Москва ставила перед Малиновским задачу «не позднее 3 октября полностью очистить от противника занимаемый им запорожский плацдарм и выйти на этом участке к реке Днепр». Гнавшие немцев из Донбасса 12-я и 3-я гвардейская армии генералов Данилова и Лелюшенко с ходу вступили в бой, но напоролись на крепкую оборону немцев. Увы, их уставшим от погони частям такая задача оказалась не по силам. Не решил ее и введенный в бой фронтовой резерв – 8-я гвардейская армия Чуйкова.
Тогда Малиновский приостановил наступление. Было решено тщательнее подготовиться к новому штурму, делая ставку на суворовский принцип «удивить – победить».
Решение было верным, так как запорожский плацдарм являлся «крепким орешком», подготовленным к обороне заранее. Его внешний обвод простирался до 60 км, прикрывая город и Днепрогэс полукольцом. А внутри него было несколько оборонительных поясов.
Оборона плацдарма представляла собой целую систему сооружений: рвов, траншей, дотов, минных полей и даже подземных укрытий для пехоты. Она строилась на холмистой местности, пересеченной оврагами, балками и долинами рек – выгодной немцам в тактическом отношении.
Новый план
3 октября Малиновский представил Ставке план операции по ликвидации вражеского плацдарма. Он предусматривал шестидневную паузу для подготовки войск к прорыву вражеской обороны в условиях дня и ночи. Получив согласие Москвы, штаб Юго-Западного фронта (ЮЗФ) поручил готовить удары по плацдарму: Данилову – с севера, Чуйкову – с востока, а Лелюшенко – с юга.
Используя передышку, советские войска вели усиленную разведку всеми родами войск. Учитывая полученные данные, их штабы прорабатывали задачи по уничтожению вражеских укреплений и огневых точек, созданию проходов в минных полях. Командиры всех рангов изучали район будущих боев до мелочей, согласовывая совместные действия пехоты, танков, артиллерии и авиации.
Одновременно советская сторона старалась ввести врага в заблуждение о направлении своих ударов. К примеру, в полосе армии Чуйкова с этой целью в ночь на 10 октября к передовой подогнали несколько танков и тракторов без глушителей, которые до рассвета ходили с места на место, имитируя сосредоточение большого числа бронетехники.
Но главным фактором операции была подготовка частей к ночному бою. Согласно документам штаба фронта, Малиновский приказал своим командармам «усиленно тренировать» солдат, чтобы те научились «лихо и бесшумно атаковать ночью». Офицерам же было приказано «уметь безукоризненно водить подразделения по азимуту». А чтобы обучить все части, командармы и комдивы производили их ротацию на передовой и в тылу.
Нельзя обойти вниманием и боевой дух советских войск. Чуйков вспоминал, что когда он задал вопрос одному из автоматчиков, готов ли тот наступать, то получил ответ: «По-солдатски, по-нашему, товарищ командующий, мы давно готовы!»
Вскоре началась солдатская тяжелая работа.
«Грозить пистолетом тут бесполезно»
В ночь на 10 октября войска ЮЗФ провели разведку боем. А в семь утра началась артподготовка – и спустя час по всему фронту плацдарма закипели бои, вперед пошли пехота и танки. Во время боев труднее всего пришлось войскам 8-й гвардейской армии. Их встретили «Фердинанды», нанесшие танкистам Чуйкова чувствительные потери. Не лучше обстояли дела и у Лелюшенко на юге, столкнувшимся с пехотой, поддерживаемой «Тиграми». Это означало, что немцам удалось сосредоточить наиболее эффективные средства как раз на остриях советского наступления.
Увы, частям Чуйкова и Лелюшенко не удалось выполнить задачу. Это дало повод Хейнрици донести в штаб 1-й танковой армии, что на 11 октября все советские атаки отбиты.
Но две его дивизии понесли тяжелые потери от действий бойцов 12-й армии. В отличие от коллег, еще один герой Сталинграда – командарм Данилов действовал на севере успешно. Его войска разбили 125-ю дивизию вермахта, форсировав ночью 12 октября водную преграду в балке Вильная, и вышли к высотам в 10 км севернее Запорожья. Таким образом, Данилов взломал основной оборонительный рубеж вражеского плацдарма.
Для Хейнрици открылась удручающая картина скорого и неизбежного разгрома его дивизий. Немецкий генерал запросил у начальства разрешение на отход за Днепр и взрыв мостов и Днепрогэса, но получил отказ.
Тогда утром 13 октября он прямо заявил наверх, что его войска теряют боевой дух: «Люди достаточно апатичны. Солдат позволяет переехать себя танком, позволяет взять себя в плен. Грозить пистолетом тут бесполезно». К вечеру 13 октября давление советских частей усилилось, и Хейнрици приказал своим войскам занимать позиции в самом Запорожье. Но в город уже прорвались советские танки.
