Сразу после боя, устроенного в понедельник «бандой ГТА» в здании Московского областного суда в Красногорске, началась доследственная проверка действий командования конвойного полка ГУ МВД по Подмосковью. Многие юристы усматривают в действиях либо командиров, либо самих охранников признаки преступной халатности.

Как уже известно, группа из пяти подсудимых, обвинявшихся в массовых убийствах, оказалась в одном лифте наедине всего лишь с двумя конвоирами, в том числе одной женщиной. Как передает РИА «Новости», подсудимые напали на женщину – ее зовут Елизавета Лукьянова, отняли табельное оружие, начали ее душить и избивать. Затем бандиты захватили конвоиров в заложники, вырвались из лифта и уже снаружи попали под огонь бойцов Росгвардии. В результате трое нападавших убиты, двое – тяжело ранены и доставлены в больницу. Ранены и доставлены в больницу двое конвоиров и один гвардеец.

В интервью газете ВЗГЛЯД эксперт правового управления Главного управления МВД Москвы полковник милиции в отставке адвокат Евгений Черноусов рассказал о том, как можно было предотвратить дерзкое нападение на конвой.

ВЗГЛЯД: Евгений Арсентьевич, какие службы сейчас могут конвоировать? Только МВД или уже и Росгвардия?

Евгений Черноусов: В данном случае – отдельная рота в Главном управлении МВД России по Московской области. Конвоируют специальные роты, батальоны, полк конвойный есть даже – это все пока осталось за МВД. Был разговор, чтобы передать конвой Росгвардии, но не передали еще. Вот ОМОН, СОБР передали полностью в Росгвардию.

ВЗГЛЯД: «Банда ГТА» – это, по сути, группа серийных убийц, которым уже нечего было терять. Пятерых подсудимых в данном случае сторожили всего два человека, причем одна из них женщина. Такое вообще формально допускается?

Е. Ч.: Я вообще не помню, чтобы у нас в стране подобное происходило, чтобы так дерзко действовали. Я и представить себе не мог подобное! В законе о полиции сказано, что при конвоировании должны быть созданы такие условия, чтобы не было побега, не пострадали другие люди. Закон тут нарушен.

Дальше идут инструкции, утвержденные министром внутренних дел. Они говорят о том, что при «усиленном конвое» конвоиров должно быть в два раза больше, чем конвоируемых.

ВЗГЛЯД: То есть тут нужны были десять конвоиров?

Е. Ч.: По пять человек никто не конвоирует. По два человека максимум. А тут пять подсудимых, два конвоира, одна из которых женщина! Эта ситуация требует немедленного возбуждения уголовного дела. Как минимум можно говорить о преступной халатности должностного лица – того, кто дал команду конвоировать таким образом. Не понимаю, как конвоиры согласились на такое, тем более женщина.

В лифте должна была быть клетка, в которую нужно было поместить подсудимых. Конвойные должны были ехать отдельно, чтобы на них никто не напал в лифте. Как оборудованы лифты в этом суде? Выходит, лифты – это готовое место нападения. Пять человек зашли в лифт! Естественно, им создали условия.

Лифт – это замкнутое пространство. Даже если будет больше конвойных, допустим, четыре на двоих, все равно могут напасть. Значит, надо делать клетки. Кто-то отвечает же за это. В центральном аппарате МВД кто-то отвечает за это. Чего они на самотек все пустили?

ВЗГЛЯД: Насколько вообще было необходимо привозить подсудимых в здание суда?

Е. Ч.: Такие преступные группы не доставляются в суды. Суд происходит в следственных изоляторах, чтобы не было попыток нападения. Почему эту опаснейшую банду решили судить в областном суде, я не знаю.

ВЗГЛЯД: Что можно сказать о действиях остальных полицейских, Росгвардии?

Е. Ч.: Они сработали отлично. В условиях здания они ликвидировали преступников и не дали погибнуть людям. Они герои. Это сработал СОБР, ОМОН, которых недавно передали в Росгвардию.

ВЗГЛЯД: У застреленного главаря банды Холика Субхонова, по сообщению телеграм-канала Mash, нашли заточку. И сама Лукьянова говорит, что напали на нее сразу, как только зашли в лифт. То есть побег не был импровизацией?

Е. Ч.: Это полный провал оперативной работы по месту отбытия наказания. Как в местах лишения свободы, так и в СИЗО проводится оперативная работа. Закон об оперативно-розыскной деятельности позволяет ее проводить. Это произошло не спонтанно, а было подготовлено. А где предупреждение? Кто проводил оперативную работу – должен ответить за это.

#{bigimage=1182838}А уже эти причины привели к таким глобальным ошибкам, особенно со стороны руководителей конвойной службы. Для конвоиров это случилось как гром среди ясного неба.

Преступная группа редко нападает на конвоиров. Это не их стиль, ведь им есть что терять. А это были террористы, которые совершили убийства 17 водителей, чтобы нагнать побольше страху. Только благодаря работе следственно-оперативной группы, в частности записям с видеокамер, удалось выйти на эту банду. А террористам важно, чтобы о них как можно больше говорили, чтобы наводить еще больше страха. Они-то как раз и показали себя здесь.

Первых попавшихся водителей останавливали и убивали. Что они у них брали? Ни черта не брали, только права. Зачем убивали? Чтобы страх навести. И страх был на этой дороге. И вдруг им не вменяют в вину террористические акты. Ничего себе! Я сам закончил Высшую следственную школу МВД. Я как следователь квалифицировал бы это в первую очередь как теракты, осудил бы их как террористов, а не как бандитов.

ВЗГЛЯД: В каких случаях женщин ставят в конвой, а в каких – мужчин? Командир конвойной роты обязан учитывать, по какой статье обвиняются те, кого сегодня будут доставлять в суд: по «экономической» статье или за массовое убийство?

Е. Ч.: Здесь речь шла о банде, убившей 17 человек. Нужно было не в два, а в три раза больше конвоиров, нежели обвиняемых. И это должны быть мужчины. А женщины-конвоиры – это нонсенс. Женщины могут находиться в конвое, если и задержана женщина. О чем это говорит? Кадров нет в МВД? Да, это так. Тогда ставьте перед правительством вопрос. Зачем замалчивать ситуацию? Я постоянно вижу женщин в конвоях. Пусть повышают зарплату, набирают кадры. Замалчивать ситуацию нельзя. Руководитель конвойной службы должен был лично контролировать назначение конвоя для такой банды. И должны быть кинологи с собаками.

ВЗГЛЯД: Как часто конвоиры проходят боевую переподготовку, тренируются на случай нападения?

Е. Ч.: Они тренируются, конечно, если верить отчетам, ведомостям. Если проверяет центральный аппарат МВД, там все чисто. Есть и классы учебные, и учебные фильмы показывают. Но на самом деле это тоже слабое звено. Надо больше проводить практические занятия с конвойными. Это тоже упущение. Примитивно, видимо, формально все проводят. А надо это делать приближенно к боевым условиям. Нужно изменить весь учебный процесс, чтобы конвойные действовали слаженно.