Здесь всегда близко зима. Чтобы достойно и по всем правилам встретить короткое северное лето, на «Ысыах Туймаады – 2018» близ Якутска собрались более 190 тыс. жителей республики. Желают «длинной благодати и широкого богатства», «открытия светлых врат счастья», а на практике жизни в Якутии – побольше солнца и тепла до того, как вновь придут холода. Или даже совсем просто, но от этого не менее насущно: «Господин первотелок, надежда двора, дай счастья поставленному хлеву!»
Желают на родовых, на корпоративных, на районных праздниках – «ысыахах». И в самом конце июня – здесь, неподалеку от Якутска, на главном из них.
– Извините, если вдруг что не так, – говорит Айсен Николаев, наблюдая за парой ласточек, поселившихся в урасе – ритуальном шатре – главы региона. Птицы то взмывают вверх, то нарезают круги внутри шатра. – Я тут такой же гость, как и вы.
Что правда, то правда. Хозяин праздника в Ус Хатыне – всегда мэр Якутска. Николаев возглавлял город шесть лет – соответственно, столько же раз принимал гостей. По факту Айсен Сергеевич успел подготовить и свой седьмой Ысыах Туймаады, но в конце мая Николаев по указу президента России принял дела у Егора Борисова, возглавлявшего республику с 2010 года.
На празднике, однако, все более чем «так». Небо над долиной Туймаада плотно затянулось накануне Ысыаха – за день до события, в ночь перед ним. Солнца не было ни утром, во время сбора участников празднества, ни даже во время открытия. Но после того как было произнесено благословение – алгыс, тучи разошлись за три минуты. До конца праздника над долиной и городом стояло солнце, гроза рванула лишь сутки спустя.
«Жить богато и счастливо»
– Это не самоцель – миллион, миллион сто, два миллиона, – отвечает Айсен Николаев на вопрос о том, как довести число жителей самого большого региона России хотя бы до минимальной семизначной цифры; сейчас в Республике Саха живут 959 875 человек. – Моя задача – чтобы люди в Якутии жили богато и счастливо. Будет их при этом девятьсот тысяч или миллион – неважно. Будут жить богато и счастливо – не будет оттока. Наоборот, будет приток.
К сожалению, признает Николаев, в Якутии живут не так богато, как могли бы:
– Мы понимаем, что у нас реально тяжелые условия жизни: климат Якутии никто не отменял и никогда не отменит.
Мы самый экстремальный регион на земном шаре – по крайней мере там, где вообще живет человек.
Чтобы люди здесь оставались, а тем более чтобы они сюда приезжали, мы должны создать условия жизни еще лучше, чем где-либо еще.
«Условия», по Николаеву, касаются не только жителей, но и инвестиций.
– Почему инвестор должен вкладывать в город Якутск, где сезонные перепады температуры – свыше 100 градусов? – спрашивает Николаев. Скорее самого себя: за шесть лет руководства городом Якутском, где зимой бывает –64, а летом +42, вопрос наверняка вставал не раз. – Примерно с той же рентабельностью этот инвестор может вложить деньги – не скажу даже в Москву, Питер, Казань... Тот же Новосибирск. Тот же Красноярск. Тот же Хабаровск.
Методика привлечения денег и работы в Якутию, по Айсену Сергеевичу, выглядит довольно просто: «Если в других регионах России сняли десять штук административных барьеров, мы должны снять их двадцать штук. Если где-то есть некие преференции по льготам, то мы должны дать еще больше». Но привлекать производства ради производства, инвестиции ради инвестиций – это не самоцель, уверен и. о. главы Якутии:
– Все это должно исполнять конкретную задачу: республика должна иметь возможность развивать инфраструктуру, в том числе социальную. Платить достойные деньги бюджетной сфере. Помогать сельскому хозяйству – что бы ни говорили, а аграрии нуждаются в субсидиях и в целом по стране, и в нашей республике. Больше, чем где бы то ни было...
Как воплощать на практике – вопрос обсуждаемый. Особенно с учетом довольно большого пути, пройденного Республикой Саха в этом направлении, в том числе и административного.
– Можно посмеяться над тем, что в Якутии двадцать лет назад появился указ о признании английского рабочим языком республики, – вспоминает Николаев. – Кстати, лет пятнадцать назад он был отменен... Но по сути-то – никуда не денешься. Мы должны уметь разговаривать не только на якутском, на русском, но и на китайском, японском, корейском. Если мы хотим быть успешными в мире. А на английском у нас уже и так говорят – те, кто работает с зарубежными партнерами и технологиями. Что с указом, что без указа.
