Во вторник стало известно имя нового главы Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН). Ведомство возглавил генерал-лейтенант Александр Калашников, который до сих пор руководил управлением ФСБ по Красноярскому краю.
Бывшие подчиненные отзываются о Калашникове как о решительном и жестком руководителе. Внутри ФСБ он прошел весь путь начиная с оперуполномоченного, в публичных скандалах замешан не был. Отметим, что ему удалось послужить и в контрразведке, но информация об этом периоде нового главного тюремщика России засекречена. Кстати, в 2012 году пресса сообщала, что Калашников, который на тот момент возглавлял УФСБ по Республике Коми, причислил общественные организации «Голос» и «Мемориал» к «экстремистским» за намерения изменить «политический строй в России».
Что касается расследования громких уголовных дел, то при непосредственном участии Калашникова за решетку на 11 лет отправился губернатор Коми Вячеслав Гайзер.
«Калашников – хороший следователь, большой профессионал. Собственно, он запомнился тем, что расследовал дела против известных персон, – комментирует правозащитница, член СПЧ Ева Меркачева. – С системой исполнения наказаний до этого Калашников был связан разве что только тем, что именно его усилиями за решеткой оказался бывший глава УФСИН Республики Коми Александр Протопопов. Причем оказался буквально за пять минут до того, как, он сам считал, должны были повысить и сделать замдиректора всего российского УФСИН».
При этом Меркачева отметила, что к Протопопову действительно было очень много вопросов – позднее его осудили на семь лет тюрьмы за взятки. «Так что как борец с коррупцией Калашников – нужный и важный человек. Я полагаю, что именно для этого его и назначили, чтобы он очистил всю систему. ФСИН – очень большая и сложная структура, в которой крутится много денег, и для того, чтобы там было все предельно прозрачно, чтобы никто не пытался откусить себе от этого большого пирога, как раз и нужен Калашников», – поделилась мнением член СПЧ.
Напомним, в начале октября президент Владимир Путин уволил предшественника Калашникова, директора ФСИН генерал-полковника Геннадия Корниенко, возглавлявшего ведомство с 2012 года. Как сообщал ТАСС, Корниенко покинул пост по уважительной причине, он достиг предельного возраста пребывания на службе – 65 лет.
В то же время известно, что все последние годы СКР и ФСБ активно занимались разработкой руководства ФСИН. В конце июля бывший заместитель Корниенко Олег Коршунов получил семь лет общего режима за хищение более чем 250 млн рублей.
Также сыщики выявили масштабные хищения средств при строительстве в Санкт-Петербурге нового следственного изолятора «Кресты». Более того, именно при Корниенко стало известно о многочисленных случаях избиения заключенных в СИЗО и колониях. Все это еще больше испортило и так небезупречную репутацию ФСИН. Кстати, Корниенко возглавил ФСИН после ареста своего предшественника – Александра Реймера, получившего восемь лет заключения за махинации с электронными браслетами и другие преступления.
По случаю смены власти во ФСИН уполномоченный по правам человека в России Татьяна Москалькова отметила, что поток жалоб на насилие со стороны сотрудников ФСИН в последнее время почти удвоился. «За последние три года наметилась тенденция к увеличению количества поступающих жалоб на жестокое обращение в учреждениях уголовно-исполнительной системы. За девять месяцев 2019 года я получила 291 жалобу на насильственные действия со стороны сотрудников учреждений ФСИН, за 2018 год – 152, в 2017 году – 83», – цитирует «Интерфакс» пресс-службу омбудсмена.
В прошлом году по фактам незаконного применения физической силы и специальных средств в целом по уголовно-исполнительной системе было возбуждено 44 уголовных дела. За восемь месяцев этого года по фактам применения насилия или его угроз, с применением оружия или спецсредств возбуждено 10 уголовных дел против 10 сотрудников ФСИН.
Меркачева отметила, что, при всех его плюсах, Калашников – в прошлом следователь, и это вызывает вопросы. «Это человек, которому всегда будет сложно понять проблемы заключенных. Нельзя, чтобы в одних руках находилось и следствие, и заключение под стражу, и отбытие наказания. Получается, что у того, кто задерживает, оказывается слишком много власти. Он может все что угодно сделать с заключенным, а ведь уровень следствия у нас все время падает. Поэтому мы надеемся, что органы следствия не получат теперь полный карт-бланш», – отметила правозащитница.
