Согласно данным Министерства обороны, общая численность личного состава ВС РФ, привлеченного к учениям, составляет около 80 000 человек, также в учениях приняли участие 1000 военнослужащих других государств. Максимальное число военнослужащих под единым командованием тем не менее не превысило 12 900 человек, это связано с международными обязательствами Российской Федерации.
Должно было быть задействовано 250 танков, 450 бронированных боевых машин различного назначения, более 200 единиц артиллерии и ракетных систем залпового огня. Также в ходе учений применялись зенитно-ракетные комплексы, авиация, корабли Черноморского флота и Каспийской флотилии. В учениях приняла участие как минимум одна подводная лодка. Сами учения проходили на полигонах Южного военного округа, а их морская часть – в акваториях Черного и Каспийского морей.
Масштаб учений, таким образом, большой, но не беспримерный – более крупные учения в новейшей военной истории России бывали. В учениях принимали участие военные подразделения шести стран, еще шесть – прислали наблюдателей. Стоит отметить, что Иран прислал и военных на учения, и военных наблюдателей.
Минобороны не раскрыло замысел и легенду учений. Однако, отталкиваясь от озвученной информации и подробностей о выполнении войсками различных упражнений и стрельб, можно увидеть, что речь шла об отработке ограниченной локальной войны, но с большой численностью привлеченных сил и средств. Явным образом отрабатывались задачи борьбы с противником, имеющим современное высокоточное ракетное оружие, а также проведение наступательной военной операции с применением морских и воздушных десантов тактического значения.
Политический аспект
Невозможно игнорировать политическое содержание учений. Они явным образом носят ответ на недавние провокационные турецкие учения в Азербайджане прямо в ходе обострения армяно-азербайджанского конфликта. И не зря в СКШУ «Кавказ-2020» участвуют армянские и иранские подразделения. Обе страны, во-первых, не желают усиления влияния Турции в регионе, а во-вторых, имеют хорошие отношения друг с другом.
Сам характер учений, когда имеют место ограниченные по масштабам действия против высокоразвитого противника (отражение массированного ракетного удара, удар крылатой ракетой «Калибр» по береговой цели), а потом наступление наземных войск, поддержанное морскими десантами, однозначно намекает на Азербайджан и Турцию, как на адресатов этого послания, и на Азербайджан, как «поле боя». Таким образом, с немалой вероятностью СКШУ «Кавказ-2020» преследовали собой цель показать Турции и Азербайджану, кто хозяин на Кавказе. Параллельно был сделан намек и Грузии – часть маневров проходила в Абхазии, а Черноморский флот высаживал десант на берег. Это тоже весьма внятный сигнал. Грузия, напомним, контролирует российские коммуникации с Арменией.
Численность войск, привлеченных к учениям, никого не должна обманывать. Учения командно-штабные и в основном касаются органов военного управления, войска на полигонах фактически просто обозначали присутствие. И в реальности, при том задействовании командных структур, которое имело место на учениях, численность управляемых ими войск была бы куда выше, чем имело место на учениях.
Трудно сказать, насколько доходчиво было это послание, но то, что возможности по силовому регулированию любых политических вопросов на Кавказе Россия продемонстрировала, отрицать невозможно. Теперь вопрос лишь в том, чтобы наши партнеры всё поняли правильно.
Плюсы и минусы
Безусловно, такие учения нужны. Они позволяют поддерживать высокую готовность органов военного управления и войск округа действовать по предназначению. Те силы, которые «обозначали присутствие» на полигонах, отработали и огневые задачи, и задачи по развертыванию на ТВД в заданные сроки. Очень хорошим знаком являются отработки тактических десантов, что будет крайне важно в современной наземной войне, и отражение массированных ракетных ударов. Очень большим плюсом является то, что фактически войска и силы, привлеченные к учениям, действовали как единая межвидовая группировка войск. Очень хорошо то, что авиации дали «поработать» высокоточным оружием, даже штурмовики применяли управляемые ракеты для ударов по наземным целям. Демонстрация подводной лодкой Черноморского флота удара крылатой ракетой «Калибр» по наземной цели тоже более чем убедительный политический, да и военный аргумент.