Бороться, но без фанатизма
– Когда я пришел в город, малый бизнес платил порядка 800 млн рублей налогов в год, – вспоминает Айсен Николаев о своей предыдущей работе. – Вот через шесть лет я ухожу – 1 млрд 900 млн...
Что характерно, налоговую нагрузку в Якутске особо не снижали. В основном шли от снижения административных барьеров и упрощения бюрократических процедур. Не все получалось, признает Николаев:
И.о. главы Республики Саха-Якутия Айсен Николаев (фото: Светлана Павлова/ТАСС)
|
– Были блестящие проекты, были провальные, не стану скрывать. Мы много спорили с республиканскими властями... Но в целом я считаю, что эта цифра – почти 2 млрд налогами – лучший показатель. В условиях, когда в стране кризис и малый бизнес, мягко говоря, не растет. А у нас в городе Якутске – в два с половиной раза поступления увеличились!
Среди споров города и республики – особая, не похожая на остальную Россию антиалкогольная политика Якутии. Региона, где спиртным вне отдельно стоящих специализированных магазинов – строго с двух до восьми – торговать запрещено, а из заведений на первых этажах жилых домов «градус» в последние годы был изгнан вовсе.
– Борьба с алкоголизмом должна идти, – уверен Айсен Николаев. – Алкоголизм – это зло, мы должны пропагандировать здоровый образ жизни, бороться с алкоголизацией населения...
Судя по самой конструкции, дальше должно последовать какое-нибудь «но».
– Вместе с тем работать одними запретительными мерами – пустое дело, – говорит Айсен Сергеевич. – В итоге мы получаем расцвет нелегальной торговли, особенно в крупных населенных пунктах. Взращиваем алкогольную мафию – основу любой организованной преступности.
«И то, и другое», – отвечает Николаев на вопрос, идет ли речь о контрафактном алкоголе (своем или привозном) либо о перепродаже вполне законных напитков, купленных в специальных алкомаркетах. Что ж, адреса стоянок такси, которые никого никуда не везут, известны не только жителям Якутска, но и более-менее постоянным гостям города. Пять-семь ходовых наименований – от водки, коньяка и виски до вина и брюта; если нужно что-то еще – спросят у коллег; наценки божеские, в пределах половины официальной цены... Тот случай, когда мафия растет не с наценки, а с оборота. А он тут – есть.
– Запрещаем – значит, уменьшаем легальный бизнес, – Николаев вновь выходит на основную тему своего административного «творчества». – Уменьшаем легальный – увеличиваем нелегальный. Теряем налоги, теряем рабочие места, народ пьет неизвестно что, травится и умирает. И, конечно, в целом подрывается доверие к власти.
Пусть, предлагает Николаев, муниципалитеты отвечают за то, чтобы торговые точки не торговали нелицензированным продуктом – с одной стороны. И занимаются борьбой за здоровый образ жизни – с другой. «Но без фанатизма», – подчеркивает и. о. главы Якутии.
Так или иначе республиканский «Алкогольконтроль» упраздняется. Судя по всему, в прошлое постепенно уйдет и практика отдельного внутриреспубликанского регулирования торговли спиртным – и как идеология, и в рамках сокращения чиновников, которое и. о. главы Якутии начал сразу, не дожидаясь результатов выборов в сентябре. «Любой аппарат любит возрождаться, как птица феникс», – признает он. Но, полагает Николаев, новые принципы управления приведут к тому, что потребность в дополнительных штатных единицах отпадет.
Да и экономить на пути к богатству, судя по всему, придется на многом. Госдолг Якутии – 52 млрд рублей. За последние четыре года он вырос в три раза.
Школьник за три миллиона
– Там, где мы видим сильные муниципалитеты – да ради бога, – отвечает Айсен Николаев на вопрос о том, не пора ли отдать больше прав местному самоуправлению. – Там же, где перенос полномочий на уровень районов приведет к ухудшению уровня жизни людей, ухудшению по тем же вопросам ЖКХ, – конечно же, отдавать нельзя. Русская рулетка какая-то получится. Как маленький северный район может обеспечить себе северный завоз? Комплектующие к объектам жилкоммунхоза? Соответствующий ремонт?
