Космическая отрасль Украины и России – остатки некогда общей космической индустрии Советского Cоюза, и ее представители, будучи воспитанниками одних и тех же научных школ, способны объективно оценивать потенциал каждой из наследниц советского космоса. Поэтому у россиян вызвали, мягко говоря, недоумение слова гендиректора ГП «Конструкторское бюро «Южное» им. М.К. Янгеля» Александра Дегтярева, который в интервью агентству «Укринформ» заявил о том, что «Украина владеет сегодня достаточными технологиями, которые позволяют изготовить все компоненты для такого проекта (полета на Марс – прим. ред.)».
Если бы наша страна оставалась единой, то можно было бы общими усилиями заниматься и лунной, и марсианской программами
Также, по словам представителя украинской космической отрасли, его предприятие предложило «полгода-год тому назад проект создания экспериментальной базы на Луне», поскольку «те же результаты можно получить быстрее на Луне, решая одинаковые задачи жизнеобеспечения на планетах Солнечной системы». Дегтярев также высказал убежденность, что «мы выступили как лидеры, поскольку мы можем быть лидерами – не финансовыми, а научными, технологическими».
«В их условиях говорить о лидерстве несколько преждевременно, – заявил газете ВЗГЛЯД научный руководитель Московского космического клуба Иван Моисеев. – Украинские ученые, безусловно, имеют научный потенциал для разработки идей, и если те окажутся стоящими, то будут приняты в разработку. Но исключительно в кооперации с ведущими космическими державами. Сегодняшняя Украина по своим возможностям даже не Индия, отправившая на Марс собственный космический аппарат. Она может стать лишь одним из звеньев одной цепи, поскольку там очень многого нет из космической структуры, например, собственного космодрома».
Однако на Украине, похоже, не опечалены тем, что изначально будут играть второстепенные роли в космических программах мировых держав, традиционно, как это принято сейчас у элиты этой страны, делая ставку на сотрудничество с США. При этом, как сообщило РИА «Новости», первый президент этого государства Леонид Кравчук убежден, что даже в таком качестве речь идет исключительно о равноправном партнерстве:
«Украина продолжает оставаться космическим государством. Наш известный завод в Днепропетровске может строить ракеты современнейшего уровня. Даже такие страны, как США, считают возможным с нами сотрудничать. Наши космонавты участвовали в американско-украинских космических программах, были в космосе. Украинская база на Луне – это реально. Я думаю, что и Россия может участвовать в этом, ведь составляющие этой ракеты произведены и в России... Первая ступень ракеты «Антарес» – украинская. В данном случае США нам оказывают и финансовую помощь, и используют нашу науку и технику, а мы используем их возможности космодромов. Здесь взаимная заинтересованность. Я вчера общался с представителем нашего космического агентства, он мне рассказал детали этой программы. Мы не просто кому-то служим, мы служим науке, миру, космосу, и наши ученые и техники работают в этом ключе и занимают передовые позиции».
Со своей стороны писатель-футурист Максим Калашников сообщил газете ВЗГЛЯД, что не видит предпосылок даже для технологического лидерства украинской космической отрасли:
«Давайте проведем анализ из расчета размера ВВП в долларах на душу населения. Украина так и не смогла приблизиться к уровню Украинской ССР перед развалом Советского Союза, то есть по состоянию на 1990 год самый высокий ее показатель – в 2008 году – составлял только 74,2% от того уровня. А в предвоенном 2013-м он равнялся 4,9 тысячи долларов, в то время как в России – 15 тысячам. Для сравнения: в Дании – 58,9 тыс., США – 53,1, в целом в ЕС – 34, в кризисной Греции – 20,5, соседней Польше – 13,4, Румынии – 7, Болгарии – 7,9, Албании – 4,1, Грузии – 3,5. По состоянию на 2016 год этот показатель для Украины составляет уже 2,1 тысячи долларов, рядом идет Гондурас – 2,2 тысячи, Тувалу – 2,03. Вы что-нибудь слышали о космических программах Тувалу или Гондураса? Я вам скажу больше – за отметкой 2 тысячи долларов начинается процесс социального распада государства, которому начинает хватать средств только на содержание административного аппарата и силовых структур».
Калашников считает, что говорить о какой-либо самостоятельной украинской космической отрасли не имеет смысла, поскольку ее существующие мощности – только осколок советской космической индустрии. Украинские космические предприятия нежизнеспособны без восстановления кооперации с остальными предприятиями комплекса, расположенного на постсоветском пространстве, преимущественно в России:
«Да, на территории УССР в свое время разрабатывались и выпускались знаменитые ракетные комплексы РС-20, очень хорошие ракетоносители «Зенит», но ни к чему подобному самостийная Украина даже близко подойти не смогла. К сожалению, сейчас там насаждаются мифы о том, что все достижения тех лет появились не потому, что над ними работала вся страна, а исключительно из-за того, что украинцы такая трудолюбивая нация, обладающая европейским менталитетом. Однако их «Южмаш», производивший ракетоносители, находится сейчас в отчаянном положении. Конечно, если бы нашелся инвестор, готовый вложить в «космическую отрасль» Украины миллиарды долларов, то и этот осколок советской космической индустрии можно было бы поднять до полноценного состояния, но это никому не нужно. А вот, если бы наша страна оставалась единой, то и украинским предприятиям отрасли вновь нашлось бы достойное место, можно было бы общими усилиями заниматься и лунной, и марсианской программами».
Подтверждением этих слов может послужить история самого «Южмаша» и, соответственно, КБ «Южное». Предприятие, разорвав по прихоти властей в Киеве отношения с Россией, как уже писала ранее газета ВЗГЛЯД, потерпело гигантские убытки. В том числе и потому, что потеряло в лице российских партнеров рынок сбыта вышеупомянутых ракет «Зенит». При этом Украина отказалась оплачивать российским банкам долги госхолдинга «Укравтодор» и конструкторского бюро «Южное» на сумму 507 млн долларов, взятые в свое время под гарантии государства.
Работникам предприятия «лидирующей» отрасли довелось испытать на себе все тягости переориентации «Южмаша» с России на Запад: их отправляли в вынужденные отпуска, отключали воду, в результате чего пришлось останавливать работу в литейных цехах и на связанных с кузницей участках и в местах, где происходит закалка и охлаждение металла, а также закрыть все санузлы.
Поэтому неудивительно, что член-корреспондент Российской академии космонавтики имени Циолковского Юрий Караш в разговоре с газетой ВЗГЛЯД и вовсе отказался воспринимать слова Дегтярева всерьез, сравнив космические амбиции Украины с «космическими амбициями Конго или Сьерра-Леоне»: «С тем же успехом можно было бы оценивать заявления руководителя этого КБ о готовности лететь на Сатурн, Уран или Нептун».
Собственно, о том же говорят и сами украинские ученые. Еще в конце августа этого года директор Института космических исследований Национальной академии наук (НАН) и Национального космического агентства Украины Олег Федоров заявлял, что космическая отрасль и наука в стране находятся в таком состоянии упадка, которого не было за все годы независимости. Ранее, в начале июня, председатель Государственного космического агентства Украины (ГКАУ) Любомир Сабадош проинформировал общественность о том, что отказ от сотрудничества с Россией стоил космической отрасли Украины миллионы долларов. Со своей стороны, газета ВЗГЛЯД, проанализировав утверждения Сабадоша, пришла к выводу, что реальные потери Украины гораздо больше.