«Поскольку рано или поздно осужденные выйдут на свободу и окажутся среди нас, нашими соседями, очень важно, какими они выйдут. Если озлобленными, агрессивными, то это опасно в первую очередь для нас. И наоборот – если тюрьма хотя бы минимально залечит их раны, компенсирует недостатки в образовании, питании и так далее, то мы получим более или менее приемлемых членов общества, с которыми не страшно будет рядом жить. Нужно, чтобы не били, не пытали в местах заключения, чтобы уважительно относились к осужденным», – констатировала Меркачева.
«Если Александр Калашников продолжит начатый предшественником путь, если будет напоминать подчиненным, что осужденные – это тоже живые люди, что они такие же граждане, как все остальные, особенно те, которые содержатся в СИЗО, потому что они там находятся еще до вынесения приговора, то волноваться будет не о чем», – сказала Меркачева.
Надежду на улучшение ситуации в местах лишения свободы выразил в интервью газете ВЗГЛЯД и блогер Олег Лурье. «С назначением господина Калашникова появился большой шанс на улучшение ситуации. Дело в том, что предыдущему директору ФСИН Геннадию Корниенко досталось тяжелое наследство от предшественника – Александра Реймера. Была ситуация вседозволенности, никто ничем толком не управлял. Воровалось все – и продукты, и имущество. А сам Корниенко не успел что-то значительно изменить», – сказал собеседник.
Напомним, Олег Лурье в начале нулевых оказался в Бутырской тюрьме, а затем – в колонии строгого режима в Заполярье. Лурье обвинили в мошенничестве и вымогательстве, правда, в 2011 году он был полностью оправдан и даже получил право на компенсацию.
«Калашникову будет сложно. Он человек не из системы ФСИН. Это огромная империя – 600 тысяч только осужденных, а сколько еще находится в следственных изоляторах,
– продолжил Лурье. – Опыт работы в ФСБ поможет Калашникову на новом поприще, но ФСИН – это очень специфическое, не похожее ни на одно другое ведомство. Она не родственна ни ФСБ, ни МВД. Это сотни тысяч людей в нестандартных условиях. Вхождение в эту систему может занять у Калашникова большое время».
«На сегодня в российской пенитенциарной системе, безусловно, есть прогресс по сравнению с тем, что было во время Реймера. Изменилось многое – от доставки передач заключенным до работы самого механизма управления системой», – отметил Олег Лурье.
Но проблем по-прежнему очень много, констатировал собеседник. «Например, занятость осужденных. В колониях очень сложно трудоустроиться. А это ведь доход для людей, чтобы они могли покупать какие-то продукты. Да, зарплата копеечная, но она должна быть. Не случайно многие ждут в очередях, чтобы попасть на вакансию».
«Другой важный момент – социальная адаптация. Люди выходят из мест заключения и, так и не попав в нормальное общество, возвращаются обратно. Они лишены социальной поддержки. Конечно, рецидива сейчас меньше по сравнению с прежними годами, но он по-прежнему остается высоким», – поделился Олег Лурье. По мнению собеседника, даже учитывая все это, можно надеяться, что новый глава ФСИН преодолеет планку, поставленную предшественниками.
«Предыдущий руководитель ФСИН ушел не по каким-то непонятным сомнительным причинам, а по возрасту, поэтому увольнение Корниенко не бросает тень на руководство всей системы, – сказал газете ВЗГЛЯД полковник ФСБ, член Общественной палаты РФ Вячеслав Бочаров. – Очевидно, что Александр Калашников – это высокопрофессиональный человек. А переход из одного ведомства в другое у нас не является уникальным событием. Посмотрите, систему МЧС также возглавляет выходец из ФСБ Евгений Зиничев, и хуже она от этого не стала. Наоборот, поднялась за время его руководства. Поэтому я не вижу никаких препятствий для такого рода назначений, и я думаю, что мы в этом убедимся в ближайшее время», – заключил Вячеслав Бочаров.