Ладно бы жилкоммунхозом единым. Вот школа – без упоминания конкретного северного района, потому что не одна такая, а важен принцип: во всех классах вместе – тридцать, максимум сорок учеников, в нынешнем году было два выпускника, в следующем – один.
– Школа должна быть. Другой вопрос – давайте поглядим, почему мы учеников старших классов обучаем не там, где они могут получить нужные для дальнейшей жизни компетенции, – предлагает Николаев. – Там, где один ученик на выпуск, качество образования тоже не самое высокое. У детей проблемы с дальнейшим обучением – что в колледжах, что в университетах. В городе Якутске на школьника мы тратим 134 тыс. рублей в год. В удаленных малокомплектных школах мы на того же ученика тратим до 3 млн рублей в год. Может, мы дадим денег семье этого школьника, чтобы она могла обучать его?
– В интернат, что ли?
– Почему, – отвечает Николаев. – Слава богу, везде рыночные отношения. Можно снять квартиру в районном центре. Можно по нашей традиции поселить ребенка у родственников. Если за ним придет несколько десятков тысяч рублей – думаю, тем более никто не откажется. Но оставлять все так, как оно есть, просто держаться за эту школу с парой десятков ребят и одним выпускником в год... Нет, мы будем и дальше обсуждать ситуацию – с коллегами, занимающимися образованием, с муниципалитетами. Но все же хотелось бы двигаться к более эффективному использованию бюджетных средств. Для всех. Прежде всего – для этого школьника и его будущего. Чтобы он нормально конкурировал с теми же выпускниками тех же столичных школ.
Мост плюс самобытность
– Вопрос не ко мне, – реагирует Айсен Николаев на возможность раскрыть тему строительства моста через Лену близ Якутска. Действительно, этот мост – не менее федеральное дело, чем, допустим, Крымский. – Но я уверен, что мост нам – нужен. И что мост должен быть построен. Чтобы запад и восток страны были соединены.
Существующих соединений, по мнению и. о. главы Якутии, недостаточно:
Главный праздник Якутии собрал более 190 тыс. человек (фото: Юрий Васильев)
|
– У нас есть Транссиб. Есть федеральная автодорога, по которой Владимир Владимирович проехал, когда премьер-министром был. Но все это – на юге страны, ближе к Китаю. А если посмотрим наверх, то мы увидим, что на северо-востоке страны – Якутия, Чукотка, Магадан – ничего такого нет. Более того: сам Якутск отделен от Мирного, Ленска и других городов республики шесть месяцев в году. Март, апрель, май – лед сходит. Октябрь, ноябрь, декабрь – лед устанавливается. Ни парома, ни дороги по льду. Только по воздуху попасть можно.
Похоже, Айсен Николаев всерьез готов к тому, чтобы убедить федеральные власти в перспективности моста – «сначала автомобильного, затем посмотреть с развитием страны и технологий: вдруг Илон Маск или наши умельцы что-то к тому времени придумают?» Аргументы – отнюдь не только геополитические:
– Снизятся затраты на пресловутый северный завоз. Усилится мобильность населения. Мы сможем ввести в оборот проекты, которые пока что не реализуются в силу отсутствия логистики. Не сразу, но постепенно.
– Не боитесь, что самобытная Якутия – в силу мобильности и большей открытости – может эту самобытность потерять?
– Если ты считаешь, что можно построить дорогу – и что-то самобытное от этого может в Якутии исчезнуть... Слушай, загляни сначала в телевизор, – предлагает Айсен Николаев. – Битва за самобытность – и Якутии, и России в целом – проходит там. И в интернете. И в кинотеатрах.
Кстати, о феномене якутского кино с Айсеном Сергеевичем тоже лучше не говорить, поскольку никаким «феноменом» якутское кино Николаев не считает.
– Наше кино уже абсолютно не феномен, не диковина. Это абсолютно уникальный кинематограф – со своим собственным языком, ни на что не похожей фактурой, уникальным содержанием. Именно якутский фильм «Царь-птица» в этом году выиграл Московский кинофестиваль. Кстати, кино снято за 3 млн рублей – к вопросу о бюджете и эффективности...
О том, что у якутского кино будут призы крупнейших мировых фестивалей, в Якутии говорили еще пять лет назад, напоминает Айсен Николаев:
– Теперь мы в кино – не феномен, а индустрия. И наша задача простая: это «Оскар». Взять и принести России «Оскар» нашим якутским фильмом – вполне посильное дело.