Есть, однако, и вопросы.
Так, в распространенном Минобороны видео об отражении зенитно-ракетными частями массированного ракетного удара пусковые установки зенитно-ракетных комплексов стоят кучно, рядом друг с другом, без реальной маскировки и полноценной обваловки машин комплексов. Хочется верить, что это сделано специально, в качестве элемента шоу, чтобы дать красочное видео массово стреляющих ЗРК. Потому что реально так делать нельзя, это запрещено всеми руководящими документами, и в реальной войне гарантированно приведет к потерям, близким к 100%. Будем надеяться на то, что это всё же было режиссерским ходом, а не ошибкой.
Также неясность вызывают анонсы действий Военно-морского флота. С одной стороны, удар «Калибром» с подлодки, а с другой – некоторые сообщения носят необъяснимый характер. Так, например, Минобороны сообщает о том, что тральщики «Вице-адмирал Захарьин» и «Валентин Пикуль» форсировали минные заграждения с тралами. Но дело в том, и на флоте об этом прекрасно известно, что современные мины не вытраливаются.
Особую пикантность сообщениям о задачах тральщиков придает то, что часть минных заграждений преодолевалась в ходе проведения десантной операции, что подразумевает наличие донных мин, которые с гарантией будут подрываться под тральщиком, даже имеющим низкие уровни всех физических полей.
При этом тот же «Вице-адмирал Захарьин» – это единственный во всем ВМФ тральщик, полностью оснащенный противоминными средствами. В частности, необитаемым подводным аппаратом «Маевка», относящимся к классу самоходных телеуправляемых искателей-уничтожителей мин (СТИУМ). Почему тральщиком выполнялось траление вместо работы штатными средствами поиска и уничтожения мин?
Есть и другие вопросы. Так, при отражении флотом воздушного удара были использованы ракеты-мишени, выпущенные с малых ракетных кораблей «Вышний Волочек» и «Орехово-Зуево», четырех ракетных катеров «Набережные Челны», «Ивановец», «Шуя» и «Р-60». Но такой перечень носителей мишеней однозначно исключает из сценария учений мишени РМ-24, способные имитировать американские ракеты «Гарпун». А значит, что корабли, отражающие ракетный удар, действуют в щадящей, «тепличной» обстановке, по «легким» целям, которых на реальной войне не будет. Почему так?
Особую тревогу вызывает то, что флот действовал без морской авиации – от последней к маневрам и стрельбам флота привлекалось всего десять летательных аппаратов, то есть меньше, чем кораблей. Специалисты знают, что такая диспропорция просто исключает получение кораблями и береговыми войсками надежной информации об обстановке в море. Обычно летательных аппаратов используется в разы или десятки раз больше, чем надводных кораблей. И это не просто так, именно такое массированное применение авиации является необходимым в обеспечении действий надводных сил.
Добрый знак
СКШУ «Кавказ-2020», безусловно, способствовали поддержанию боеготовности ВС России. Кроме того, в свете нарастающей активности Турции вокруг приграничных с Россией стран, они еще и имели важное политическое значение. Учения показали нашим соседям и партнерам, что у России есть не только интересы вблизи своей территории, но и средства для того, чтобы в любом случае добиться их реализации, если будет необходимо.
Безусловно положительным знаком является то, что в ходе учений отрабатывалась, во-первых, борьба с технически развитым противником, а во-вторых, наступление с решительными целями.
Сама по себе подготовка таких учений, переброска на полигоны войск, которые обозначают силы, которыми действуют органы военного управления в рамках учений, и их снабжение положительно влияют на боеготовность войск. Также безусловно позитивным фактором является участие других стран в этих учениях. Помимо политического значения, оно имеет и чисто военное – наши войска учатся взаимодействовать с иностранными.
Такие масштабные учения, как «Кавказ-2020», это добрый знак, и радует, что такие учения стали нормой для наших Вооруженных сил. Напряженность в мире уже перевалила за средний для холодной войны прошлого века уровень, и продолжает расти. В этих условиях настоящая, а не показная боеготовность критически важна для безопасности нашей страны.