Штурм Запорожья
Успех Данилова оказал решающее влияние на дальнейший ход боев. Войска Малиновского ночью возобновили наступление, прорвав основной рубеж обороны плацдарма и приблизившись к Запорожью. Дальнейшему же продвижению вперед помешала немецкая авиация, бомбившая днем наступавшие части.
Но нужно было гнать врага дальше, чтобы не дать тому закрепиться. Поэтому Малиновский решился на необычный шаг – ночной штурм города, к которому он ранее готовил войска.
Главная роль в нем отводилась корпусам генералов Пушкина и Руссиянова. Использование их танков с десантом в ночной атаке должно было деморализовать врага и обеспечить успех атаковавшей пехоте. Поэтому танкисты получили приказ: ворваться в Запорожье, чтобы к утру 14-го овладеть городом, не дав врагу взорвать Днепрогэс.
В 22:00 13 октября войска начали штурм. Танкисты и самоходчики Пушкина, прорвав немецкий фронт, к 2:00 овладели пригородом, после чего ворвались в южную часть Запорожья, начав уличные бои. Их прорыв лишил врага возможности отвести часть сил на юг, к Мелитополю, и удерживавшие город немецкие части теперь могли отойти за Днепр только по ж/д мосту и дамбе. Но сделать это одним махом они не могли.
А к полуночи штаб Хейнрици встревожила весть о невозможности взрыва Днепрогэса из-за повреждения подрывного кабеля советской авиацией. Она нарушила планы немцев на быстрый отход из города, теперь опасавшихся прорыва советских войск через дамбу на западный берег Днепра. Танки Руссиянова также прорвались к Запорожью и к 2:30 захватили ж/д станцию.
К этому моменту Хейнрици уже было ясно, что город не удержать. Но он не мог начать отвод войск за Днепр, пока его саперы не восстановят возможность подрыва Днепрогэса. Когда это было сделано, его потрепанные дивизии начали отходить к дамбе и мосту. Уличные бои шли до вечера, после чего противник был выбит из Запорожья. Остатки его группировки смогли уйти за Днепр к 19:00, подорвав за собой ж/д мост и проезжую часть плотины.
Герои известные и безымянные
Впоследствии штаб фронта признал, что «недооценка частями тактического значения плотины, как пути отхода (…), дали возможность остаткам разбитых частей противника переправиться на правый берег». Но это была лишь небольшая ложка дегтя в бочке меда. Ведь в результате пятидневных боев войска Малиновского не только освободили крупнейший промышленный центр УССР, но и ликвидировали важнейший узел немецкого Восточного вала, прикрывавшего Крым.
Эта победа дала возможность Южному фронту успешно провести Мелитопольскую операцию, блокировав немецкие войска на Крымском полуострове. Для самого же Юго-Западного фронта освобождение Запорожья означало возможность сосредоточить свои силы на форсировании Днепра, ранее связанные вражеской группировкой на его восточном берегу.
Кроме того, взятием Запорожья Красная армия поставила два военных рекорда. Во-первых, на тот момент его штурм являлся беспримерным в истории Великой Отечественной по количеству задействованных сил: десять стрелковых дивизий, танковый и механизированный корпуса и свыше двух тысяч орудий и минометов. Во-вторых, это был первый случай во Второй мировой, когда штурм города осуществлялся такой крупной группировкой ночью.
Такие достижения стали возможны в том числе и благодаря мужеству советских солдат и офицеров. Среди участников боев за Запорожье известны такие герои, как пехотинец Дмитрий Стефанов, повторивший подвиг Александра Матросова, бронебойщик Лаврентий Авалиани, стоявший насмерть перед вражескими танками, и танкист Николай Яценко, ведший огонь по врагу из горевшего танка. Все они были удостоены звания Героя Советского Союза посмертно. Кроме известных героев есть и безымянные. К примеру, 12 октября 1943-го в бою у села Васильевка, прикрывая отход стрелковой роты, героически погибли все минометчики батареи 141-го минометного полка, до последнего стрелявшие по врагу. Увы, их имена неизвестны до сих пор.
С точки зрения оперативного искусства войска Малиновского хорошо справились со сложной задачей по выбиванию противника из укрепрайона.
Это говорит о высоком мастерстве советского полководца и хорошей подготовке его подчиненных. Благодаря маневру 12-й армии основной рубеж вражеской обороны был прорван, после чего бой внутри него превратился в преследование врага и был завершен взятием Запорожья в исключительно короткий срок с малыми потерями. С этой точки зрения итоги битвы за Запорожье остаются актуальными и по сей день.